В мире Наруто!

POV Ди Едкий, противный смешок остановил меня на полпути к комнате. Задумчиво остановилась. Судя по ноткам и чуть хрипловатому тону, скорее всего, в этой комнате Орочимару. Забавно. Я считала, что его комната где-нибудь этажами двадцатью ниже. — Мое перерождение оправдает эту боль… — произнес санин хрипло, чуть дыша: — Однако это не идет ни в какое сравнение с силой, которую я вскоре получу. — и опять смешок, несколько безумный и едкий. Я подперла стенку спиной, чуть согнула ногу и тоже уперлась оной о стену. Сложила руки на груди и задумалась, медленно обдумывая слова Орочимару. Что-то такое всплывает в голове. Вопрос — что именно? Мое предчувствие подсказывало мне постоять тут. Будто я жду какое-то грандиозное представление. Задумалась. Смех оборвался кашлем. Он глубоко вздыхал, я прекрасно чувствовала это даже на расстоянии в пару метров. Я даже не заметила, как дверь пронзил длинный молниеносный луч, полный ярко-голубого оттенка и полный огромной энергии. Уставилась на Саске не мигающим взором, он ответил тем же. Я продолжила стоять на месте. Потом усмехнулась и опустила голову, скрывая свой взгляд. Вмешиваться не буду. Разбирайся сам. Уходить я не собиралась, но и помогать Орочимару в случае чего — так же. Достал. Саске тоже не бросил мне ни слова. Даже капельку эмоций не показал. Лишь подхватил другой рукой кусанаги и разделал деревяшку, что отделяла его от змеиного санина, на множество кусков. Опилки мало-помалу осыпались, открывая нам вид, будто занавес. Молниеносный луч пробирал Орочимару до костей рук, сложенных в попытке защитить грудь. Как интересно. Взгляд санина был абсолютно спокойным, хотя и нотка переживания все же есть. Болотно-зеленые с хищным раскосом глаза, которые приводили в ужас любого шиноби, светились желтоватым. А вертикальный зрачок придавал ему поистине грозный вид. Его не пугал вид холодного Саске, скорее санин был в ярости. И не понятно из-за чего, собственно. Мне же казалось, такой эффект ожидаем. Интересно, почему? Такое чувство, будто я уже знаю, чем все закончится и кто в итоге будет победителем. В голове вспыхнул образ множества домов, причем домов высоких… небоскребов… магазины. Тряхнула головой. Сейчас важнее следить за боем, даже если я уже понимаю, кто в итоге останется в выигрыше. — Как я и думал, — голос санина был таким же, как и всегда, — хрипло-насмешливым. — В конце концов, дело дошло до этого. — ожидаемо, не удивлена. Взгляд Учихи стал чуть серьезным: — Тебе больше нечему меня учить. — потихоньку его левая часть тела стала заполняться черной, расписной и красивой печатью, — Кажется, и перед тобой тоже… я могу стать бессердечным. — блеснул шаринган. Саске вошел в комнату легким, даже свободным шагом, приближаясь к санину все ближе и ближе. Тот лишь чуть шипел, будто мгновенно вспыхнувшаяся змейка. Больной мужчина отвел длинный луч молний от себя чуть вбок, задев разве что свое левое плечо, но продолжая удерживать взгляд шарингана. Еще бы санин чего-то такого боялся. — Орочимару, ты слабее меня, — и самоуверенный взгляд, полный холодной решимости. Определенно интересный паренек. Парень и продолжил наглеть: — При таком положении дел я не вижу смысла отдавать тебе мое тело. — Слишком громкие слова для неоперившегося птенца из клана Учиха, — сдержано, но все же гневно произнес Орочимару, продолжая удерживать взгляд Учихи. Саске позволил себе едкую усмешку. Я прямо-таки чувствовала ее всеми клеточками своего тела. Хотя и не видела его лица. Зато вот отчетливо видела гримасу змейки. Санину не по плечу сейчас Саске, потому что змейка не в лучшей форме. А Саске не дурак. — Если бы я не был птенцом, тебе бы не удалось так просто заполучить меня… верно? — вновь усмешка. Саске продолжил добивать своего учителя своими размышлениями: — Вовремя экзамена на чунина, ты наблюдал за этим птенцом и оценивал его. И поэтому ты оставил на мне свое клеймо. А потом еще и отправил тех людей за мной. — ухмылка спала с его лица, оставив лишь ту самую ледяную маску, — Я — Мститель. Я думал пожертвовать свое тело, чтобы осуществить свою месть, было бы правильно, но ведь тебе нужен только шаринган, я прав? — и опять усмешка, вот только в этот раз слишком уж едкая: — Кажется… Итачи оказался тебе не по зубам. Вот почему ты выбрал меня, птенца. Ну что, я прав, господин гений, великий санин? Возможно, все тебя считали гением, но тебе никогда не справиться ни с одним из клана Учиха. И уж тем более, не превзойти никого из нас. Неважно, насколько кто-либо гениален, все они блекнут перед теми, кто носит имя Учиха. Ты даже пичкал свое собственное тело, чем только можно, и менял его бесчисленное количество раз. Но то, какие методы ты использовал, чтобы получить силу нашего клана… для меня, носящего имя Учиха, выглядят, в лучше случае, смехотворными. Кстати, мне противны твои методы. Чего ты добиваешься? — вопрос был, откровенно говоря, смехотворным, однако мне стало очень любопытно. — После того, как мы сменили наше убежище, ты не переставал ставить эксперименты. Ты играл с людскими жизнями, — Учиха, если ты давишь на совесть, то зря. — Чтобы получить правду об этом мире… или что-то подобное. Ради эгоистичных целей ты смотришь на людей так, словно они игрушки, и ими можно играть. — шаринган стал наливаться алым, ярым алым, — Ты мне отвратителен! — нападение было внезапным. Похоже, наша ледышечка что-то гнусное припомнила. Напал он резко, продолжал удерживать луч молний и, соответственно, руки Орочимару. Учиха попытался проткнуть кусанаги сразу в пасть к санину, но оттуда резко выскочило что-то темное. Почувствовав чакру, немного удивилась. Этим «черным» оказалась белая змейка. «Змейка» размером больше положенного, я бы сказала. — Белый Змей… это твоя истинная форма? — змейка была отвратительная. Длинная, состоящая из множества белых змеек. Глаза приобрели еще более жгучий желтый оттенок. Волосы стали, как будто, короче. А вот рот оставлял желать лучшего, ибо там были аж три уровня зубов. А это — не шутки. Проглотит — и не заметишь. Саске продолжил болтать, на мой взгляд, слишком много, но не вмешиваться же: — Каждый раз, когда ты перемещался из тела в тело, ты постоянно экспериментировал… — на лице даже улыбка, правда жуткая. Не привлекательная. — И вот каким ты стал в итоге? — иронии и насмешки больно много, однако это лучше, чем ледышечка. — А сейчас, Саске-кун, я заполучу твое тело! — шипяще произнес Орочимару. Ого, голос прорезался. Бой был скучным. Саске, можно сказать, без особого труда отбивался атаки своим кусанаги. А потом неожиданно убрал меч, снял рубашку и выпустил свою проклятую печать. Увлекательное зрелище. — Даже если змея мечтает парить в небе, все равно, она навечно обречена ползать по земле, — змеи санина резко сделали из Саске клубочек с героем внутри, однако голос был слышен даже оттуда: — Поэтому, желая обрести крылья, ты взял себе птенца из гнезда. Но, в конечном итоге, сам стал добычей. — клубочек был резко разорван, а остатки заполнили комнату. Кровь была всюду, и ошметки тел змеек также. Я усмехнулась. — Добычей ястреба, который сейчас готов взлететь высоко в небо, — заключил Учиха своим привычным отрешенно-холодным тоном. Взгляд Орочимару вспыхнул. — Саске-е-е-е-е! — на мой взгляд, рык вышел натуральным. Злым. Уворачиваться от змеек санина для уровня Саске было легче легкого, я даже удивилась такой слабости. Не уж-то Орочимару так слаб? Меч из молний вспыхнул в руках Учихи. А потом он одни ударом уломал множество змеек. И в этот эпичный момент, санин резко рванул на свою добычу, виднелась даже слюна из его рта, а потом попытался слопать Учиху. Но тот без труда пробил себе путь кусанаги. Печать ослабла, и парень вернулся в свое привычное состояние без крыльев и уродливой шевелюрой. — Мы уже закончили? Я даже разочарован. — надменно, конечно, но пусть забавится. Саске вполне ожидаемо грохнулся на колени. Скрипящий смех. — Кажется, это уже стало оказывать на тебя эффект, — голова санина вновь поднялась и возвысилась над парнем, — Когда телесная жидкость великого белого змея испаряется в воздухе, она превращается в парализующий яд. Я бессмертен. Даже с твоими техниками, ты не сможешь убить меня! — поспорю вот, но в битву вступать не вижу смысла. Хотя паренек с шаринганом определенно уже сдает позиции. Орочимару продолжил своим скрипучим и старческим голосом: — А сейчас… я заполучу твое тело! — и, собственно, набросился на парня. Парень замер памятником самому себе. Я осталась стоять на месте. Почему-то в голове вспыхивает образ того, что там происходит. Как будто я это знаю. Но откуда? Усмехнулась. Бесчувственно. — Ты припоздал, Кабуто, — парень кинул на меня взгляд и тут же ломанулся в комнату к Орочимару. Уставился на Саске, ожидая каких-либо действий со стороны Учихи. — Что он тут делает? — а ну как голос изменился. Беспокоится? — Решил, что Орочимару нечему его больше учить, пришел убить. — Ожидаемо. — кивнул Кабуто, — И кто?.. — А ты смотри. — усмехнулась, когда парень повернулся лицом к нам. Саске прошел на выход, медленно проходя мимо Кабуто. Он направился дальше, игнорируя нас. — Скажи мне, — я хмыкнула и отлипнула от стенки, пошла за Саске, — Кто ты сейчас? — полубоком задал вопрос Якуши, его очки блеснули. Учиха остановился. Чуть повернул голову, и глаза его блеснули алым. — А как ты думаешь, кто я? — ухмылка, полная наглой победы. Парни ненадолго замерли. Кабуто неожиданно потерял весь свой дерзкий вид. Его голос шептал что-то малоразборчивое, однако я уловила смысл: — Орочимару-сама… мертв. Нет! Только не так. — Я полностью его поглотил, — и опять с улыбкой. Лицо Кабуто было обыкновенным. Человеческим. Он смотрел в след за Саске взглядом полного изумления. Ну что ж, Орочимару сдох. Чем бы заняться дальше?