Свидания

В этот раз встреча срослась быстрее, видимо сказался опыт сбрасывания папок и миссий на чужие плечи, и «сладкая парочка» вновь очутилась за столиком ресторана. - Без спиртного? – ехидно поинтересовался Какаши. - Да ну, вас, - махнул рукой Ирука. – Заказывайте. - Думаете бутылочкой саке откупиться за то, что вытворяли в прошлый раз? - Не то чтобы, но попытаться стоит, - со смешком протянул чунин. – А скажите, Хатаке-сан, - Умино доверительно наклонился к Копирующему, - вам не надоело меня на свидания приглашать? Знаете, я все еще не гей. - Надо же, а выпивку так и не принесли, - Какаши разглядывал потолок над головой Ируки. - А… - начали оба и оба замолкли. - Говорите. - Нет, вы говорите, а я послушаю. Ситуацию спас официант. После второй чашечки саке Ирука стал гораздо дружелюбнее. А после пятой контакт, похоже, был налажен. Взахлеб обсуждали какие-то свои дела и, неожиданно, разговор коснулся одного из стиля боевых искусств. В конце концов, прозвучала фраза: - Я сомневаюсь, Ирука-сенсей, в вашей технике владения боккеном. Боккены в ресторане были: в оформлении использовались бамбуковые шесты в диаметре примерно с пол-ладони. - Проверьте, - хмыкнул Ирука, отнюдь не имея ввиду здесь и сейчас, но Какаши, похоже, был другого мнения. Выдернув один из шестов, Хатаке занял боевую стойку, махнув рукой, предупредил: - Нападаю. Ирука поначалу проигнорировал призыв Какаши, но когда шест с силой врезался в столешницу рядом с его правой рукой, решил все-таки ответить. Умино выдернул вторую бамбуковую палку и… тут на них сверху посыпались АНБУ – фиксируя и прижимая к полу. - Подождите, - пытался кричать Ирука, - мы не делаем ничего такого. Мы просто... Ируку заткнули. Какаши выражался более нецензурно, и сопротивлялся, кажется, дольше… А за соседним столиком продолжал ужинать Морино Ибики, он успел убрать тарелку из-под ноги Ируки, а также дважды спасти стакан от перемещающихся по зданию АНБУ. Утром в КПЗ пришел Хокаге. Чунину и джонину рассказали о вреде пьянства, буйного образа жизни и о возможности нанесения им вреда как боевым единицам, в схватке с отрядом АНБУ, ну, и о плохом примере для подражания в их лице для молодого поколения Конохи. Чунин и джонин кивали повинными головами, клялись, что такое больше не повториться, после чего и были отпущены с миром. - Знаете, Ирука-сенсей, - потягиваясь и похрустывая всеми суставами, сообщил уже на улице Какаши, - а я вообще-то шутил с боккеном. - А то я не понимаю этого. Подурачились называется, - проворчал Ирука и протянул Какаши бумажку. – Пополам. - Это что? Счет? - Ага. - Них… б… с… мать, - закончил Какаши. А вот что обо всем этом подумал Ирука так никто и не узнал, так как он был хорошо воспитан.