Судьба, что перевернула мой мир

Вечерние тени накрыли комнату прохладным покрывалом, заставляя меня поежиться и открыть глаза. Вставать совершенно не хотелось, ведь стоит мне оторвать голову от подушки, как начнется настоящее. А оно в ближайший месяц сулит мне крайне тяжелое время. Даже от мысли, что я снова его увижу, мне становилось не хорошо, а возможные разговоры с Лексусом меня по-настоящему пугали. Но часы на прикроватной тумбе громко отсчитывали секунды моего промедления, напоминая мне о скоротечности быстро уходящего времени. Мне пришлось заставить себя встать, пришлось заставить себя собираться. Пока умывалась, все же бросила мимолетный взгляд на свое отражение, что не позволяла себе делать уже давно. И то, что я увидела, лишь напомнило мне причину такого, казалось бы, странного решения для молодой девушки. Черты моего лица стали угловатые, кожа не просто бледная, а словно посеревшая тонкая папиросная бумага, что может порваться от неловкого движения. Глубокие синие тени под глазами явственно выделялись, даже после сна. Мне стало противно от собственного внешнего вида, и я отвернулась. Сейчас меня уж точно не назовешь красавицей, как часто говорил Дреяр младший. Даже не удивительно, что он вдруг отправил ко мне Фрида, видимо испугался, как бы я не окочурилась с ним на этом задании, а ему потом отчитываться. Хотя я уже и так выглядела лишь призраком, некогда миловидной Люсьены Хартфелии. Да и мое тело стало настолько худым, что я была вынуждена носить мешковатую одежду, чтобы хоть как-то скрыть торчащие кости. От мысли, что в таком состоянии меня будет видеть маг молний, я жалобно заскулила. После столь долгого промежутка времени показаться ему такой жалкой и слабой, для меня было просто не выносимо. Когда закончила со сборами, времени у меня просто не оставалось, надев толстовку и свободные джинсы, я вышла с большой сумкой на улицу. Погода видимо решила мне усложнить и так не простое путешествие. На улице лил просто жуткий ливень и я, накинув на голову капюшон, побежала к вокзалу. Послышался гром, и сжавшись всем телом, я ускорила бег. Странное дело, будучи влюбленной в мага молний, с детства боялась это стихийное явление. Когда я подбегала к нужному перрону, меня уже всю трясло от накатившейся паники и страха. Такое сильное чувство, что напрочь лишает хоть какой-либо трезвости рассудка. И я, как в детстве, завидев знакомую спину, рванула в его направлении и, прижавшись к нему, затряслась всем телом. На тот момент я слабо соображала, что делаю, просто подрагивала в его родных объятьях от каждого громкого грохота, что рассекал небесные просторы яркими и ломаными линиями, отдаваясь во все стороны громом. А Лексус видимо по привычке, гладил меня по голове и, нагнувшись к моему уху, шептал милые глупости, как обычно делал, чтобы меня успокоить. Сразу вспомнились весенние вечера, когда за окном буйствовало это громкое стихийное нечто, а я сворачивалась клубочком в его объятьях, и мы так часами сидели в одном кресле. В сердце больно кольнуло, и я непроизвольно заплакала, теснее прижимаясь к его груди. Боялась отпустить это теплое и родное чувство, боялась возвращаться в хмурую и холодную действительность. В сознание меня привел его хриплый и немного дрожащий голос. - Люси, нам надо идти в вагон, наш поезд сейчас тронется. Только я потянулась к сумке, что обронила, когда так необдуманно кинулась в его объятья, как он меня опередил и уже закидывал ее лямку себе на плечо, растворяясь в проходе вагона. А я просто стояла и смотрела в темноту этого прохода. Стояла и молча плакала. Было просто не выносимо, ведь не смотря на все это время, что мы были порознь, моя любовь к Лексусу оставалась неизменной. Сердце ныло тупой болью, и я не могла найти в себе силы сделать хотя бы один шаг. Ноги просто не слушались, словно приросли к асфальту. Ко мне подошел проводник и взволнованно посмотрел в глаза. - Девушка, вы в порядке? Поезд уже отбывает, заходить будете? – его слова вернули меня на землю, и я сделала неуверенный шаг. Шаг к целому месяцу болезненных воспоминаний, шаг в прошлое, что лишь на мгновение всколыхнет мою побитую душу, а потом снова отбросит в ту давящую пустоту, из которой я с таким трудом выбиралась. Дреяр младший сидел в купе у окна и, смотря на совсем темный соседний перрон, слушал музыку. На мое появление он никак не отреагировал, просто продолжал хмуро смотреть через потертое и поцарапанное стекло. Села напротив и посмотрев в окно, столкнулась с его взглядом в отражении. Около минуты мы неотрывно смотрели на наши затененные уличным мраком силуэты отраженные на стеклянной поверхности, а потом он перевел взгляд на меня настоящую и я неуверенно повернулась к нему. Осмотрел меня взглядом с ног до головы и сильно нахмурился. - Ты вообще питаешься? – я даже вздрогнула от такого вопроса и опустила голову вниз, разглядывая свои тонкие пальцы, что теребили края толстовки – ты очень плохо выглядишь, Люси. Если честно, когда я тебя сегодня нес к Полюшке, то меня не покидала мысль, что на руках у меня не взрослая женщина, а маленький недоразвитый ребенок. Если продолжишь в том же духе, то доведешь себя до сырой ямы в земле. На последних словах его всего передернуло и, склонившись ко мне, подцепил пальцами мой подбородок, заставляя поднять на него глаза. Но столкнувшись с холодным синим морем его зрачков, я отвела взгляд в сторону. Просто не могла видеть эту пустоту. Понимаю, что в них не будет любви или нежности, но одно дело думать об этом, а совершенно другое видеть в настоящем. - Я сейчас принесу нам что-нибудь поесть из вагона-ресторана. И учти, я лично прослежу, чтобы ты съела все. Не хватало мне еще, чтобы ты коньки отбросила, пока мы на задании – грубо бросил Лексус, выходя из нашего купе. Мне так отчаянно захотелось расплакаться и убежать отсюда как можно дальше. Ну как мне пережить этот месяц? Когда он так близко ко мне физически и так далеко душой. Пока ждала его возвращения, меня разморило и я, подпихнув ноги под себя и облокотившись об стенку, задремала. Разбудили меня теплые руки, что подняли и переложили на расправленную простынь. Открыв глаза, столкнулась с его лицом, он почему-то склонился ко мне совсем близко, что я чувствовала своей кожей его горячее дыхание. От такой близости мое сердце стало стучать как бешеное и, глубоко дыша, я утопала в его глазах. На несколько секунд, мне почудилось, будто я вернулась в прошлое, он смотрел на меня с теплотой, а потом скривился и отвернулся, резко возвращая меня в действительность. Сел напротив и проворчал недовольным голосом. - Вставай, я принес поесть. Пока ты со мной, буду следить за тобой и не позволю опять довести себя до голодного обморока. Сопротивляться я не стала, хотя я никогда ему не сопротивлялась. Лексус обладал особой властью, как над моим телом, так и над моей душой. Села на простыни и посмотрела на содержимое маленького столика, а мое сердце ускорило и без того сумасшедший ритм, он помнил. Помнил о моих особых пристрастиях к слоеной выпечки из одной пекарни в Харгеоне, куда он часто перемещался, чтобы побаловать меня. Шутливо высказываясь, что если нравиться мне, то значит нравится и малышке, а баловать своих девочек он никогда не прочь. Передо мной лежали именно эти слойки, и я прекрасно знала, в вагоне-ресторане уж точно они не продаются. Подняла на него взгляд, а он резко отвернулся и недовольно проворчал. - Ну, уж это ты точно не откажешься съесть, а мне главное, чтоб дожила, хоть до конца задания. Так что давай, чтобы за обе щеки. Вытащив из внутреннего кармана шубы пачку сигарет и зажигалку, встал и вышел из купе. Давно он снова начал курить? Хотя бросил он только ради меня, потому что я на дух не переносила табачный дым во время беременности. А раз мы больше не вместе, то этого стоило ожидать. Вот даже бы не подумала, что так соскучусь по этому вкусу, давно уже их не ела. Опомнилась я лишь, когда прикончила последнюю слойку, и в этот момент вернулся Лексус. Взглянув на меня, рассмеялся и нагнулся ко мне, чтобы смахнуть с моего лица крошки. - Ты совершенно не меняешься, Люси, все такой же ребенок, которого я… - резко замолчал и отвернулся к окну – ладно если ты уже поела, то пора ложиться спать. *** Проснулась я от того, что меня трясли за плечи и кричали мое имя, резко села и тяжело задышала, отгоняя остатки кошмара. Все тело знобило от холодного пота, а толстовка неприятно прилипала к спине. Рядом со мной на корточках сидел Лексус и взволнованно смотрел на меня. - Ты кричала во сне. Я побледнела. Обычно, как мне говорили подруги, я всегда через кошмары звала его, неужели и сейчас? Боже, я надеюсь, что нет. Вдруг он, стянув меня с койки, прижал к себе и уткнулся носом мне в ключицу. Какое-то время мы молча сидели на полу, он обнимал меня и гладил по спине, как раньше всегда делал если мне присниться плохой сон. Мне так сильно захотелось плакать, что я не смогла остановить этот порыв. Соленые капли падали на ворот его рубашки, оставляя темные влажные пятна, а он все еще не отпускал меня. Вскоре мене стало легче, и я расслабилась, уткнувшись носом в его шею. - Успокоилась? – он сказал это таким тихим и хриплым голосом, что я еле расслышала. - Да, спасибо – хотя мой голос был не лучше, усадил меня обратно на мягкое сидение и быстро встав, вышел из купе, даже не взглянув на меня. У меня появилось ощущения дежавю, сидела и смотрела в окно, ожидая его, но Лексус не возвращался. Уже близился рассвет, но в купе я по-прежнему была одна, а до нашей остановки оставалось всего полчаса. И я решила отправиться на его поиски, собственно нашла-то я его быстро, даже гадать не пришлось. Лексус сидел в вагоне-ресторане и откинувшись на спинку мягкого дивана, смотрел в окно, время от времени делая большие глотки из низкого бокала и снова наполняя его из пузатой бутылки, что стояла рядом на столе. Я неуверенно подошла к нему и тихо позвала его по имени, а маг молний подняв на меня затуманенный алкоголем взгляд, улыбнулся и похлопал по обивке диванчика рядом с собой, видимо приглашая меня присесть. Послушно расположившись рядом я снова обратилась к нему. - Лексус, нам через полчаса выходить, давай ты вернешься в наше купе – я старалась говорить, как можно мягче, так как помню, что пьяный Дреяр, гораздо более вспыльчив и агрессивен, чем трезвый. А он положив мне руку на бедро, придвинул ближе к себе и зарылся носом мне в волосы у самой шеи, глухо зарычав. - Люси, своим появлением в моей жизни ты всю ее искалечила. Какого это быть такой слабой и никчёмной, но при этом умудриться сломить сильнейшего мага первой гильдии Фиора? – я стиснув зубы, молчала, а он продолжал говорить такие болезненные для меня слова – если бы ты знала, сколько раз я проклинал тот день, когда связался с тобой. Дав мне надежду на счастье, так нагло ее у меня отобрала, забрала у меня самое дорогое. Растоптала и уничтожила. Я никогда не смогу тебе этого простить. Я всегда буду тебя за это ненавидеть. Я хотела убежать, скрыться от него как можно дальше, но Лексус держал меня мертвой хваткой, а каждым своим словом, будто резал меня по живому. Я уже ревела навзрыд, а он все продолжал свою тираду ненависти ко мне, не отпуская из своих крепких рук. Внутренне я молила его остановиться, молила замолчать, а в слух не могла выдавить ни единого слова, лишь тряслась всем телом и плакала. Я не выдержу рядом с ним месяц, просто сломаюсь окончательно. Зачем он это делает, зачем говорит такие вещи. Неужели не видит, как мне от них больно. В какой-то момент я поняла, что опять теряю связь с реальностью, голова снова закружилась, а в глазах потемнело. *** Пришла в себя я в какой-то комнате, свет был выключен, а тяжелые шторы плотно задернуты, не пропуская в помещение ни одного лучика света. Я с трудом встала и на ватных ногах подошла к двери, которая во мраке была отчерчена лишь слабым силуэтом. Открыв ее я резко зажмурилась, нет свет в коридоре не был таким уж и ярким, но после полной темноты, даже такое мягкое освещение, казалось, причиняло моей роговице болезненные ощущения. Очень странно, я находилась в чьем-то двухэтажном доме. Я ожидала увидеть больничную палату или номер гостиницы, но дом? С трудом спустилась на первый этаж, где слышались два мужских голоса, один я узнала сразу это был Дреяр младший, а второй был мне не знаком. Прошла в большую комнату, по-видимому зал. В кожаном кресле сидел пожилой мужчина в белом халате и держал в руках чашку с чаем, а по комнате шагал взад и вперед хмурый Лексус, но стоило мне наступить на паркетный пол зала, как он резко поднял на меня взгляд. - Зачем ты встала? – я даже удивилась этому взволнованному тону мага молний. Седовласый мужчина поднявшись с кресла и поставив на журнальный столик чашку, подошел ко мне. Я уже поняла, что это врач, поэтому не стала сопротивляться, когда он обхватив мое лицо шершавыми ладонями, стал на свету разглядывать мою кожу и белки глаз. И видимо закончив мой осмотр, заговорил. - Ну уже определенно лучше, но советую подольше отдыхать, сильно не нервничать – от этого слова я лишь нервно посмеялась – и хорошо питаться, так как ваш нынешний вес меня крайне беспокоит. Уже только от него вы, девушка, можете в любой момент упасть в обморок. Понимаете меня? Я кивнула, так долго стоять мне было тяжело, поэтому обогнула человека в халате и присела на диван, уставившись на свои голые острые коленки. Вот только сейчас до меня дошло, что я в здоровенной футболке Дреяра младшего, и если она и раньше была мне велика, то сейчас это было для меня просто парашютом, а вырез для головы совсем оголял мои костлявые плечи. Врач подойдя к Лексусу сказал что-то про назначенные лекарства и покинул дом. Повисло неловкое молчание, а эта тишина словно резала слух, но заговорить первой я не решалась. И через несколько минут этой пустоты, он всё-таки начал говорить. - Тебе надо поесть – его голос был совсем чужим, я просто не узнавала его, у самой двери он бросил всего два слова, но их значение было важнее тысячи других – Прости меня.