Мужчины Стивена Роджерса

Совершеннолетие единственного наследника Энтони Старка — событие, о котором все начали говорить еще на семнадцатилетие Питера Роджерса-Старка. Тони закатывает грандиозную вечеринку с прессой и какими-то чиновниками, на что Стив смиренно закрывает глаза и просит не втягивать его во всю организационную мишуру. Старк покладисто выполняет все требования символа нации и растрачивает огромные суммы денег на салют, певцов, танцоров и корону. ― Корона? ― скептически хмыкает Стивен, разглядывая серебряную безделушку с какими-то камнями, которые сам Тони благоговейно называет бриллиантами. Роджерсу все равно, какие там бриллианты, потому что… потому что. ― Ты серьезно, Старк? ― Я, Роджерс, король Старк Индастриз, если ты не в курсе, ― напоминает Тони. ― И мой сын — наследник, следовательно — принц. ― И как-то же я живу с тобой, ― бормочет себе под нос Стив и снова с опаской осматривает корону. ― Питер наш сын, а не твой, Тони. Ты и так избаловал его до невозможности. И мне кажется, что под весом всех этих камней он… корона просто убьет его. Старк смотрит на доблестного Капитана Америка так, словно тот совсем из ума выжил, а потом подхватывает корону двумя пальцами, демонстрируя, что она легче легкого. ― Доволен? ― спрашивает он. Стив кивает и идет к шкафу, потому что время поджимает, и им нужно ради приличия успеть хотя бы на красную дорожку, потому что Тони и об этом позаботился. ― Баловали Пита все. Особенно вы с Барнсом и Наташей. Тони довольно скалится, подтверждая свою правоту. Иногда Стив не понимает, почему вообще вышел за этого фигляра. ― Одевайся, Тони, иначе мы пропустим то, как наш сын вовсю изображает умение перевоплощаться в своего отца, ― говорит он, и Тони также послушно идет к шкафу. Стив напрягается от такой податливости. Старк спокойно одевается, даже не глядя на Стива, а после оборачивается с хитрой улыбкой и дергает Роджерса на себя за подол еще не заправленной рубашки. ― Тебе и десяти минут хватит. Спорим? ― кокетливо предлагает Тони и резко опускается на колени. Роджерс все еще не знает, почему вышел за Тони. Или, быть может, знает, но вслух не говорит. Стесняется. *** Красная дорожка — не только чистая прихоть Старка. Обоих Старков. Но еще и повод выпендриться для всех, кто приближен к этой супергеройской семейке. Наташа появляется под руку с Джеймсом, улыбается, демонстрируя длинные стройные ноги, щебечет что-то на ухо Баки и позирует. Журналистов очень много, чего Стив явно не одобряет, но ничего не говорит. Они с Тони приезжают на спортивной ауди. Старк под недовольное шипение Стива подает ему руку, помогая выйти из машины. Тони по-хозяйски обнимает Стива за талию и привычно скалится всем камерам, направленным на него. За годы публичной жизни со Старком Стив тоже привык натягивать маску искреннего дружелюбия, поэтому старается соответствовать мужу, которого мысленно клянется расчленить после всего случившегося. Гостей невероятно много и Тони в ответ на недоумевающий взгляд Стива просто пожимает плечами. Питера нигде не видно, но Роджерс догадывается, что у них с Тони есть какой-то план, иначе Старк-старший давно бы уже начал психовать и требовать от Джарвиса невозможного — найти Питера. Их сын совершенно неуловим, если того хочет. Стив отпускает Тони пройтись и встречается взглядом с Баки, который явно довольнее, чем сам Кэп. Впрочем, будешь тут недовольным. Роджерс старается не думать о том, что связывает его сына с его, черт возьми, лучшим другом. Поговорить об этом им определенно придется, но не сегодня. Драться на дне рождения собственного сына для Стива непозволительный моветон. Проходит приблизительно четверть часа, и Стив безрезультатно пытается напиться шампанским, когда на сцене начинает происходить какое-то шевеление. ― Просто смотри, ― шепчет ему на ухо подоспевший Тони и обнимает со спины. Стив буквально чувствует, что все камеры направлены если не на сцену, то на них точно. Огромная ширма, до этого скрывавшая часть сцены, поднимается, являя взорам всех присутствующих ухмыляющегося Питера. Он раскидывает руки в стороны, купаясь в лучах собственной славы, и Тони хмыкает, бормоча что-то похожее на «мой мальчик». Стив настолько поражен появлением сына, что ему даже не хочется поправлять Тони. Питеру аплодируют, и Роджерс бросает взгляд на широко улыбающегося Баки. За взглядом сына проследить тоже не составляет труда. Стив хочет сказать Тони, что у них проблемы, но потом передумывает и откидывает голову на его плечо, целует щетинистую щеку и шепчет: ― Мы вырастили отличного Тони Старка-младшего. Тони смеется и обнимает Стива крепче. После того, как Пит сбегает со сцены и сквозь ликующую толпу пробирается к родителям, Стив обнимает его. ― Спасибо, пап, ― Питер не торопится отпускать Стива, но Тони, бесцеремонный Тони, быстро решает ситуацию, буквально выдергивая сына из рук мужа. ― Ты должен сказать спасибо не только папочке-зануде! Стив закатывает глаза, хлопает обоих любимых мужчин по плечу и идет в сторону Баки, Клинта и Сэма. Те весело и оживленно болтают, но Барнс замирает, как только Капитан Америка подходит ближе. ― Кто-то влип, ― ехидно тянет Сэм, а после берет сопротивляющегося и охочего до сплетен Бартона под руку, и они оставляют лучших друзей наедине. ― Э-э, Стив? ― Баки трет шею бионической рукой, и Стив в красках представляет, как Тони, даже без костюма, отрывает ему эту самую руку, когда узнает, что происходит между Питером и Баки. ― Он мой сын, Баки, ― как бы между прочим информирует Стив, махая в сторону фотографирующегося с отцом Питера. К ним присоединяются Ванда и Наташа. ― Знаешь, что это означает? Баки кивает, и ему хочется рассмеяться, но он понимает, что Капитан Америка, вообще-то, никогда не шутит. Когда взгляд Стива перестает быть таким пронзающим, они мило беседуют еще некоторое время, а после Стиву приходится извиняться перед Наташей за слегка перебравшего Тони, который, геройствуя, предлагает Черной Вдове спарринг. Без костюма. Стив увозит Тони домой, но даже там Старк продолжает изводить мужа, неуклюже танцуя стриптиз прямо в коридоре. Капитан предусмотрительно просит Джарвиса записать все это и показать мистеру Старку наутро. Тони сам идет в постель и разваливается на кровати в позе морской звезды, так и не сняв до конца брюки. Он заплетающимся языком предлагает Стиву пошалить, жалуясь на несчастные «десять минут» перед выходом, и засыпает еще до того, как Стив успевает раздеться и дойти до их кровати. *** Наутро Тони сидит на кухне и пьет кофе. Он лениво просматривает новостные отчеты о празднике, самодовольно читает новости о том, как гармонично смотрится их пара со Стивом, и даже сохраняет себе несколько фотографий проворных журналистов, где-либо рука Тони, та самая, где обручальное кольцо, недвусмысленно покоится на ягодицах Капитана Америка, либо Стив мило краснеет от того, что Старк шепчет ему что-то на ухо, прижимаясь со спины. К фотографиям идут различные посты и заголовки, и Тони почти в голос смеется от одной подписи «Боже, храни Америку» над фотографией их со Стивом поцелуя. По чистой случайности Тони натыкается на статью «Голубое наследие Энтони Старка» и пробегается глазами по ее содержимому, чувствуя отчаянное желание напиться от прикрепленных фотографий. Он соскакивает с места, наплевав на похмелье и резкую боль в висках, и бежит в спальню, расталкивая спящего Стива. ― Что такое? ― недовольно интересуется Роджерс, и Тони ладонью смахивает статью с экрана на стену, чтобы Стив спросонья мог прочесть. ― Почему наш сын выбрал Барнса, черт возьми? ― шипит он, тыкая пальцем в фотографию, на которой Пит зажимается с Баки за печально известной ширмой. Тони очень зол, и Стив жалеет, что не рассказал ему раньше. ― Почему не Брюс, если уж его так тянет на фриков? Стив ужасается тому, что было бы, если бы Пит решил влюбиться в доктора Беннера, и в красках представляет худшее. Он мотает головой и просит: ― Тони, иди ко мне. Старк колеблется, но все же подходит к кровати и опускается рядом со Стивом. Он все еще обижен и растерян. ― Роджерс, ты знал, черт возьми? ― громко возмущается он, ударяя Стива ладонью по плечу. Стив виновато улыбается и гладит Тони по спине. ― Мы можем продолжить начатое вчера, а потом поговорить. Как тебе идея? ― он тянет Тони ближе и рывком укладывает на постель, подминая под себя. ― Ты все равно не отделаешься, ― недовольно бурчит Старк. Стив знает, как сделать так, чтобы Питу, Барнсу и ему сошло все с рук. В конце концов, никто не знает Энтони Старка-Роджерса лучше Стива. А с этими голубками он и сам разберется. Только позже. Возможно, не сегодня.