You are my Destiny...

      Северус упал на скамейку в саду Принц-мэнора и с трудом выпрямил спину. Прежде чем он тут оказался пришлось совершить несколько неожиданных прыжков апарации, чтобы сбить со следа возможную слежку директора, а в его состояние это было почти подвигом. Он в конце концов только только вышел из Азкабана, но время, которое он потратил на убеждение Дамблдора в своей преданности, суды и сидение в тюрьме и так подогнало ситуацию к краю, и далее ждать, нет не какой возможности. Встав на ноги, Снейп прошел по тихому и окутанному тишиной поместью, спускаясь на три уровня ниже земли. Принцы были темным Родом, пережившим не одну войну, и подземные крепости превосходили площадью и защитой все наземные постройки, но сейчас это было даже хорошо. Не одно следящие заклинание Аврората или Невыроземцев с Министерством Магии не сможет заметить того, что он делает. Стараясь не смотреть, на мужчину, спящего на родовом камне Принцев, Северус подошел к алтарю, установленном в центре пятиконечной звезды. Повинуясь движению магию, черные свечи, установленные на остриях звезды, зажглись и неверные тени заплясали по стенам. - Ты, священная вода из Авалонна, Богами нам на спасение данная. Ты паром исходишь, огнем ты взводишь, - кубок с водой из озера Авалон замерцал, и Снейп без сомнения, перерезавший себе вену, подставил кубок с водой, под тонкий ручеек крови. - Даю тебе руду свою на умножение На родную силу в положение и укрепление. Пусть родная сила меня услышит, В час беды ухо преклонит, Поспешит и не оставит, в деле оном подскажет. От врага-супостата нас отвяжет. Как силен род в руде красной, Так и мы сильны в роде своем. Падет враг-супостат от силы моей, От родовой силотки призванной, Поспешите родовичи, во спасение, во вспоможение, В одоление супостата негодного. Dii te ament! По залу с каждым словом произнесенного заклинания усиливался невидимый ветер, иногда до стоящего с прямой спиной Северуса доносились шепот или стон оружия, ржание лошадей, мелькали искры пущенных когда-то его далекими предками заклинаний, пока все не утихло, и не наступила звенящая тишина, в которой было лишь слышно, как громко стучит сердце новоявленного Лорда Принца. Свечи погасли, и в полной тишине и темноте Северус покинул пределы защитного круга и подошел к камню, что светился в темноте темно-красным цветом крови. - Ты похож на спящую красавицу, - с улыбкой произнес Снейп, осторожно проводя рукой по волосам спящего мужчины. Опустившись перед камнем на колени, Северус приподнял голову спящего и приставил к его губам кубок. Вода полилась в горло, и Северус, стимулируя глотательные движения пальцами, следил за тем, чтобы спящий не захлебнулся. Прошло не меньше десяти минут прежде чем вся вода из кубка была выпита, и спящие тело было вновь положено на камень. Несколько ударов сердца, и заполошная мысль, что прошло слишком много времени и он опоздал, была разбита о стон боли. Тело на камне выгнулось под неестественным углом, заставив Северуса бросится к мужчине и прижать его к себе, с болью слушая стоны и напрягая мышцы в отчаянной попытки удержать тело, бьющееся в агонии. Сморгнув слезы, Северус оставил еле заметный поцелуй на губах наконец-то успокоившегося мужчины. - Все будет хорошо. Я обещаю. Мы справимся. Ты только приди в себя! Ты очень нам нужен, Том. Вновь устроив спящего спокойным сном мужчину на Родовом камне, Северус поправил его отросшие до плеч волосы и вышел из Родового зала шаркающей походкой. Ему нужно отдохнуть перед второй частью ритуала, иначе он просто упадет, и Тома уже ничто спасти не сможет! - Хозяину нужно перевязать рану и поспать, - произнес домовик, появившийся перед Снейпом, стоило тому ступить в светлую гостиную. - Принеси мне Кроветнортное и заживляющую мазь, и кофе как можно крепче и можешь быть свободен, - прошептал Северус, падая на диван. До полуночи есть еще десять часов, и ему надо поспать, но сначала и правда следует обработать порез на запястье...

***

      Сутки спустя. "Знаешь, если бы мне хоть кто-нибудь сказал, что я буду писать письма, которые никогда не дойдут до адресата, то я бы рассмеялся в лицо этому глупцу. Но вот я сижу за столом Ге́нриха III и пишу письмо, что никогда не будет отправлено. За последние сутки твое состоянии сильно улучшилось, и возможно ты придешь в себя в течение ближайшей недели или двух. Возможно, я даже должен сказать Дамблдору спасибо за то, что он меня заставил побегать эти четыре месяца, не допуская даже самой возможности каких-либо моих действий в отношении тебя. За это время ты набрался сил за счет родового камня Принцев, и когда твое лечение будет окончено и ты будешь выведен мною из лечебного транса, то не останется не одного следа или раны от Авады, которая попала в тебя. Знаешь, Том, я боюсь этого дня почти так же сильно, как жажду. Ведь ты тут же уйдешь, и я вновь стану лишь одним из многих твоих последователей, но никак ни тем, кто может безнаказанно пропустить сквозь свои пальцы твои шелковистые волосы, или на миг прижаться к тебе и вдохнуть чарующий запах зимы, идущий от тебя, ни тем, кто может... поцеловать тебя без страха, что тот, ради кого я готов обрушить небо, оттолкнет. Ты вновь станешь недосягаемым светилом в ночном небе, моим господином и моей проклятой тайной, которую я скрываю ото всех, убеждая каждого встречного, что я люблю Лили. И самое смешное, все верят... даже ты, Том. И ведь никому и в голову не пришло, что влюбится в ту, кого ты с десяти лет считал свой сестрой - невозможно! Если бы мне только было позволено хоть один раз сказать тебе, как неосознанна, огромна моя любовь к тебе. Но это невозможно, я лишь твой ничтожный слуга, а ты мой господин, и не мне менять установившиеся положение дел. Я могу лишь следовать за тобой тенью и пытаться защитить, большего мне не дано. И как бы мне не было больно, как бы мне временами не хотелось вырезать собственное сердце из груди, только бы оно перестало надеяться хоть на один твой благосклонный взгляд, я могу лишь быть рядом с тобой. И надеяться, что ты будешь счастлив, пусть и не со мной. Тебя, наверное, удивляют мои слова, но ответ на это прост. Я люблю тебя Том. Люблю так сильно, что временами это больно..." Северус отложил перо, и посмотрел на архаичные строчки, плывущие перед ним, из-за не пролитых слез. "...Скоро ты проснешься и вновь отправишься покорять мир, а я вернусь в школу и вновь буду вынужден поддакивать Дамблдору, когда он говорит, что ты чудовище недостойное жизни, хотя мне в такие минуты не согласится с ним хочется, а разодрать его на части и станцевать на его останках победный танец Смерти. Но я лишь вновь сцепляю зубы и молча соглашаюсь со всем тем бредом, что он несет, ибо такова была твоя воля, а я никогда не пойду против тебя или твоих желаний..." - Хозяин Северус, - рядом со Снейпом с хлопком появился домовик, и на бумаге расплылась клякса. - Кто тебе разрешал заходить ко мне без приглашения?!, - прорычал мужчина, с трудом сдерживая себя от желания бросить в наглого домовика Непростительное. - Простите, Хозяин, - поклонился домовик, прижав уши к голове. - К вам прибыл домовик из Малфой-мэнора, и он говорит, что у него есть срочное письмо для вас от Лорда Малфоя. - Хорошо, - вздохнул Северус. - Приведи его, ко мне. - Слушаюсь, Хозяин, - домовик исчез, и Северус бросив последний взгляд на недописанное письмо, открыл позолоченным ключиком нижний ящик стола, положил пергамент к другим, таким же написанным, но не отправленным письмам. - Лорд Принц, - поклонился домовик с гербом Малфоев на полотенце. - Мой Хозяин просил передать вам письмо. - Давай сюда. "Северус. Драко снова заболел! И да, я помню, что ты мне неоднократно говорил о том, что детям до семи лет надо отболеть свое, и это нормально, если в возрасте от одного до трех лет он простывает четыре раза за год, но его слабое здоровье меня очень тревожит. Прошу приди и осмотри его. В конце концов это твоя прямая обязанность, как крестного отца! Люциус." - Ну вот, кто меня за язык дергал, когда я согласился стать крестным Драко?, - раздражено прошипел мужчина, вставая на ноги и хватая свой саквояж с зельями, сваренными специально для Драко. Нет, конечно, если честно, Северус очень любил крестника, хотя за последние четыре месяца видел его очень редко и урывками, и он был счастлив, когда Люциус предложил ему стать крестным Драко. Но Люциус и Нарцисса со свои паниками по поводу здоровья уже почти двухлетнего малыша достанут и мертвого, не то, что Северуса, который никогда не отличался спокойным нравом. - Люциус, тебе хотя бы портключ с собой дал? Чтобы мне не идти от ворот замка. - Я вас перенесу, Лорд Принц, - пропищал домовик, протягивая ему лапку. Северус принял ее, и они с тихим хлопком исчезли из Принц-мэнора.