Глава 9
15 апреля 2017 г., 01:07
***
— Что такое? Уже сдулась? — поинтересовался Егор у девушки, внимательно оглядываясь вокруг. — Ага, мечтай! — Рудковская пыталась скрыть свое волнение за язвительными фразочками и наглой интонацией. Юрченко и Лавров, завидев издали свою коллегу, радостно замахали ей руками и направились к барной стойке. Тане хотелось лезть под стул, то ли от неловкости положения, то ли от бешенства, чтобы никого не убить: «Мало того, что один идиот увязался, так еще и второй пришел, черт!..». — Привет! — Какие люди, да без охраны, — заулыбался Максим и плюхнулся через один стул, оставляя место рядом с рыжей для Феди. — Да уж, какая неожиданная и приятная встреча! — процедила сквозь зубы Рудковская и почти залпом осушила второй стакан с коктейлем. — Бармен, а можно что покрепче? — Принято! — подмигнул шатен и отвернулся к шкафчику в поисках «чего покрепче». — Добрый вечер, уважаемые, — представился новый бармен «Claude Monet» свесившись через Татьяну. — Егор… Молодой человек протянул ладонь для рукопожатия, чем вызвал удивленные взгляды поваров. Для парней стало неожиданностью то, что брюнет был с Рудковской. Первым отреагировал Максим, за ним, недоверчиво прищурившись, представился и Юрченко. — Ах да, точно, забыла вам представить этого непрошеного гостя, — закатила глаза Таня, которая уже немного захмелела. Егор Антонов — новый бармен в нашем ресторане! — И как вы с ней работаете только? — задал риторический вопрос Егор, добавив шепотом. — Она всегда из себя такую стервочку строит? Этот вопрос вызвал удивление Федора, который знал Таню уже на более близком уровне, правда, пока только физическом, и таковой она ему совсем не казалось. Но сейчас это мало волновало моряка, больше его голова была занята новым знакомым из бара. Внутренняя чуйка моряка подсказывала ему: что-то не так, только, он никак не мог понять, что же именно. Поэтому пришлось выбрать выжидательную тактику и просто наблюдать. — А, вот почему Костян так радовался, — сделал умозаключение Лавров и завел беседу с Антоновым, попутно заказав себе и Феде по кружке пива. — Девушка, «покрепче» для вас, — улыбнулся учтивый шатен за барной стойкой и подвинул девушке бамбуковую подставку со злосчастной текилой, лаймом и солью, которая напомнила ей пару недавних событий. Девушку уже начинало подташнивать даже от вида этого напитка, однако Рудковская благодарно кивнула в ответ. — Пойду покурю пока, — оповестил всех Юрченко и направился к гардеробу. Рыжая быстро избавилась от содержимого шота, посмотрела сначала на Егора, затем на Макса и добавила: — Я тоже пойду курну, пожалуй… — Но… Ты же не куришь, — донесся вслед растерянный голос Огузка. Приложив немного усилий, Татьяна слезла с барного стула, благо, девушка была не в юбке, стриптиз явно не входил в ее планы. Пытаясь держать равновесие, юная особа доплелась до Феди, который уже надевал куртку, и обрадовала его новостью времяпрепровождения на улице в ее компании, попутно еще и выклянчивая у моряка сигарету. — Чего это она вдруг? — поинтересовался новоиспеченный бармен у Лаврова. — Так я откуда знаю? Что этим девушкам только в голову не придет… — Да уж, верно подмечено! После недолгой беседы новые знакомые принялись за свои заказы, которые уже были великодушно предоставлены им барменом. Бар «Mary Jane» находился в районе стареньких пятиэтажек и узких улочек, что придавало этому месту свою особенную и неповторимую атмосферу простоты. За пятиэтажками гордо возвышались разные небоскребы с дорогими офисами, которые арендовали «большие серьезные дяди» — эта капелька постмодернизма разбавляла серость и добавляла красок этому мрачному райончику. За день на улице все растаяло и подсохло, поэтому можно было спокойно стоять на тротуаре возле бара и не бояться, что какой-нибудь нерадивый водила тебя обрызгает. Федя и Таня встали в нескольких метрах от входа в заведение у кирпичной стены, увешанной афишами концертов и объявлениями о сдаче квартир, продаже вещей и прочего. Юрченко оперся на стену и пафосно закурил: — Ну что, как жизнь? — Да знаешь, не такое себе, а у тебя как? — координация Рудковской явно играла против нее, девушка никак не могла зажечь сигарету. — У меня-то все отлично. Может, тебе помочь? — Не надо мне твоих подачек! — Чего это вдруг? — вскинул бровь молодой человек. — Знаешь, не слишком здорово, когда тобой попользовались, а потом игнорируют, как более ненужную вещь! — голосом Татьяны заговорил алкоголь, выпитый этим вечером. — Это был просто секс на корпоративе, тебе рассказать, как это работает? — Ты мне уже показал, спасибо, не голодная! — Что ты так завелась? Мы просто немного развлеклись, никто никому не обязан. — А потом? В раздевалке… — рыжая цеплялась за последние аргументы и уже почти плакала. Стало так обидно и больно за то, повелась на Федю, как глупая восьмиклассница. В голове только одно: «Почему он? Неужели нельзя было влюбиться в кого-то другого?..» — Я просто думал, что тебе понравилось, и ты была не против… — В том и то и дело, что понравилось! Черт, Федя, какого хрена?! — Таня больше не могла сдерживать слезы. Девушка выбросила сигарету, которая так и не была использована по назначению, резко развернулась и направилась назад в бар. Даже не сдавая одежду в гардероб, она прошла к стойке, оставила бармену купюру номиналом тысяча рублей, поблагодарила всех за вечер и развернулась к выходу, но Антонов успел схватить ее за руку: — Таня, стой, что такое? — Отпусти меня, — Рудковская резко дернула руку и высвободилась из хватки. Не медля ни секунды, она скрылась за дверями бара, чуть не сбив моряка, который возвращался к стойке, слегка не понимая, что вдруг случилось. — Что там произошло у вас за эти пару минут? — первым поинтересовался Макс. — Да так, было там, проехали, — махнул рукой Федя и залез на стул. — Очевидно, какие-то проблемы в общении с девушками, ну, оно и не удивительно, по тебе заметно, — Егор явно хотел спровоцировать блондина. И ему это хорошо удалось: — Че сказал, урод? Ну-ка повтори! Ты вообще кто такой, чтобы лезть сюда? — Уж явно кто-то получше тебя! Не успел бармен почувствовать свое превосходство, как получил удар в нос. Пара мгновений, и ответ не заставил себя ждать: пострадала челюсть Феди. Парень быстро поправил ее, проверяя все ли нормально и приготовился к следующему удару, если бы не голоса охранников, стремительно приближающихся к нарушителям порядка. Лавров к этому моменту уже успел вскочить со своего места и схватить своего коллегу под руки. — Какие-то проблемы, молодые люди? Повисла тишина, молодые люди буквально прожигали друг друга взглядами. — Да, проблемы с манерами, у этого, вы уж разберитесь с ним, товарищи охранники, — ухмыльнулся Антонов. Небрежно кинув деньги бармену, парень наскоро собрался и покинул заведение, оставив Макса и Федю потрудиться объяснить в чем дело. Поварам удалось договориться, чтобы обойтись без полиции. Закончили на том, что молодые люди платят по счету и покидают заведение. — Вот сука же, а! — выругался Федя, выйдя на улицу. — Да ладно тебе, главное, что обошлось! Правда, Егор этот, и правда, мутный какой-то, — задумался Макс, почесывая подбородок. — Все, хватит с меня на сегодня приключений, я отчаливаю! — Федор пожал руку Огузку, вновь достал сигарету и неспешным шагом направился в сторону автобусной остановки, оставляя за собой дорожку из дыма в воздухе.***
Утро воскресенья на рабочем месте выдалось тяжелым. Татьяна никак не могла отойти от небольшого происшествия в баре, девушку вновь окутало одеялом апатии и грусти. Единственное, что отвлекало ее — большое количество заказов. Вот не спится людям утром в воскресенье! У Лёвы был выходной, и поддержки сегодня можно было не ждать, поэтому рыжая сосредоточилась и постаралась не отвлекаться. Но сделала себе заметку подойти и объясниться по поводу того вечера с Егором. Хоть и был он для нее не самым приятным человеком, но получилось как-то некрасиво. В первый же небольшой перерыв девушка оставила работу и вышла в зал к бару. — Эй, нарцисс, доброе утро! — А, привет, королева юмора, — так же колко поприветствовал собеседницу парень. «Что у него с носом? Похоже на картошку…» — Рудковская с трудом сдержала смешок и отвела взгляд в сторону, чтобы не акцентировать внимание на этом. — Наверняка ты хочешь поржать над моим носом? — прочитал мысли девушки брюнет. Тут же собеседница заливается громким смехом так, что некоторые гости оборачиваются и смотрят непонимающим взглядом. — Тебя что, дверью ударили случайно? Или каким еще нелепым способом можно получить такие «боевые ранения»? — Ну, типа того, открывал посудный шкаф, когда вернулся после бара и не справился с управлением… Своим телом, — пожал плечами Антонов и выдавил из себя смешком, но актер из него был неплохой. — Таня, ты что тут делаешь? Возвращайся на кухню! — пожурила Виктория Сергеевна рыжую беглянку. — Ладно, я хотела просто извиниться за пятницу, некрасиво получилось, но вышло так, как вышло, и я тут уже ничего не поделаю, — небрежно бросила Рудковская и скрылась за дверью кухни. Вернувшись к приготовлению блюда после небольшого перерыва, Таня обнаружила прилив сил и… Федю, который все-таки пришел, хоть и с опозданием. Рыжая бросила мимолетный взгляд на причину своего отвратного настроения и заметила, что у Юрченко разбита губа. Тут ей стало совсем не до смеха, особенно вспоминая распухшую переносицу Антонова. «Просто совпадение, не придумывай, Таня, неужели один не мог удариться об шкафчик (это слишком нелепо!), а второй… А что со вторым?..» — Рудковская начала строить догадки, пока ей не пришло в голову спросить об этом у самого моряка «как бы между делом». Схватив треску и лосось с кухонной стойки, Татьяна виновато поплелась к блондину, чтобы попросить его о помощи и заодно узнать где он по «счастливой» случайности разбил губу. Грустный и сожалеющий вид даже не пришлось разыгрывать — рыжей действительно было стыдно и чувствовала она себя не самым лучшим образом, настроение упало ниже плинтуса. Подойдя к Феде, который еще даже не успел взять заказ, девушка по-хозяйски положила перед них две рыбины и выдавила из себя: — Федя, помоги разделать рыбу для буйабеса, пожалуйста… — Эм, — парень немного опешил. — Ну, хорошо… Тащи нож и доску! — Ой, а что это у тебя с губой? — немного переигрывая, спросила девушка, подавая моряку нож и доску, попутно заглянув ему прямо в лицо. — А, просто дверью влетело, — отмахнулся тот и принялся за выполнение просьбы. «Дверью? Вы издеваетесь? Слишком много случайностей за одно утро!» — возмутилась Рудковская почти что вслух. — «Так, спокойствие… По крайней мере, он хотя бы со мной разговаривает…». Несмотря на то, что все эти сомнительные нападения дверей на сотрудников зала и кухни смущали рыжую, ее также, несомненно, радовало то, что Юрченко с ней контактирует после ее истерики в пятницу. Девушка все продолжала придумывать какие-то оправдания и скрытые мотивы его действиям, чтобы объяснять для себя неизведанный внутренний мир моряка, залезть к нему в голову. На деле все проще — ему было безразлично… Или нет? Вновь заставляя себя выкидывать из головы абсурдные мысли о чувствах и отношениях, Рудковская направилась к Максу. Он точно должен был знать, что произошло, как минимум, с Федей. Рыжая была так уверена в этом, что невольно убедила себя в правильности своих предположений. Свободного времени оставалось немного, Федор уже заканчивал разделывать треску. Таня быстро подлетела в Огузку и за рукав оттащила его в сторону, практически загнав в угол в прямом и переносном смысле: — Макс, что случилось в баре в пятницу?..
