От тренировок до беременности

      Яркое солнце уже давно поднялось, заливая всю квартиру прозрачным и тёплым светом. Я привыкла просыпаться до восхода, виной чему был хорошо выработанный режим. Чего нельзя было сказать о нём.       Я посмотрела на кровать и улыбнулась. Он спит, совсем как маленький ребёнок, свернувшись клубочком и уткнувшись в большую белоснежную подушку. Он мирно посапывал, иногда шевеля пухлыми губами во сне, словно разговаривая. Игривые лучики солнца скользили по его светлым волосам и по совершенно расслабленному лицу, заставляя парня забавно щуриться. А пробивавшийся сквозь плотные шторы тёплый ветерок шутливо задевал его волосы.       Я стою около него не в силах отвернуться, уйти или разбудить. Просто стою и смотрю на него, будто завороженная. В этот самый миг я забываю обо всём: и об оставленном завтраке на включенной плите, и о том, что под работающим утюгом лежит моё новое летнее платье, и даже о том, что собиралась с утра бежать к подруге, жаловаться на то, что Чонин вчера заявился в неподобающем виде.       Ну, как заявился? Его принесли верные друзья - Сухо и Чанёль, так как после бурной гулянки Чонин был не в состоянии самостоятельно перебирать ногами. Чунмён долго передо мной извинялся за то, что "не уследил за другом". Но послушав его заплетающийся язык, поняла, что Сухо сам был не против пригубить рюмочку-другую. В это время Чанёль донёс на своей широкой спине Чонина до кровати, после чего друзья, шаркая ногами, удалились из квартиры. Мне же ничего не оставалось кроме того, как переодеть Чонина и уложить его спать.       Сейчас я стою около спящего, наблюдая за тем, как подступающий рассвет окутывает, словно в мягкое покрывало, комнату, вместе со мной и Чонином. Подхожу к кровати и наклоняюсь над его лицом, лёгким прикосновением убирая его чёлку, ползущую в глаза. Чонин забавно нахмурился во сне, затем перевернулся на спину и вновь погрузился в сон.       Я тихо присаживаюсь на край кровати, закрывая глаза. В это же мгновение в сознании всплывает красочная картинка из наших общих воспоминаний.       Вот, мы с Чонином выходим с ночного сеанса премьеры новой комедии. Парень смущённо предлагает проводить меня. Мы уже подходим к моему дому, как над нашими головами сгущаются тучи, и начинается размашистый, косой ливень. Чонин тут же скидывает с себя чёрную кожаную куртку и поднимает её над нашими головами, стараясь защитить нас обоих от бушевавшей непогоды. Несмотря на испорченную причёску и мокрую ткань короткого платья, я улыбаюсь и приглашаю своего спасителя на чашечку ароматного чая. Он довольно быстро соглашается.       Это тёплое воспоминание вызывает непроизвольную улыбку до сих пор. Я вновь смотрю на Чонина. Тогда его волосы имели шоколадный оттенок. Я снова смахиваю наглую светлую чёлку с его лица и дальше погружаюсь в водоворот воспоминаний. Теперь мы сидим на крыше высокого здания, тесно прижимаясь друг к другу, спасаясь от пронизывающего ночного холода. Мы внимательно всматриваемся в черноту неба с россыпью далёких огней, думая о своём.       Подходит очередь следующего кадра.       Мы, довольные и беззаботные, с Чонином бегаем по океанариуму, заливисто смеясь. - Ты только посмотри на эту рыбину, - хохочет парень, тыча в стекло, - совсем как шар. - А как забавно раздувается, - хлопаю от восторга в ладоши. - Нет, ну настоящая копия вашего менеджера.       Мы снова заливаемся детским смехом, а Чонин всерьёз задумывается о подмене молчаливой шарообразной рыбки на надоевшего менеджера.       А в моей голове уже возникает другая картинка. - Эй, ты чего? Не позвоночник же сломала, - произносит Чонин, внимательно наблюдая за моей реакцией. - Ну, спасибо, успокоил! - тут же вспыхиваю я. - Да я... Я... Как я буду тебе готовить? - Я сам, - уверенно кивает Чонин. - А посуду мыть? - Проще простого. - А как же уборка? - Справлюсь. - А что насчёт моего квартального отчёта? - Сделаю.       Я довольно улыбаюсь, а парень, что-то подозревая, щурит глаза: - Почему у меня такое чувство, будто меня используют? - Эмм... ну, я же не виновата, что сломала палец! Знаешь, как мне обидно? - строю грустную мордашку, здоровой рукой указывая на гипс. - Хорошо, что это только лишь на несколько недель, - тяжело вздыхает Чонин.       Сидя на кровати, я тихо хихикнула, вспоминая обречённое выражение лица Чонина. Уловив какой-то неясный звук, парень завозил рукой по простыне, но в скором времени снова сладко засопел. Я заботливо надвинула одеяло до его подбородка и... уловила ярый запах чего-то горелого с кухни. - Яичница...       На всех парах мчусь на кухню, попутно выдёргивая шнур утюга из розетки и замечая внушительных размеров чёрное пятно на новом летнем платье. Испорченный завтрак отправляется в мусорку, а уровень моего настроения резко падает. - Что же делать?       Рассеянно оглядываю кухню. Нужно быстро что-нибудь приготовить, пока Чонин не проснулся. Тосты с джемом и кофе - ничего сложного. Наливая горячий тёмный напиток в маленькую фарфоровую чашечку, слышу знакомую мелодию. Мой телефон нещадно пищит в гостиной. Несусь в комнату и хватаю трубку. - Да? - стараюсь говорить шёпотом, не хватало мне ещё разбудить Чонина. - Доброе утро, агасси! - послышался знакомый, низкий голос. - Чанёль? - Ага. Как там наша дэнс машина? Он придёт сегодня на тренировку? - в голосе друга слышатся беспокойные нотки. - Эмм... - закусываю губу.       Воспоминания прошедших суток, как волна, обрушились на меня. - Ты куда? Сейчас же только 5 утра... - недовольно бормочу я. - Нужно отрепетировать кое-что, - запинается Чонин, видя мой хмурый взгляд. - Только не начинай, пожалуйста, - устало произносит он. - Что не начинать? - встаю с кровати. - То, что ты дома появляешься раз в неделю на пару часов? - угрожающе зашипела. - Или то, что ты уже забыл, как я выгляжу? - делаю шаг к растерянному парню. - Или то, что даже в твой единственный выходной тебя вызывают на работу? - Милая, мне правда... - Что, Чонин? Ты опять уйдёшь? - глупые оправдания парня жутко бесили и выводили из себя, поэтому мне уже просто сносит крышу и я взрываюсь. - А что мне ещё остаётся?! - не выдерживает он. - Конечно же, тебе ничего не остаётся! Давай, убирайся! - кричу я. - Чего стоишь? Иди! - И уйду! - кричит в ответ Чонин.       А дальше лишь хлопок железной дверью и наступившая тишина. - Понимаю, - пробубнил Чанёль на том конце провода. - О чём ты? - Как о чём? Ясное дело, тебе не хочется его отпускать! - воскликнул парень. - Вчера мы с парнями... Ну... Обсуждали новый проект...Да, именно так, обсуждали новый проект, и Чонину было так плохо, ты не представляешь! Он очень сильно переживал и постоянно повторял, что виноват перед тобой. - Чанёль, я тоже хороша, - грустно вздыхаю. - Просто я нахожусь в таком положении, что мне очень тяжело сдерживать свои эмоции, потому я иногда срываюсь... - Постой, агасси. О каком положении ты говоришь?       Я мысленно ударила себя. - Я... - Тогда, неделю назад, я встретил тебя в больнице. Но, агасси, ты же почти никогда не болеешь. Что ты там делала? - Ну...       Я мысленно избила себя ногами. - А на днях в детском магазине? Я покупал подарок племяннице, но что делала там ты, у тебя же нет родственников в Корее. - Чанёль, я правда...       Я мысленно похоронила себя. - А сейчас ты говоришь про какое-то положение, - казалось, я даже слышала, как активно заработали шестеренки в его мозгу. - Агасси, ты что...       Я напряглась всем телом. - Неужели ты... - Чанёль замолчал, стараясь подобрать нужные слова. Но я, не выдержав такого тяжелого напряжения, закричала в трубку: - Да, Чанёль, я беременна! - Что? - этот голос... он прозвучал не из телефонной трубки, а раздался прямо за моей спиной. Я быстро нажала на кнопку завершения вызова и медленно обернулась. - Что ты только что сказала? - тихо проговорил парень, застыв в дверном проёме.       Я опустила голову и уставилась в пол, разглядывая свои домашние тапочки. Ну, а что тут можно ещё сказать?       Не так, совсем не так я это себе представляла. Да, безусловно я должна была раньше всё рассказать Чонину, но найти подходящие слова и произнести их в нужное время стало невыполнимой миссией. Потому что всё, как назло, шло наперекосяк. То не хватало смелости, то расписание парня было настолько забито, что мы не виделись сутками.       "До чего же глупая ситуация! Нужно было раньше всё ему рассказать! - кричал внутренний голос. - Не Чанёль, а Чонин должен был узнать первым!"       Стало чертовски обидно, в глазах застыли слёзы, но я продолжала стоять на месте, как вкопанная, боясь пошевелиться. - Ты сам всё слышал... - Но как... - Чонин подошёл ко мне, останавливаясь всего в нескольких шагах. - Почему я узнаю об этом только сейчас? - он внимательно разглядывал моё покрасневшее, горящее лицо.       По лицу скатились первые слёзы, обжигая щёки, губы и подбородок. Стало противно от этой ситуации и от самой себя.       Откидываю назад длинные волосы и смотрю парню прямо в глаза. - Потому что боялась, Чонин! - прокричала я, не в силах больше сдерживаться. - Чёрт возьми, знаешь, как мне было страшно? Да ты даже представить не можешь! - Ты меня боялась? - удивлённо спрашивает он. - Нет, - всхлипываю, - меня пугала твоя возможная реакция. Что если ты нас бросишь? - я инстинктивно дотронулась до своего живота.       Чонин шумно втянул воздух и прошептал: - Дура. - Что?       Он заключил меня в свои тёплые объятия, утыкаясь холодным носом мне в шею. - Я сказал, что ты дура, - он снова шумно вздохнул. - Мы же итак собирались пожениться и завести детей в будущем. - Вот именно - в будущем! - отстраняюсь от него. - У нас был определённый план... - Пора бы уже наконец вырасти и понять, что жить нужно не по плану, - улыбнулся Чонин и обнял меня ещё крепче.