Сорванные цветы

      Арно понятия не имел, с чего начинать поиски. Он осознавал, что в одиночку — бесполезно. Просто шататься по городу, надеясь случайно встретить насильников — смысла не имело. Но он съездил в книжный магазин, где произошла роковая встреча Дара с Савьером. Там он ничего не узнал. Администраторы сказали, что толком сообразить не успели, что произошло. А мужчина, вызвавший у писателя припадок — мгновенно исчез.       Арно временно передал свои полномочия в издательстве заместителю. Два дня, что он провёл в ожидании следующей встречи с братом, показались ему вечностью. Дар заметил странное его состояние. Пытался разговорить его, но Арно был напряжён до предела и всё время старался скрыться с глаз своего омеги, чтобы не сорваться.       Наконец два дня мытарств подошли к концу. И вот он снова смотрел на Лайоша, который меланхолично развалился на диване, закинув ногу на ногу. Андрогин уже несколько минут хранил молчание, глядя на брата.       — Арани, ты напряжён. Тебе стоит расслабиться, — заговорил он. — Я знаю одно местечко, где тебе это организуют, — на дне его не человечески равнодушных глаз играли лукавые искорки.       Издатель стоял, сцепив руки в замок и хмуро оглядывал брата.       — В Марионе есть один бордель, — Арно понял, что Лайош куда-то клонит. — О нём хорошие отзывы.       — Ты хочешь мне что-то сказать этим?       Андрогин кивнул и уголки его губ дрогнули.       — Ты на лету схватываешь, но, прежде чем с головой окунуться в порочные наслаждения, думаю, необходимо кое-что сделать.       — Быстрее завершай мысль, — грубо произнёс Арно, сев рядом с Лайошем и вперив в него немигающий взгляд.       — Думаю, — андрогин будто издевался над братом, медленно произнося каждое слово. Цедил по крупице. — В разгар лета детям необходим свежий воздух вблизи моря, а писателю — покой. Могу предоставить условия. Твой омега сможет писать, а малыши будут под бдительным присмотром нескольких доверенных лиц. Поплавают, поедят фрукты. Как ты на это смотришь?       — Ты хочешь спрятать их?       — Именно. Мы не знаем, куда выстрелит наш визит в бордель. Потом прятать будет некогда.       Арно провёл ладонями по лицу, будто стирая что-то.       «Он прав. Почему я не подумал об этом? На первом месте — безопасность Дара и детей».       — Соглашусь с тобой.       — Подготовь семью к переезду. Как бы нам не пришлось на матрасы потом залечь. А я займусь организацией. Конкретных людей мы пока не нашли, но… Я думаю, ты и сам всё понимаешь.       Издатель кивнул, поднимаясь.       — Помнишь же наш дом, где мы проводили каждое лето?       — Помню. Мне бы не хотелось отпускать Дара так далеко от себя, но выбора сейчас нет.       — За ними присмотрят. Там им точно ничего не будет грозить.       Дар удивился, что Арно, сняв дом у моря на целое лето, не едет с ними. Тот объяснил, что ему необходимо уладить некоторые дела в издательстве. Пообещал, что приедет так скоро, как сможет, и стребует с любимого свежую рукопись.       Собрать всю семью, состоящую из семи человек, оказалось не так просто. На это ушло несколько дней. Дети были в восторге от этой идеи. Ро и Ру немного огорчились, что покупка собаки опять откладывается, но скорая поездка на новые территории будоражила маленьких близнецов-альф. Их с трудом уговорили не брать с собой бесчисленное множество банок для жуков, коллекционированием которых, мальчишки не на шутку увлеклись.       — Я буду по тебе скучать, Дар. Но ты сам понимаешь, что проводить очередное лето в Карсисе — мучительно — и тебе и детям. Кроме того там будут люди, которые смогут заниматься детьми, пока ты будешь работать. В конце концов ты сможешь просто побыть один.       — Да, Арно, — кивал писатель. — Я благодарен, и честно — рад. Но не понимаю, к чему такая спешка. Лето только началось, а ты требуешь, чтобы мы уехали уже в ближайшее время.       Дару не в чем было обвинять альфу. Тот вёл себя как обычно. Никаких подозрений у него не возникало, да и с чего? Но всё равно здесь было что-то не так.       — А когда примерно ты приедешь?       — Не волнуйся, к твоей течке я успею.       — Арно, — прошипел писатель, поджав губы и отвернувшись.       — Не злись, — Арно обнял его, вдыхая нежный запах здорового омеги. — Ты теперь никуда от меня не денешься, — и он провёл языком по сухой отметине на его шее.       — Всё так быстро переменилось. И снова меняется, а я не особо люблю перемены, — пожал плечами Дар и нашёл губы Арно: нежно провёл по ним кончиком языка, а издатель ответил резким и глубоким поцелуем, обхватив руками торс истинного.       — Я не хочу этой разлуки, но так нужно, — прошептал издатель.       Сборы заняли три дня. Арно попрощался с каждым из детей, которые, поцеловав его в щёку, забегали в микроавтобус, что должен был увезти их за триста километров. Напоследок, он обнял младших близнецов – Винса и Тео, поцеловав в виски и заглянув в счастливые детские рожицы. Двухлетние синеглазые омеги с прямыми светлыми волосами смотрели на него с обожанием и называли «Папой» — единственные из всех детей. Издатель внимательно посмотрел на них в последний раз, ласково погладил по пухлым щёчкам и, подхватив обоих под животы, занёс в машину.       Он с нежностью смял Дара в объятьях, хаотично расцеловал всё лицо, нашептал милых бессмыслиц и отправил в салон — к детям.       Младшие Барнсы сгрудились у окна и усиленно махали, когда микроавтобус медленно откатился с подъездной дорожки. Как только он скрылся в клубах пыли на дороге, улыбка медленно сползла с губ Арно. Он будто скинул маску. Сосредоточенное лицо приобрело почти страшное выражение. Издатель втянул носом горячий, обжигающий летний воздух и прикрыл на мгновение глаза, а потом поспешил к своей машине.

***

      — Это элитный бордель для избранных. А рыба гниёт с головы, поэтому мы едем туда, — говорил Лайош, сидя на заднем сидении своего просторного «Кадиллака» и глядя на брата. — У них есть договорённости с «охотниками». Те рандомно поставляют им красивых омег, предназначенных для увеселения сильных мира сего. В целом — это обычный бордель, где в общей массе работают взрослые проститутки. Но это прикрытие. Молодые омеги, едва из пелёнок — ценятся на порядок выше.       Аранис Варг кивнул.       — Я хочу побеседовать с руководителем. Вдруг он выведёт нас на след. Сами «охотники» не имеют общей точки сбора. Работают, как правило, через посредников. И они есть везде, в каждом городе.       — Они просто подбирают омег на улице и ищут, кому впарить?       — Именно. Но есть ещё одна лазейка. Таких борделей не так много. В Карсисе — всего два. И крупные сутенёры всегда имеют договорённости с детскими домами. А что касается твоих целей… «Охотники» чаще всего берегут товар, не портят. Цена выше. Но иногда детёныши резко теряют свою ценность.       — Но Дара они не пытались продать. Его отвезли домой.       — Двенадцать лет назад в городе был хоть какой-то порядок. Скарабей накрыл эту отрасль лет восемь назад. Всё поменялось. И нам это даже на руку — организация помогает в поисках.       Аранис снова кивнул.       — Приехали, — почти радостно сообщил Лайош.       Они остановились напротив мраморного трёхэтажного здания, втиснутого в ряд таких же домов, расположенных на оживлённой улице Старого города.

***

      Изнутри бордель выглядел атмосферно: в стиле барокко, в тёмно-красных тонах.       На окнах висели тяжёлые гардины, кроме того — такими же плотными шторами были отгорожены комнаты для уединения. Старинный облик был совмещён с плодами современности: подсветки, сцена с шестами, вокруг которых вились омеги, демонстрируя свои масляные тела; стойки баров. В стены были встроены аквариумы и террариумы. Арно сразу бросился в глаза один такой — в нём ползали крупные чёрные жуки. Он передёрнулся, глядя на навозников внушительных размеров. Они без конца толкали перед собой круглые комочки.       «Скарабеи. Надо бы достать одного такого для Ро и Ру», — подумал он и тут же осёкся. Они стояли посреди широкого зала возле барной стойки.       Было уже тёмное время суток. Здесь собралось множество людей. Посетителями в основном являлись альфы и беты. У некоторых на коленях сидели омеги женского и мужского пола. Все проститутки были обряжены в длинные греческие тоги разных цветов и оттенков; на их руках и ногах позвякивали браслеты, а покрой тканей был такой, чтобы не столько скрыть тела, сколько — обнажить.       Здесь пахло омегами, потом, духами, пудрой и, конечно, альфами. Лайош шёл впереди него, а позади – двое охранников, одетых в простую одежду. Все четверо делали вид, что разглядывают живой товар.       К ним подскочила девушка лет двадцати — омега, и тут же повисла на шее у Лайоша.       — Детка, — тут же подхватив её, зашептал он ей на ухо томным голосом. — Подскажи, в какой стороне у вас начальство?       Куртизанка чуть поморщила носик, считывая запах клиента.       — Ой, вы не альфа… Вы — гамма, — она будто бы удивилась.— Редкость. Давайте я помогу вам снять напряжение, как только вы освободитесь? Вам наверх, — шаловливо сказала она, забравшись язычком в ушко Варга.       Лайош ухмыльнулся, опуская её на пол, и игриво провёл ладонью по краю бледно-зелёной туники, перетянутой золотым поясом под грудью.       — Обязательно, малышка. Я найду тебя, — в её же тоне ответил он.       — Спросите Кору! — крикнула она вдогонку, когда мужчины пошли в указанном ею направлении.       Лайош двинулся к широкой лестнице, ведущей на второй этаж, а Аранис замер, увидев чуть дальше по залу резкий спуск вниз, уходивший в левое крыло здания. Его почему-то отчаянно потянуло именно туда.       — Давай разделимся, — предложил он.       Андрогин повернулся, проследил за направлением его взгляда и пожал плечами.       — Почему бы и не разделиться? Я побеседую с Алином, а ты спустись. Но, братец, без шума, — он окинул его коротким жёстким взглядом и щёлкнул пальцами.       — Том со мной. Эд — с Аранисом.       Издатель ушёл в направлении спуска, Эд последовал за ним.       — Вас ждут? — остановил их грубый бас, когда они приблизились к проёму. От стены отделился амбал-альфа.       — Да,— кивнул Аранис.       — Имена.       — Мы инкогнито, — уверенно произнёс издатель. Он вспомнил имя владельца борделя. — Алин знает. Не пустишь меня — будут проблемы, — договорил он.       — Проходите.       Амбал мгновенно ушёл с дороги.       Едва мужчины спустились до середины лестницы – в нос им ударил резкий запах течной омеги. Ещё здесь пахло кровью и не свежими телами. Альфы уже шли по узкому коридору, оглядываясь по сторонам. С двух сторон были расположены дверцы, ведущие в маленькие кулуары.       Эд остановился перед одной из них и приоткрыл: его природа брала своё. Он прекрасно чуял течную омегу.       Аранис тоже заглянул и увидел обнажённое тело уже немолодого альфы, который быстро двигался, стоя к ним спиной на четвереньках. Омегу не было видно за его широкой фигурой, только костлявые маленькие ноги виднелись под его тушей. Громкий крик ребёнка заставил Варга дёрнуться. Рука сама потянулась к кобуре.       — Хозяин,— окликнул его Эд.       Арно остановился, помня, что они должны вести себя тихо. Эд неотрывно смотрел на происходящее в кулуаре. Его зрачки расширились от запаха. А Варг оставался бесстрастен. Он считывал этот запах, но его возбуждение было иной природы.       Клиент повернулся так, что глазам альф предстала маленькая девочка, лет шестнадцати – не больше. Её глаза закатились. Размазанные капли крови резко контрастировали с белыми хрупкими бёдрами. Она хрипела в лапах престарелого альфы, потевшего на ней. Девочка билась на постели и что-то бормотала.       Аранису стало плохо: перед глазами встал отчётливый образ маленького Дара.       Он сглотнул и уже почти закрыл дверь, отодвинув замеревшего Эда, но, когда малышке двинули кулаком по лицу, в сознании Араниса будто шаровая молния разорвалась. Он даже не понял, в какой момент сжал в руке пистолет. Прогремел выстрел, а затем ещё один, и ещё и ещё. А потом раздался визг.       Издатель подлетел к постели, на которой всё это разворачивалось, и стянул мёртвое, прошитое пятью пулями, тело альфы с подростка. Девочка безостановчно визжала, отползая в угол кровати. Её трясло.       Где-то в коридорах распахнулись двери, послышался громкий топот множества ног. Аранис уже ничего не различал, но рука его не дрожала. Он вылетел из комнаты, Эд — следом. На них неслись головорезы — альфы и беты, а выстрелы раздавались уже повсюду.       Аранис и Эд только успевали отстреливаться. Тело Варга всё помнило. Он стрелял, дрался, ломал шеи, крушил каждого встречного, кто под руку подворачивался. Носился по коридорам, успевая распахивать двери и убивать людей, на ходу вставляя в оружие полные магазины. Запах крови будоражил сильнее, чем запах течных омег. Откуда-то примчались люди Лайоша. Араниса захватила агония перестрелки. Он пребывал в странном состоянии — его рвало изнутри от гнева, но ярость была холодной — она не отключала мозг, а обостряла реакции.       В ушах стояли крики и визги маленьких омег. Аранис залетал в комнаты, без разбора стреляя в клиентов и охранников этого борделя. Их вопли он не различал. Люди Лайоша прикрывали его, отстреливая нападающих как собак, едва те приближались к брату их хозяина.       Аранис опомнился, когда всё стихло, а на его плечо легла холодная ладонь.       — Я предполагал, что так будет, поэтому взял с собой много людей. Надо было мне пойти вниз, а тебя отправить наверх. У Алина очень неплохой виски. Да и сам он человек хороший. Жаль, пришлось убрать его, — донёсся до него голос брата откуда-то издалека.       Издатель сжал пальцами виски. По рукам его стекала густая, вязкая чужая кровь. Он тяжело дышал, а перед глазами всё плыло. Ему пришлось сесть на пол — он никак не мог прийти в себя.       — Надо уходить, Аранис. Скоро приедут копы, и так уже на подходе.       Они находились в самом конце коридора, под кручёной лестницей.       — Братец, ты слышишь меня? — тихо прошелестел Лайош.       Аранис услышал плачь и повернул голову на звук. Всхлипы доносились из-за ближайшей двери. А ещё шёпот, будто кто-то увещевал плачущего.       — Надо заглянуть туда, — произнёс он не своим голосом, поднимаясь. Аранис окинул брата уже трезвым взглядом. У того по лбу стекала струйка крови. — Ты ранен?       — Царапина.       Лайош сам держал два пистолета и с беспокойством смотрел на Араниса. Братья открыли дверь комнаты и вошли.       В тёмном помещении располагалось несколько широких кроватей, на каждой из которых сгрудились молоденькие омеги. Совсем ещё дети, на вид — от тринадцати до шестнадцати лет, мальчики и девочки. Все они пахли страхом. Их собственный запах был почти неуловим.       В центре одной из кучек детей сидел странный ребёнок. Он не трясся от страха, а на вошедших воззрился спокойным разумным взглядом. Мальчик это или девочка было сложно понять из-за длинных волос и кукольных черт лица. Он прижимал к себе двух трясущихся от ужаса подростков. Едва Лайош сделал шаг, несколько детей кинулись врассыпную.       — Какое прелестное дитя, — прошептал андрогин, склоняясь над постелью и разглядывая странного ребёнка. — Ты мальчик или девочка? — он втянул носом воздух.       — Мальчик, — ответил дрогнувший детский голос.       — Ох, Аранис. Что ты натворил? Куда теперь весь этот детский сад? — деланно-грустно обратился Лайош к брату.       Дети забились в углы. Мальчик остался на постели один, внимательно следя за каждым движением Варгов. Он сидел в позе лотоса, облачённый в тунику, едва достающую до бёдер. Лайош скользнул по смуглому телу внимательным взором — на внутренней стороне бедра мальчишки была татуировка, изображающая скарабея. Андрогин оглянулся: на всех детях такие метки у кого на руках, у кого — на ногах. У одной девочки под полуобнажённой детской грудкой также был вытатуирован чёрный жук.       — Полиция ими займется, — ответил Аранис. Он всё ещё не до конца пришёл в себя и оглядывался по сторонам, мало что видя.       — Да… Полиция… — задумчиво произнёс Варг, неотрывно глядя на красивого ребёнка. — Мальчик, ты пойдёшь со мной?       Издатель резко протрезвел и, схватив Лайоша за руку, прошипел:       — Ты с ума сошёл?       Откуда-то сверху до них доносился вой сирен, беготня, шум. Изредка всё ещё гремели выстрелы.       Ребёнок не шевелился, молча переводил взгляд с Лайоша на Араниса. И нельзя было сказать, о чём он думал.       — Меня зовут Лайош Варг, — произнёс андрогин, протягивая мальчику руку.       — Я ещё не созрел, — хрипло проговорил тот, облизнув пересохшие губы.       — Я хочу вытащить тебя отсюда. Ты ведь хочешь выбраться? — Лайош склонился ниже, не позволяя ребёнку отвести взгляд. — Ты особенный. Такой же как я.       Мальчик медленно протянул свою смуглую ладошку и провёл подушечками пальцев по многочисленным перстням на руке андрогина.       У Араниса голова шла кругом.       — Лайош, у нас восемь раненых, шесть — убиты! — крикнул залетевший в комнату альфа. — Надо уходить! Мы везде вас ищем. Здесь есть выход. Можно не подниматься. Машины уже ждут. У нас меньше минуты — копы здесь.       Где-то рядом всё ещё звучали выстрелы и грохот. Вопли стихали.       — Возьми этого мальчика, Миро, — кивнул он альфе и пошёл к выходу. — Уходим.       Он бросил короткий взгляд на брата, и оба скрылись в дверях.       Миро подхватил указанного мальчика на руки, и тот обхватил его ногами.       — Лир! — пискнул кто-то из угла. — Ты уходишь, Лир?       Но тот не обернулся, вжавшись в альфу всем телом и широко открыв глаза. Он вцепился в него всеми четырьмя конечностями, как котёнок в дерево, и так и не ответил на нерешительные вопли своих братьев и сестёр по несчастью.

***

      — Держи, Лайош, — сказал Миро, пытаясь оторвать от себя маленького омегу и вручить Лайошу, уже сидевшему в машине. — Отцепись, — прошипел он ребёнку.       Мальчишка будто не осознавал, что происходит, и отлипал с трудом.       Андрогин мягко провёл ладонью по судорожно сжатым на рубашке Миро смуглым пальчикам, и они расслабились. После этого подросток был втиснут между Лайошем и Аранисом, который уставился тупым взглядом на трофей из борделя.       — И что это?       Лайош медленно провёл пальцами по взлохмаченной макушке омеги и цокнул языком.       — Скоро узнаем, — неопределённо ответил. — Как тебя зовут?       — Лир.       — Лир. Красивое имя. Кажется, это значит «Пастух».       — Лайош, — хрипло прошептал Аранис, перегибаясь через мальчишку и пытаясь заглянуть брату в глаза.       — Благодаря тебе мы нашли это сокровище, Арани. Конечно, я не хотел, чтобы ты пролил столько крови за один раз, но я должен признать тот факт, что ты всё ещё в прекрасной форме. Мой брат вернулся.       Альфа тяжело выдохнул, отворачиваясь к окну и болезненно зажмуриваясь.       -— Это конец.       Маленький Лир молча слушал, а Варг медленно перебирал его волосы.       — Всё интереснее и интереснее… Не драматизируй, — прошептал Лайош, периодически поглядывая на мальчика в белой тунике. — Надо бы его переодеть, как думаешь, Арани?       — Тебя вообще не интересует, что я…       Лайош резко взмахнул рукой, останавливая брата.       — Не интересует. Ты сделал доброе дело, с какой стороны ни глянь. Успокойся, не пугай дитя.

***

      Аранис с трудом оторвал тяжёлую голову от подушки, открывая опухшие глаза. Сначала он не понял, где находится.       Оглядевшись, он признал одну из спален в доме Лайоша. Спустив ноги на пол, натолкнулся на пустую бутылку виски. Запустил руки в волосы. Воспоминания о минувшей ночи проносились перед глазами рваными картинками.       «Что я натворил… Всё это какое-то безумие. Я сразу зашёл слишком далеко. Пути назад нет».

***

      Лир сидел на высокой табуретке и ел тост с ветчиной под пристальным взором разных глаз Лайоша. Ребёнка уже переодели в широковатые для него спортивные штаны и футболку, в которой он утонул. Всё лучше, чем развратная туника. Грива длинных, светло-каштановых волос всё также вилась по плечам и спадала к спине.       — Доброе утро, — обратился Лайош к Аранису, когда тот вошёл в столовую. — Выспался?       Аранис сел напротив него и хмуро глянул из-под воспалённых век. Он не знал, что ответить. Да и вообще, сказать было нечего.       — Этот дядя — настоящий зверь. Если бы не он — ты бы всё ещё был в борделе.       Лир весело рассмеялся, сверкнув белоснежными зубами, и глянул на своего спасителя тёмными глазами.       — Какие радостные дети, оказывается, живут в борделях. Посмотри, у него глаза, как у газели. Малыш, ты расскажешь нам свою историю?       — Да рассказывать особо нечего, — тут же отозвался мальчик, откусив большой ломтик тоста. — Жил в детском доме. Пару месяцев назад меня оттуда забрали в то место.       — Ты сказал, что не созрел. Что ты имел в виду? — снова задал вопрос Лайош. Аранис же занимался приготовлением кофе, всё ещё не в силах произнести ни звука.       — Ну, — Лир облизал пальцы, расправившись с тостом. — Тех, у кого ещё нет течки работать не заставляют.       — Что же ты там делал? Вот тебе салфетка, не облизывай пальцы. Это некрасиво.       Мальчик послушно вытер руки предложенной салфеткой. Лайош прислонился виском к своей руке, почти лёжа на столе и при этом не выпуская диковинного гостя из виду. Сегодня его левый глаз светился синим особенно ярко.       — Развлекал клиентов, пока для них готовили омегу. Разговорами там… Иногда танцевал. Правда, этого я не умею. Умею разговаривать, - он пожал плечами, отпивая чай. — Недавно меня осматривал врач. Сказал, что течка будет не раньше, чем через год, поэтому меня бы скорее всего отправили обратно в детский дом, — продолжил он. — Хотя, не знаю, как это делается. Меня же купили, кто им деньги бы вернул?       — О, как.       Аранис прислонился поясницей к плите, следя краем глаза за кофе в турке.       — Что ещё знаешь? Нам нужно узнать как можно больше о деятельности борделя, — Лайош пододвинул мальчику вазочку с конфетами.       — Я был там всего ничего. Ну, единственное, могу сказать, что я приглянулся одному человеку. Он хотел забрать меня уже сейчас, но не сошёлся с хозяевами в цене. У них на меня большие планы типа, а этот человек известен тем, что после него омеги нерабочими становятся. Я подслушивал. Дядька ещё неприятный такой, — Лир поморщился, вспомнив потенциального клиента. — Ещё зовут так, как обычно собак называют. Берт, что ли…       Аранис уронил турку на пол, залив кофе половину столовой, а Лайош расхохотался, хлопая в ладоши.       — Что? — Лир непонимающе уставился на них.       — Случайности не случайны, Арани. Не обязательно, что это именно тот Берт. Его могут звать, как угодно. Роберт, Альберт, Бернард и ещё сотня вариаций, но я в восторге. Ешь, малыш. Мы пока пойдём, пообщаемся с братцем.       Лир остался в одиночестве. Едва они скрылись, он в задумчивости выпятил нижнюю губу, а потом закинул в рот очередную конфету. Перед ним на столе уже высилась приличная куча фантиков.

***

      — У меня есть план на этого мальчика, Арани. Перестань на меня так смотреть. Выкинь всё это из головы. Я уверен, что мы на верном пути. Пусть оно всё складывается криво и косо, но этот ребёнок попал к нам неслучайно.       — Зачем он тебе вообще нужен? Ты что, тоже собираешься его?.. Я тебя лично придушу.       — За кого ты меня принимаешь? — фыркнул Лайош. — Я же не альфа. У меня тонкая душевная организация. Малолетками я в этом смысле не интересуюсь.       — Действительно. Как я мог забыть, что интересуешься ты только собой. Лайош, я тебя сильно не понимаю, но озвучь мне свой план.       — Мы продадим Лира.       — Ч-чего?— Аранис закашлялся.       — Понарошку продадим. Тише. Берт отличается жестокостью. Ты сам это сказал. Берт любит маленьких омег. Хоть всё и произошло в другом городе, я чувствую, что он именно в Карсисе.       — Как ты можешь это чувствовать? Ты бредишь.       — Не ты ли только что кофе уронил? Савьер здесь, и этот — здесь. Говорю тебе. Верь мне.       — Я не знаю, какой план у тебя на этого ребёнка, но я не позволю причинить ему вред, — сухо сказал Аранис.       — Никто не причинит Лиру вред. Этот мальчик станет моим фаворитом.       — Почему именно он? Там было полно таких же милых мальчиков.       — Ты не видишь главного, Арани. Но главное не объяснить словами.       Лайош стучал пальцами по столу, глядя перед собой.       — Мы поймаем Берта на живца. Если это не тот — не беда. Уберём ещё одного извращенца. Никаких минусов, одни плюсы. Всё это определённо очень весело. Давно я так не веселился, как прошлой ночью.       — Что тебя так забавляет в смерти людей? Пусть мразей, но людей…       — Уйми голос своей совести, Аранис Варг. Она не пригодится тебе в ближайшее время. Не желаю слушать твои причитания. У меня снова появился брат. Обсудим план действий позже. Нужно вызвать доктора Клэптона. Хочу, чтоб осмотрел Лира.       — Лайош, — глухо проговорил Аранис после недолгой паузы. — Скажи мне о последствиях. Мы... Я обезумел там, в борделе. Преследования ведь не избежать.       — Разумеется, нет. Понесём ответ. Мы ввязались в опасную игру, хотя твоё дело и было на первый взгляд пустяковым. Но теперь, Арани, мы заставим это болото закипеть.       Аранис резко склонился над братом, без страха глядя в женственное лицо андрогина. Он будто что-то понял для себя, и глаза его блеснули металлом.       — Ты специально позволил мне пойти вниз. Ты знал, что так будет, — угрожающе прорычал он, схватив Лайоша за воротник. — Ты намеренно отрезал все пути отхода. Я по ноздри в крови!       — Не вижу разницы. Оно так было. Кровь не смывается, брат, — не обращая внимания на то, что белая ткань у горла уже рвётся, ответил Лайош. Он был чрезвычайно спокоен и расслаблен. — Рискуешь не только ты.       — Ты хочешь вернуть себе власть, избавиться от Скарабея, но это лишь предлог. Тебе просто скучно... — Аранис рычал ему в губы, не разжимая пальцев. — Какая ты всё-таки... — с трудом разжав пальцы и отпустив Лайоша, он резко повернулся к выходу. — Дрянь.       Андрогин усмехнулся, поправляя воротничок. Брат окинул его взглядом, полным болезненной ненависти, и скрылся в коридоре.       «И прости меня за это, Арани».