я люблю тебя, Фрэнк Айеро

Ты меня ненавидишь, я знаю, Ну а я утопаю в любви. Мне плевать, что она не взаимна, Когда ты тихо шепчешь: "Умри..." Я и вправду думал о смерти, Всё мечтая о суициде, У меня больше нет сил верить, Я призна́ю своё бессилье. Ты так любишь меня унизить, И ты чувствуешь себя Богом. Я лишь думаю как бы выжить, Находясь в упоенье глубоком. Я безумно сглупил, признаваясь, Что люблю тебя очень давно. И теперь ты, не прерываясь, Говоришь что тебе всё равно. Это ранит меня ещё больше, Ведь тебе совершенно плевать. Мне хотелось орать ещё громче, Не смогу я тебя целовать... Я терялся в этих страданьях, И пытаясь их заглушить, — Причинял себе множество боли. Но никак не могу я забыть... Я и вправду думал о смерти, Всё не веря в счастливый конец. Пока мне не пришли в конверте, Два рисунка с кучей сердец. Ты сказал, что ты меня любишь, Ну а следом поцеловал... Я был просто безумно счастлив, А мой разум подвоха искал. Но у нас всё было прекрасно, Так тепло в объятьях твоих... Мы с тобой в нашем маленьком мире, И он создан для нас двоих. Но пришло разочарованье, Вместе с дикой болью в груди. Ты мне кинул: "Урод!" на прощанье, Убивая меня изнутри. И всё стало совсем как прежде: Твоя ненависть и мои раны. Засыпаю я в вечной надежде, Просыпаюсь — и прячу шрамы. Моя жизнь не имеет смысла — Я останусь один навсегда. "Мне уже никто не поможет" — Думал я, завязав провода... Надевая петлю на шею, Пред глазами стоял образ твой. Я лишь коротко улыбнулся, Соскользнув со стула ногой. Я мгновенно стал задыхаться, Воздух выбили весь из груди. Но твой образ такой же чёткий, И уста твои шепчут: "Прости..." Неожиданно всё потемнело, Погрузилось в пугающий мрак. Я не чувствую своего тела, И душа превращается в прах... И в последние семь секунд жизни, Я вдруг чувствую прикосновенье, — Ты прижался ко мне всем телом, Беспрерывно прося прощенья... Не узнаешь теперь никогда ты: Я не злюсь, чтобы ты не делал. И последнее, что я сказал бы — Я люблю тебя, Фрэнк Айеро.