Без границ

— Эй, Проснись! — Сильная рука слегка трясет за плечи спящего парня. Чонгук резко открывает глаза и оглядывается вокруг, комнату освещает лишь тусклый свет ночника, а рядом с ним на кровати сидит Чимин. — Хен? — сонным и непонимающим голосом выпалил Чонгук, потирая один глаз рукой. — Ты опять неспокойно спал, — Чимин тревожно вглядывается в лицо младшего, — снова кошмары? — Да, — тихо и тяжело выдохнув, Чонгук опускает голову, и закрывает лицо ладонями, пытаясь успокоиться. – Просто кошмар… — И что на этот раз было? —Мне приснилось... Что ты умер, — тихо прошептал Чонгук, не отрывая рук от лица. Чимин лишь позволил себе запустить свои пальцы ему в волосы и легонько их взъерошить. — Чонгук, это просто сон. — Я знаю…— голос неожиданно вздрагивает, даже для самого Чонгука. – Просто… — Хрипло вздохнув, он замолкает. Не пытаясь продолжить, то что хотел сказать. — Раз начал, так говори, — Пак убрал руку и заглянул ему в глаза. — В чем дело? — Хен, я… — младший прикусывает губы, пытаясь удержать слезы. — Я боюсь. — Я никуда не уйду, я всегда буду здесь, с тобой. — Вот этого и боюсь, - отвечает Чонгук. - Все близкие и дорогие мне люди меня оставляют. У меня остался только ты, поэтому я не хочу потерять тебя. — Эй-эй-эй, — Чимин перебил паническую тираду, обнимая младшего за плечи, — Я никуда не уйду, слышишь? Чонгук смотрит своим взглядом в знакомые с детства глаза, словно пытаясь найти что-то неизвестное ему. Чимин с детства заботился о нем, он был для него, как старший брат. Родители Чонгука были алкоголиками, и часто били бедного парня, но в этом году Чимину исполнилось восемнадцать лет, поэтому он переехал в отдельную, съемную квартиру, взяв Чонгука. Чимин негромко вздыхает и чуть улыбается, глядя на младшего. — Послушай, — произносит Пак. — Я всегда буду заботиться о тебе. Никуда я от тебя не денусь. Так что не волнуйся, я отвяжусь от тебя еще нескоро. Губы Чонгука чуть вздрагивают в улыбке. Он шумно вздыхает и утыкается лбом Паку в плечо. Чимин не отстраняется, напротив, он подвигается ближе и осторожно приобнимет младшего, крепче притягивая к себе. Чонгук давно уже негромко сопит, уткнувшись носом Паку в ключицу, словно бездомный котенок. Чимин бережно укладывает младшего обратно на его подушку. Чонгук по-детски подсовывает ладонь под щеку, поворачиваясь на бок. Едва касаясь, Чимин отводит с его глаз непослушную челку, чтоб не мешала. Чимин не мог заснуть, в комнате была тишина, нарушаемая лишь звуком машин с улицы. Повернувшись на бок, он подсовывает руку под голову и вглядывается в спящего Гука. В груди отчего-то появляется странное чувство. Но что это значит, Чимин не представляет – он просто лежит, не отрывая взгляда от младшего. Чонгук неожиданно вздрагивает во сне и открывает глаза. Несколько секунд он вглядывается в темный потолок, а потом поворачивает голову и смотрит на Чимина. — Ты спишь? — чуть слышным шепотом спрашивает он. — Нет, — так же тихо отзывается Пак Повисает тишина. Чимин молчит, только чуть слышно его дыхание. — Что с тобой? – негромко спрашивает Чонгук. — Все в порядке. Чонгук рывком садится на кровать, скидывая одеяло и опуская босые ноги на пол. Чуть помедлив, встает и, подойдя к соседней кровати, опускается рядом со старшим. — Хочешь, скажу тебе один секрет? — Давай, – Чимин привстает, так что они оказываются напротив друг друга. — Ты мне нравишься, Хен, — он чуть улыбается, опуская глаза. Чимин улыбается в ответ. Протягивает руку и отводит у Чонгука с глаз вечно мешающую челку. — Ты мне тоже, Чонгуки, — затем чуть пододвигается. Чонгук залезает на его кровать с замерзшими на холодном полу ногами. Чимин ерзает, вытаскивая из-под себя одеяло, на котором сидел, и, подвинувшись к Чонгуку, набрасывает его ему на плечи, укутывая. Чонгук улыбается. Это так приятно… чувствовать его заботу, знать, что ты нужен, что тебя любят и защитят. Чимин и так слишком близко к нему, но, тем не менее, Чонгук пододвигается еще ближе. Он прижимается лбом к его плечу, утыкается носом страшему в шею. — Гуки... — тихо говорит Пак. Внутри него что-то лопнуло, отдачей ударив по всем внутренностям. И Чонгук, вскинув голову, впивается губами в шею Пака. Чимин замирает, словно боясь пошевелиться, а Чонгук, чуть прикусив кожу, движется дальше, ведет губами по его шее, подбородку, затем подбирается к губам. Сердце у Чимина колотится так, что вот-вот, кажется, сломает ребра. "Господи, что он делает?.. Надо остановить его. ведь так нельзя, так неправильно…"- Все эти мысли пролетают в голове у Чимина за доли секунды. Чонгук чуть смелее прикасается к его губам, осторожно гладит ладонью по его шее, проведя пальцами от его уха к ключице. Чимина словно прошибает электрический разряд от этого простого прикосновения. Ощутив, как вздрогнул старший, Чонгук на секунду отстраняется, пытаясь заглянуть ему в глаза. — Чонгуки, — неожиданно шепчет Пак, и младший замирает в нескольких сантиметрах от него. Чимин притягивает Чонгука ближе, усаживая к себе на колени. Его руки торопливо скользят по телу младшего, через футболку оглаживая крепкие мышцы. Чонгук, разжав объятия, торопливо начинает стягивать с себя футболку. Он путается в руках, ткань трещит, и Чимин приходит к нему на помощь – его руки цепляют задранную футболку и стягивают ее с Чонгука. Едва он выпутывается из одежды, как тут же вновь впивается в его губы. Чимин гладит его по шее, заставляя наклонить голову. Чонгук послушно тянется за ним, одновременно и торопливо расстегивая пуговицы на его рубашке, едва не отрывая их. Пак опускает руки, стряхивает с себя рубашку, скидывая ее куда-то на пол. Пальцы Чонгука тем временем уже нетерпеливо тянут его ремень, расстегивают пуговицу на джинсах. Джинсы отправляются вслед за рубашкой. Чонгук давит на плечи Чимину, вынуждая того лечь, и сам бессовестно укладывается сверху. Чимин улыбается, не прекращая его целовать, он запускает обе руки в его взлохмаченные волосы. Чонгук скользит губами по подбородку, спускается к шее. Он впивается в Чимина губами, руки бессистемно блуждают по его телу, по гладкой загорелой коже, лаская, сводя с ума. — Чонгуки... — шепчет Чимин. — Заткнись, Хен, — качает головой младший. Он снова тянется к нему, и проводит языком по его губам. Чимин резко переворачивается, опрокидывая Чонгука на подушку, подминая его под себя. В груди плещется горячая волна, которая вот-вот накроет его с головой. Его рука скользит по телу вниз, и замирает на животе. Чимин наблюдает, как глаза у Чонгука закрываются от наслаждения, и медленно продолжает движение. Дыхание Чонгука учащается, становится прерывистым. Рука соскальзывает на бедро, и Чимин опускает голову, касаясь губами его груди. Он медленно, не спеша, движется вниз, оставляя за собой на его коже следы поцелуев. Вскинув голову, Пак быстро проводит языком по его члену, по всей длине. Чонгук от неожиданности с хриплым стоном выгибается дугой, но руки Чимина по-прежнему удерживают его на месте. Чимин вновь опускает голову и касается губами его члена, облизывает головку. Чонгук вцепляется пальцами в простынь так, что кажется, будто он ее сейчас порвет, и с трудом дышит. Наблюдая, как меняется выражение лица младшего, Пак начинает поглаживать его член, чуть сжимая пальцы, ласкает головку. Чонгук тихо скулит, и Чимин крепче обхватывает его, сжимая ладонь, ускоряет темп. Чимин добавляет второй палец, скользит в нем, растягивает. Чонгук с громким стоном выгибается, подаваясь назад, крепче насаживаясь на ласкающие его пальцы. Второй рукой он отводит темные пряди волос младшего и целует его в ухо. Пальцы исчезают, сменяясь ощущением медленного, настойчивого давления на его тело. Он входит в него полностью, и замирает, давая Чонгуку свыкнуться с ощущениями. Чимин вновь целует его за ухом и осторожно двигает бедрами, выходя из него и снова входя. Чонгук тихо стонет, но не от боли, а от удовольствия, и подается ему навстречу. Чимин улыбается, крепче прижимает младшего к себе и неторопливо начинает двигаться, постепенно увеличивая скорость Чонгук едва успевает вдыхать воздух между толчками Чимина и собственными стонами. Он вскрикивает каждый раз, когда Чимин задевает что-то у него внутри, и в ответ качает бедрами, подаваясь назад. Двигаясь в одном ритме с ним, и в голове у Чонгука пробегает лишь одна мысль – только не останавливайся… Пак рывком входит в содрогающиеся тело Чонгука, заставляя его изогнуться и кончает вместе с ним. Чонгук часто дышит и дрожит всем телом, закрывая глаза. Внутри у него все сходило с ума. Он прижимается к нему всем телом, как котенок к хозяину. — Чимин… — тихо шепчет он, сам не зная, зачем это делает. — Я никогда не уйду от тебя, — он укладывает его на бок и касается губами его плеча, ведет рукой по позвоночнику. Чонгук закрывает глаза и часто дышит, отдаваясь на волю ощущений. Чимин прижимается к его спине, обнимает и целует его за ухом, отводя с виска влажные пряди волос. Чимин заглядывает в его глаза – довольные, полные наслаждения, видит усталую улыбку на его губах, и улыбается тоже. Пак приподнимается и поднимает с пола давно сброшенное одеяло. Накрывает их обоих, и снова укладывается на постель. Чонгук подвигается к нему вплотную, утыкается носом ему в висок, обнимает второй рукой поперек груди. Чимин касается губами мокрого лба сопящего Чонгука, и закрывает глаза, тихо шепнув на ухо: — Спокойной ночи, Чонгуки.