Возможно, в следующей жизни

Несколько часов Лекса непрерывно отвечала на вопросы Дженни. Она хотела знать о дочери абсолютно все. — Лекс, как с личным? Появилась девушка, ты одинокая? Родители и друзья Лексы знали, что она предпочитает девушек. Она призналась в этом еще в старшей школе, когда они всем классом шли в поход, она открыла для себя, что же это такое целовать девушку. Она поняла, что это часть ее. Огромная часть. Что она не просто хочет целовать девушек. Она хочет строить с ними отношения. — Никак, мама. Я не хочу сейчас отношений. У меня сейчас в основном отношения на одну ночь. Дженни и Лекса всегда понимали друг друга. И Дженни никоим образом не осуждала Лексу. Она понимала, что её дочь уже давным-давно взрослая. — Разве тебе не хочется быть рядом с кем-то все время? Видеть человека, просыпаться с ним, сходить с ним с ума в конце концов? Разве тебе не хочется как Линк, иметь постоянные и серьезные отношения? Лекса смутилась. Она понимала, что не может рассказать матери истинную причину ее нежелание быть с кем-то длительное время. Она хотела длительных отношений. Она была готова к ним всем сердцем. Но судьба решила по-другому и сейчас она одинока и ей так лучше. — Все этого хотят, мама, — с теплотой в голосе сказала Лекса, — но к этому нужно прийти, до этого нужно дорасти. Чувства не заставишь появиться ниоткуда, если внутри ничего не вспыхнуло при взгляде на человека. Они приходят неожиданно. И иногда ты влюбляешься в человека, в которого совсем не ожидала влюбиться. Которого не рассматривала в качестве своей второй половинки вообще. Это спонтанно. Это как снег на голову. Человек становится для тебя всем. И это действительно прекрасно, если только эти чувства взаимны. Но не всегда так бывает, мама, не всегда … Ее взгляд был направлен в пол. Она сидела за кухонным столом и уже совсем не слышала слов матери. Она просто ушла в воспоминания, которые терзали ей сердце, в чувства, которые так и не прошли, как бы она не старалась от них избавиться. — Лекса, ты слышишь меня? — Спросила Дженни заметив потухший взгляд девушки. — Да, мама, мне нужно идти. Скоро мы с компанией отправляемся в паб. — Ну хорошо, — сказала Дженни, — договорим позже. Лекса шарила в собственных вещах обдумывая, что ей надеть. В конце концов, решила надеть белую майку, поверх которой надела клетчатую рубашку, и светло-синие джинсы с дырками на обеих коленях, надев при этом свои любимые белые кроссовки. Она любила так одеваться. Ей было комфортно в этом образе. Простой и удобный одновременно. Лексу не покидали мысли будет ли там Кларк. Где она вообще, чем занимается и думала она хоть раз о ней? Хотя в принципе неважно, сегодня день Лексы и ничто его не испортит. Друзья все вместе приехали в ресторан. С тех пор как Лекса переехала в LA в пабе почти ничего не изменилось. Девушку резко охватила ностальгия. Все проведенные вечера и ночи в пабе. Все посиделки и игры. Все прямым ходом шли к любимому закрытому от посторонних глаз столику. Этот столик до сих пор оставался особенным для всех. Конечно посетители также сидели за ним. Но когда за него заваливалась эта дружная компания, атмосфера в пабе становилась веселой и непринужденной. Все уселись за столик и начали листать меню. Хотя все уже знали его почти наизусть, ведь каждый из друзей время от времени подрабатывал в пабе. — Лекса, ты с кем-то встречаешься? — спросил Линкольн и серьезно посмотрел на сестру. — Нет, брат, я еще не готова быть рабом, — с сарказмом сказала Лекса, а потом добавила, - кхм, рабом своих чувств как ты. Друзья рассмеялись. Линкольн и Октавия переглянулись и поняли, что эту тему лучше не трогать, потому что было очевидно, что для Лексы она не слишком приятная. Вечер проходил на славу. Друзья уже изрядно напились. В пабе играла кантри музыка. Лекса смотрела в сторону входа и ждала. Сама не понимала почему, сама не понимала зачем? Но маленькая часть ее ожидала все же увидеть сегодня хотя бы издалека Кларк. Она понимала насколько сильно соскучилась по глубоким как океан голубыми глазами. Вдруг зазвонил телефон Джаспера и он ответил. - О, Кларк, рад тебя слышать! Как у тебя дела? Мы в пабе, празднуем возвращение Лексы. Сердце забилось со скоростью звука. Оно как-будто пыталось пробить грудную клетку и убежать прочь. Хотя оно уже давним давно спокойно лежало в ладонях той самой блондинки, которая сейчас мило беседовала с Джаспером по телефону. Лекса не сводила глаз с Джаспера и улавливала каждое сказанное им слово. На другом конце трубки Кларк была в неописуемом шоке. Ей показалось, что мир замер на несколько секунд. Ладони вспотели, сердце ускорило свой темп. Голос начал предательски дрожать. Ей точно это не послышалось?  — Лекса? Она вернулась? Когда? Джаспер был слишком пьян, чтобы долго говорить по телефону. Поэтому он просто чуть внятно пробормотал: — Приходи, мы все здесь. Лекса ждет. — и мгновение спустя бросил трубку. Лексе хотелось убить парня. Что за глупость он только что сказал? Лекса уже давно не ждет Кларк. Ей вообще все равно. Она ей никто. В груди заболело, в горле собрался ком и Лекса просто как-будто выпала из реальности. Кларк все же придет. И Лекса никуда не денется. Она хочет ее видеть, но боится, боится, не удержатся, боится что слезы покатятся по ее искаженному от боли лице. Она любила её до сих пор. Лекса резко встает и говорит всем присутствующим: — Я плохо себя чувствую, мне нужно отдохнуть. Это из-за перелета. Продолжим завтра. — Эй, Лекса, ты куда? — крикнул Джаспер. — Кларк сейчас придет. Она была какая-то очень странная, когда говорила со мной. Даже испугана. Но Лекса уже не слышала парня, она решительно направлялась к выходу. Но, к сожалению, выйти через эту дверь ей не удалось, потому что, как только она открыла дверь, перед ней уже стояла блондинка. Она смотрела в голубые глаза и тонула. Тонула так же как три года назад. Но Лекса сделала вид как-будто блондинка ей безразлична. Она просто улыбнулась приветливой улыбкой и сказала: — Привет, голубоглазая. — Она всегда так ее называла. Только она. Глаза Кларк заблестели. Она не смогла сдержатся и просто бросилась обнимать Лексу. Все тело Лексы налилось теплом. Она хотела этого. Она ждала именно этого. Но вспомнив, что между ними произошло Лекса медленно разжала руки Кларк вокруг своей шеи: — Это лишнее. — холодным тоном сказала брюнетка. Кларк не могла отвести взгляда от зеленых глаз напротив. Они замерли и смотрели друг на друга несколько минут. Пока за спиной Кларк не появился Беллами. — Привет, Лекса! — улыбаясь на все 32 сказал тот, — как жизнь молодая? — Привет, Белл, все прекрасно, сам как? — Да вот едва догнал свою взбалмошную блондинку. Неслась сюда на всех парах. Как с ума сошла. Лекса снова перевела взгляд на Кларк и увидела как она смотрит куда-то в пол. После появления Беллами она как-будто боялась посмотреть брюнетке в глаза. Меньше всего обе девушки хотели сейчас разговаривать рядом с Беллами. Кларк вообще, казалось, очень сильно злилась, что Белл погнался за ней. Она стояла как статуя, боясь что-нибудь произнести. Все слова как-будто испарились после того как она увидела ее. Ту девушку, которая овладела ее сердцем три года назад. Девушку, которая признавалась ей в любви и видела общее будущее. Девушку, которая мило улыбалась каждое утро и посыпала лицо Кларк нежными поцелуями. И этот момент объятий казался настолько правильным и необходимым, как-будто не прошло и дня с тех пор как они были вместе. Все те же чувства, все то же тепло. — А ты куда-то идешь? — спросил Беллами. — Я устала после перелета. Хочу выспаться. — Лекса, останься! Столько времени не виделись, а ты уже убегаешь. Лекса не хотела чтобы показалось будто она убегает именно из-за Кларк. Она не хотела, чтобы блондинка догадалась, что чувства все еще не остыли. Брюнетка и вправду выглядела уставшей. И сейчас она была на перепутье остаться или все таки уйти? Из раздумий Лексу вернул к реальности до боли знакомый хрипловатый голос: — Да, Лекса, останься, — сказала Кларк, которая уже в упор сверлила Лексу взглядом и сложила руки замком на груди. Подошла Рейвен и Октавия. За ними Монти и Джаспер. — Никуда ты Лекса сегодня не уйдешь, — улыбаясь произнесла Окти и икнула. - Возвращайся за стол, тебя никто не отпускал. Ребята буквально силком потащили Лексу обратно. — Ну хорошо, я остаюсь, отпустите меня. Но никто не отпускал. Все было как в старые добрые времена.