Far Away

      Чонин выходит через стеклянные двери аэропорта, вдыхая запах родного города, страны и смотрит в небо, где за густыми облаками скрывается очередной самолет. Делая глубокий вдох и растягивая губы в едва уловимой улыбке, парень прикрывает на мгновение глаза, стараясь запомнить этот момент. Он дома. Прошло три года с того самого дня, как Чонин покинул Сеул, приняв предложение переехать в Австралию и заниматься там любимым делом - плаваньем. Киму пришлось отказаться от многого, чтобы осуществить свою мечту, но мысли о правильности собственного выбора мучили парня с того самого момента, как его самолет поднялся в небо три года назад. Чонин поудобнее перехватывает рюкзак и, беря чемодан, направляется к ближайшему такси, называя водителю адрес своей квартиры. Мимо пролетают новостройки, высокие здания офисов и витрины многочисленных магазинов, кафе. Сеул почти не изменился, только стал немного чужим, а так... Однокомнатная квартира встречает запахом пыли и тишиной. За закрытыми шторами - солнце, чистое небо и пахнет цветущей вишней, а в комнате - пустота и, кажется, запах хвои. Кёнсу... про себя думает Ким, прикусывая губу и прикрывая глаза. Это и есть то, самое важное, от чего Чонину пришлось отказаться, и то, что он решил вернуть спустя столько лет. Прохладный душ, свежая одежда и ни минуты на раздумья. Он давно все решил. Заткнув уши наушниками, Чонин садится в знакомый автобус и от чего-то кажется, что здесь даже водитель тот же. На календаре конец мая и середина недели. В такое время все на работе, потому у парня большой выбор свободных мест. Он считает один... два... три... усаживаясь на когда-то многое значащие для них места и горло сдавливает железными прутьями, перекрывая доступ кислорода. Чонин выдыхает остатки воздуха, чувствуя как легкие прожигает насквозь, а ногти больно впиваются в ладони. Автобус все еще хранит это детское и, кажется, совсем бестолковое ЧонинКёнсуНавсегда, а сердце рассыпается на миллиарды микрочастиц заставляя все внутри сгорать. Плейлист как будто специально переключается на слишком болезненное и давно забытое Far Away и у Чонина один за другим случаются микроинсульты. Остановки сменяются одна за другой, когда Ким просит водителя остановите, пожалуйста и покидает автобус. А здесь все так же. Не изменилось абсолютно ничего.       Все та же дорога с сотнями обещаний залатать ямы, все те же скрипучие качели и ржавая горка у подъезда. У его подъезда. Кажется, будто и не уезжал. Чонин подходит ближе и замечает сидящего на лавочке кота. Тот смотрит на Кима оценивающе, будто крича ему в лицо тебе здесь не место; тебя не ждут и вильнув хвостом спрыгивает, отходя от скамейки и скрываясь за поворотом дома. Ком горечи застревает в горле и Чонин вытирая о джинсы влажные от волнения ладони, нажимает код двери подъезда. Он все еще помнит. Это не странно. Он помнит каждую мелочь, что связывала их. И он постарается собрать их заново, не упустив ни единой. Ким никогда не любил сложные задачи, но сейчас, он решительно готов изменить собственным принципам, только бы Кёнсу снова был рядом. Чонин поднимается по лестнице, скользя кончиками пальцев по перилам и стенам подъезда, вспоминая каждую деталь их жизни, замечая плохо закрашенные надписи соседских хулиганов или признания в любви. Он собирается восстановить каждое из воспоминаний, вернуть все на круги своя и главное, попросить прощения. Больше всего, хочется вернуться к ночным прогулкам у реки Хан, к соревнованиям кто первый доберется до квартиры он-пешком или Су - на лифте. Хочется вернуть субботние пикники в парке неподалеку, и встречи с друзьями по средам в любимом караоке баре. Чонин не замечает как за собственными раздумьями оказывается у нужной двери и тело прошибает странной судорогой. Движения кажутся каким-то рваными и это не удивительно. Волнение поглощает с головой, но Чонин старается с ним справится. Он должен. Сделав глубокий вдох, Ким нажимает на звонок и опускает голову вниз, закусывая губу. Все тот же звук дверного звонка, который Кенсу клялся заменить, противный и режущий слух. Ничего не меняется думает Чонин, когда слышит звук чужих шагов по ту сторону, понимая, что Кёнсу как всегда не смотрит в глазок и совсем не переживая о безопасности. Через мгновение перед парнем открываются двери, а слишком спокойный Кёнсу, делает шаг назад, пропуская гостя и разрушая все убеждения Чонина о том, что все осталось так же.       Ничего не меняется, думает Чонин, но заглядывая в родные глаза понимает, что изменилось все. Под всем Ким подразумевает До, когда их глаза встречаются и приходит понимание того, что кажется, они теперь чужие. Больно, но Чонин знал, что легко не будет и он готов с этим справится. Они готовы, он уверен.       - Привет, - приветствует гостя спокойный голос Су и отходя еще на шаг, парень опирается о стену, смотря на Кима и кажется совсем не удивляясь. Кенсу думает о том, что это звучит чертовски странно и глупо, называть Чонина гостем, но теперь это так.       Чонин переступает порог, когда-то, родной квартиры старшего и прикрывая осторожно двери, ставит свой рюкзак на пол, разуваясь и проходя за До.       - Чай будешь? Или может ты голоден? - будничным тоном интересуется старший, будто так было всегда. Будто не было этих трех лет, не было дней, недель и месяцев без единого звонка, письма или короткого сообщения. Сейчас Чонин остро ощущает ту разлуку и ему кажется, будто он пропустил основную часть увлекательной книги, переходя к эпилогу.       - Да, пожалуй, - неоднозначно отвечает Ким, и Кёнсу не задает лишних вопросов. В квартире в общем-то тоже ничего не изменилось и кухня осталась такой же. Маленьким и уютным царством До Кёнсу, где он сам себе король. Чонин присаживается в самый угол стола, наблюдая за старшим и думает о том, что наверно он все же идиот. Он скользит по спине старшего, думая о том, что Су возмужал и стал выглядеть более взрослым, но от этого он не перестал быть его маленьким хёном которого хочется обнимать.       Кёнсу чувствует как его прожигают взглядом и от этого липкое чувство какой то недосказанности и неправильности ситуации окутывает его, поглощая целиком. Он лучше их двоих знает о том, что им о многом надо бы поговорить, но...       - Здесь ничего не поменялось, - прерывает его мысли Чонин, все так же скользя по фигуре старшего и борясь с желанием обнять. Сейчас он не имеет на это право, но Ким вернулся обратно, чтобы вновь вернуть все права на До.       Кёнсу горько усмехается, сдерживая рвущийся наружу крик и прикрывает глаза. Хочется развернуться к Чонину и крикнуть ему в лицо, что он ошибается. Что за эти чертовы три года изменилось все, а самое главное, изменился он, Кёнсу. Хочется выгнать без объяснений, попросить больше никогда не появляться, а еще лучше проснуться и понять, что это всего лишь очередной кошмар, что уже около полу года не преследуют Кёнсу во сне. Ему хочется разрыдаться в голос, и чтоб Чонин узнал как ему было все это время. Нет, он не винит, он понял и принял. Но это не меняет того, что Су пришлось пережить. Сжимая в руке банку с заваркой, Кёнсу прикусывает губу до крови и делая глубокий вдох-выдох, разворачивается к младшему в пол оборота, выдыхая какое то болезненное:       - Прошло не так много времени...       Чонин знает, что Кёнсу врет, но решает оставить как есть. У Чонина есть что сказать. У него столько слов, столько отрепетированных речей и монологов, но все это потом.       - Я вернулся, - зачем то говорит Ким и закусывая губу, опускает глаза.       - Сейчас я пожарю сырники, - чуть улыбаясь говорит Су, делая вид, что не услышал тихое бормотание парня. - Ты наверно голоден, - добавляет он, стараясь звучать как можно уверенней. Атмосфера на маленькой кухне напряженная и это чувствуется каждой клеточкой, но каждый из парней старается взять себя в руки, потому что сейчас это необходимо.       - Обожаю твои сырники, - улыбается Чонин, после чего снова опускает глаза. Держать себя в руках сложно и Чонин понимает, что сейчас сорвется, когда...       - Кёнсу-я, я дома! - раздается слишком знакомый голос из коридора и Чонин сжимает скатерть в кулак, пытаясь заставить себя не нервничать. Он рассматривал варианты того, что у Су кто-то есть, но гнал эти болезненные мысли прочь, в надежде, что судьба будет к нему благосклонна.       Кенсу никак не реагирует, продолжая переворачивать сырники на сковороде, когда вокруг его талии смыкаются такие родные и теплые ладони, а виска касаются мягкие губы. Он тот час же расслабляется и улыбаясь двигается чуть назад, прижимаясь к чужой груди и ища защиты у того, кто стал для него спасением.       - У нас гости, - тихо говорит Кенсу, понимая что сидя в углу стола, Чонин остался незамеченным. У Кима в груди зияющая дыра и пять кубиков боли внутривенно. В висках начитает стучать и ему кажется, что уши заложило будто на глубине тысяч метров. Он задыхается, захлебываясь в собственной горечи, погребенный под камнями собственных ошибок и неверного решения.       - Ох, прости, я... - слова застревают в горле, когда развернувшись, Тэмин видит сидящего за столом Чонина. Чонина, с которым они были лучшими друзьями, но который оставил его три года назад, как впрочем и Кёнсу, сказав лишь то, что это его мечта и он не может отказаться.       Кенсу чувствует как напрягается тело его парня и незаметно сжимает рукой его ладони, что все еще покоятся на талии. Он поглаживает костяшки большим пальцем, молча прося не волноваться и доверять ему. Они - вместе.       - Привет, Чонин, - выходит чуть хрипло и Тэ прочищает горло, стараясь выдавить легкую улыбку. Он отпускает Кенсу подходя ближе и протягивает руку некогда другу, чтобы вроде как поприветствовать его.       - Здравствуй, - поднимаясь со стула отвечает Ким, протягивая руку в ответ и думая о том, что изменились не только глаза Кёнсу но и его жизнь. Изменилась очень круто, и Чонин не мог даже предположить на сколько.       Они оба знают, что им нужно поговорить, а Кёнсу не держит, он все понимает. Двое парней выходят на небольшой балкон и опираясь на раскрытое окно, смотрят перед собой. Есть что сказать, о чем спросить и за что попросит прощения. Есть... Но есть ли в этом смысл?       - Уезжай, - спокойно говорит Тэмин, не глядя на парня и искренне надеется на то, что им не понадобится объясняться. В этом давно нет нужды. Ему не хочется говорить Чонину о том, как практически два года вытаскивал Кёнсу из той ямы, в которую он угодил по милости Кима. Он не хочет чтоб его когда-то лучший друг, винил себя в чем-то. И Тэ тоже не винит. Просто Ли смог отказать от мечты однажды и теперь ни за что не откажется от Кёнсу. Просто он все еще считает Чонина другом и не хочет рушить их и так давно разрушенную дружбу. Пусть все остается как есть. Он просто хочет спокойной жизни как и раньше. Хочет возвращаться туда, где его ждут. Где его ждет Кёнсу. К теплому Су, что светит ярче солнца, с горящими словно мириады звезд глазами и родной улыбке. Он хочет слишком мало, просто вернуться к их прежней жизни. Их... Без Ким Чонина, без боли, без лишних воспоминаний и лишних людей.       Чонин знает. Он знает все о чем думает Тэмин и от этого еще больнее.       - Не надо, - перебивает Ли, когда Ким хочет что-то сказать. Он знает, что Чонин хочет попросить прошения. Но сейчас в этом никто из них троих не нуждается.       Тэмин выходит с балкона и лишь на миг останавливаясь в проеме, произнося тихое:       - Спасибо...       Возвращаясь на кухню, Тэмин подходит к Кёнсу, который стоит у окна наблюдая за бегающими по двору детьми и обнимает парня со спины, прижимая к себе как можно ближе и зарываясь носом в волосы пахнущие дождем. Кёнсу прикрывает глаза, улыбаясь и чувствуя как бьется сердце Тэ в одном ритме с его собственным и думает о том, что он сделал правильный выбор. Су улыбается и отвечает тихое я тебя тоже, на короткое, но такое нужное сейчас люблю.       Они не вздрагивают, когда тихо хлопает входная дверь и ни один из них не срывается за своим прошлым, оставляя место лишь тому, что есть сейчас. Кёнсу не жалеет о том, что Чонин имел место быть в его жизни, но это то время и тот этап, который Су решает оставить в прошлом.       Спускаясь по лестничным пролетам вниз, Чонин выходит на улицу и делая глубоки вдох, замирает у подъезда. Нащупав в кармане своей куртки какой-то листок и достав его, Чонин разворачивает записку, всматриваясь в слова, что выведены каллиграфическим почерком До. Глаза закрывает пелена, а реальность накрывает с головой, вырывая из груди болезненный смех. Чонин сжимает листок с коротким я прощаю тебя, Чонин-а..., а щеки становятся влажными. Парень чувствует как с души падает тяжелый камень, превращаясь в пыль и развевая их прошлое по ветру. Он понимает, что это то, что он искал долгие три годы, с того самого момента, как его самолет поднялся в небо. Он искал прощения самого близкого и родного человека, желая лишь извиниться за то, что сделал свой выбор. И сейчас, стоя под, когда-то своим, домом, Чонин наконец свободен...       Вытаскивая из кармана телефон, Ким находит нужный номер и после нескольких гудков говорит уверенное:       - Я готов подписать контракт с вашей командой и вернуться в Сидней...       Они непременно будут счастливы. И если Кёнсу уже нашел свое счастье, то Чонину еще предстоит пройти долгий путь...