Watching

Сэм сидел в коридоре полицейского участка и равнодушно взирал на кулер. Эту тактику он придумал себе еще десять лет назад, когда убили его отца. Мама тогда билась в истерике, а Сэм смотрел в одну точку и всеми силами старался ни о чем не думать. Прогнать любую мысль из головы. Сейчас Сэму было семнадцать. Он был сильнее, умнее, и бояться ему было совершенно нечего. Но это не имело абсолютно никакого значения. Нужно было любым способом не дать страху победить. – Саливан, – позвал голос шерифа. Сэм поднялся со стула и прошел в кабинет. На стенах висели дипломы и фотографии, а в углу стоял цветок. Его не провели в допросную, как десять лет назад. – Присаживайся, Сэм, – шериф указал на стул. Именно эта фраза была в кошмарах парня на протяжении всех десяти лет. Тогда разговор был совершенно другим. – Я хочу спросить, знал ли ты Николаса Латтера? – Знал. – Что ты можешь о нем рассказать? – Шериф сел на свое кресло и сложил руки перед собой. Сэм посмотрел в глаза шерифу: – Его убили сегодня вечером. Об этом говорят во всех новостях. Много крови, и, что самое главное, на стене была надпись. Никто не знает, какая именно, но, судя по тому, что вызвали меня, осмелюсь предположить, что это: «Дотронься до него – и я тебя убью». Шериф молчал, поэтому Сэм продолжил: – Мы с Ником познакомились две недели назад, когда я перевелся в старшие классы. Он переехал к нам только в прошлом году, и страшилки про Сэма Салливана воспринимал с усмешкой. Как-то так у меня появился друг, а сегодня его убили… Самым ярким воспоминанием о том дне были потеки на белых обоях, которые совсем недавно поклеили строители. Их новый двухэтажный дом должным был стать идеальным, как говорила мама. В тот день, десять лет назад, Сэм спустился вниз, когда услышал шум. И кровь на идеально белых обоях была первым, что заметил мальчик. Мама расстроится. Сэма доставили в участок всего в крови отца. Потом следствие докажет, что мальчик лишь старался растормошить зверски убитого отца, но сам он этого помнить не будет. В воспоминаниях на всю жизнь останутся фотографии с места преступления, которые ему показывали во время допроса, но никак не само место преступления. Сэм за десять лет так и не смог вспомнить, что произошло после того, как он понял: из-за чего красные потеки на белых обоях в их идеальной гостиной. – Послушай, Сэм, – прервал его воспоминания шериф. – Нам очень жаль, что мы обвиняли тебя в убийстве твоего отца. Но сейчас мы просто хотим найти человека, который совершил это с Николасом. – Ищите, – равнодушно пожал плечами Сэм. – Если что – алиби у меня есть. Мы с мамой сидели дома и смотрели телевизор. – Но друзья подтвердить не могут? – Моего единственного друга сегодня нашли мертвым. И во время его смерти меня с ним не было. А остальные вряд ли будут дружить с Кровавым Сэмом, правда? Сэм перевел взгляд на дипломы позади шерифа. Не хотелось видеть сочувствие на лице мужчины. Невиновность Сэма в деле убийства отца доказали через полторы недели, но за это время все успели разглядеть в нем монстра. Позже взрослые начали думать головой и прикинули, что маленький мальчик просто бы не справился с высоким крепким мужиком. Но дети были глухи и к этой логике. В школе Сэма тут же прозвали Кровавым. Не верил в эти глупые истории только Ник, с которым они в течение двух недель успели подружиться. Ник почти всех убедил, что это бред. Спустя десять лет некоторые даже начали сочувствовать Сэму. И вот история повторяется. Единственный человек, который верил в невиновность Сэма Саливана, убит. – Если что-нибудь вспомнишь – позвони, – наконец произнес шериф. Сэм кивнул и вышел из кабинета. Десять лет назад, когда Сэм выходил из этого участка, он желал одного – чтобы все было как раньше. Сегодня парень хотел совершенно другого – не думать. В этот раз исправить ничего не получится – так же, как и не получилось в первый раз.