Возможно, в следующей жизни

Дрожащими руками Лекса взяла первое письмо. Как ни странно в верхнем левом углу Кларк прописала нумерацию, в том случае, если письма перемешаются. Самолет уже был высоко в небе. Несколько минут назад брюнетка все же нашла свое mp3 и уже успокаивала громкий стук собственного сердца любимой музыкой. Письмо с маленькой единицей в левом углу мирно лежало на ладонях. Лекса смотрела на него и не могла решиться. Что же такого писала Кларк во всех этих письмах? Почему не решилась приехать к ней в ЛА? Хотя на этот вопрос Лекса знала ответ. Несколько минут, она просто крутила конверт в руках, после чего все же решившись открыла его. В нем лежало несколько сложенных пополам исписанных листов в клеточку. Лекса развернула их и увидела знакомый почерк. "Привет Лекса. Ты уехала и оставила меня здесь на произвол судьбы. Мне не хватит слов, чтобы описать всю бурю эмоций, которые сейчас бушуют в моем сердце. Я столько раз представляла себе наше общее будущее, что я совсем забыла о реальности. Я совсем забыла об этой дурацкой афере и обмане, которые придумала собственным больным мозгом. Я с самого начала понимала, что моя мать доведет меня именно к такому исходу. Сколько себя помню она никогда не была довольна мной. Иногда мне даже казалось, что я не ее родная дочь. Потому что когда я смотрела как другие родители относятся к собственным детям я осознавала, что моя мама относится ко мне так, как-будто я ей чужая. В наших отношениях никогда не было нежности и взаимопонимания. Всю жизнь я только и слышала, что я ни на что не способна и все эти мои рисуночки ни к чему не приведут. Разве может мать упрекать собственную кровиночку. В моем случае, очевидно, может. Когда я вырвалась из дома я как-будто начала дышать полной грудью. Сидней стал для меня глотком чистого воздуха. Я наслаждалась тем, что у меня было. Но я никогда и представить себе не могла, что я встречу тебя и что ты станешь для меня настолько важной. Я никогда не забуду того момента в парке, когда ты утешала меня, никогда не забуду как ты коснулась своими горячими губами моего лба, а я как испуганная кошка хотела как можно быстрее убежать. Но с того самого момента я прекрасно понимала, что на самом деле никуда не хотела убегать, я хотела поцеловать тебя, сплести наши пальцы и пройтись пешком домой, лишь бы провести с тобой хотя бы еще немного времени. Я ставила себе такое огромное количество вопросов, на которые впоследствии мне давала ответы только ты. Сначала ты стала мне просто другом, а уже потом я стала замечать в себе ощущение ревности, когда ты касалась каких-то незнакомых девушек. Я хотела подойти, схватить тебя за руку и забрать оттуда. И эта ревность была не просто ревностью из-за моего чувства собственности, эта ревность была во мне из-за того, что в моем сердце еще с первой встречи, с первого взгляда появилось чувство любви. Разве могла я, неотесанная блондинка понять это сразу, конечно нет. Я остро ощущала это чувство еще до того утра, когда ты озвучила мне, что любишь. Мне было страшно. Ты себе даже представить не можешь как страшно. Но этот страх не был тем, каким я себе думала сначала. Он не отражал боязнь, что же подумают обо мне другие. Это была боязнь, раз и навсегда потерять тебя. И я это поняла только тогда, когда окончательно потеряла. Я буду писать так часто, как только смогу. И пусть во мне будет хоть капля смелости все же отправлять письма... P.S. Ты всегда была, есть и будешь моим лучиком света среди кромешной тьмы, в которую я обычно попадаю через собственное безрассудство ". Лекса отставила первое письмо в сторону и прислонилась лбом к иллюминатору. Она смотрела на густые облака, которые окутывали самолет. Смотрела как через них просачиваются лучи солнца и вспоминала лицо своей любимой блондинки. Да, Кларк была безрассудной. Но почему-то именно сейчас в этот самый момент более безрассудной себя чувствовала именно Лекса. Что же было бы, если бы Кларк все же отправляла ей все эти письма? Наверное брюнетка не удержалась и вернулась только после того как прочитала бы первое письмо, а может это только так кажется. По щекам текли слезы. Мужчина, сидевший рядом с Лексой смутился и начал исподлобья смотреть на брюнетку. Он хотел спросить ее все ли в порядке, но после того как Лекса стерла с лица слезы и взяла в руки второе письмо, он решил не вмешиваться. Умелым движением Лекса разорвала второй конверт. Тот же почерк, и то же самое количество страниц. Кое-где чернила были размытыми, стало понятно, что письмо блондинка писала и горько плакала. Лекса снова погрузилась с головой в чтение. "Опять привет. Не прошло и дня как я снова пишу тебе письмо. Я не знаю для чего, ведь предыдущие я так и не решилась отправить. Но по правде говоря, после того как я пишу, мне становится значительно легче. Я выливаю все свои чувства на бумагу, я рисую тебя каждую ночь. Я так боюсь забыть черты твоего лица, твою улыбку, твою маленькую родинку на верхней губе. Я плачу, каждый раз когда вспоминаю как нам было хорошо вдвоем, каждый раз мои глаза наливаются жидкостью, когда я вспоминаю как ты нежно касалась моих губ своими, как-будто каждый раз боялась, что я не отвечу на поцелуй. Я наслаждалась каждым прикосновением, каждой близостью. Я никогда в своей жизни не испытывала такого всепоглощающего чувства. Только к тебе и только с тобой. Я даже не верила никогда, что можно настолько сильно растворяться в человеке и видеть только его. С тобой я поверила, что существует нечто большее чем просто привязанность, что существуют чувства, которые ты можешь пережить только один раз в своей жизни. И единственное, что ты должен сделать, единственное на что ты должен решиться - это сохранить их. В этом и заключается вся смелость, на которую ты способен ради любви. Столько отношений за плечами, столько интрижек и бессмысленного флирта, но только с тобой я чувствую себя по-настоящему живой, только с тобой я хочу встречать восход солнца и нежиться в постели до обеда не отпуская тебя на работу. Только с тобой я хочу посетить все самые красивые места в этом безумном мире, только с тобой я бы прыгнула с парашютом и поборола бы свою боязнь высоты. И это не пустые слова, совсем нет. Я твердо знаю, что мое сердце готово остановиться лишь бы твое продолжало стучать в том же ритме. И ты себе представить не можешь насколько холодно мне в моей постели без тебя, насколько часто я ищу тебя с противоположной стороны. И даже если это прозвучит по-детски я обнимаю подушку представляя тебя. Мне не хватает тебя, мне не хватает твоих зеленых глаз, твоей волшебной улыбки и мне не хватает твоего голоса и того как ты по-особому нежно говоришь мое имя. Я соскучилась и мое сердце настолько сильно печалится, что я просто не могу дышать полной грудью. P.S. Только ты, Лекса, только ты и никто другой ... " По щекам Лексы снова градом катились слезы. Девушка даже не представляла, что происходило с Кларк после того как она уехала. Она думала, что блондинке абсолютно безразлична ситуация, что она просто смирилась и приняла тот факт, что Беллами ей больше подойдет, чем Лекса. Но правда была более горькой. И брюнетка буквально проклинала себя за то, что сбежала и не выслушала Кларк три года назад, не дала ей шанса все объяснить ... Брюнетка читала письма невероятно жадно. Каждый лист был полон невыразимой боли и любви. Такой любви, о которой обычно читаешь в книгах видишь в кино. И наконец Лекса дошла до того момента, когда Кларк начала писать о своих отношениях с Беллами. "Привет, моя желанная и любимая Лекса. Я должна тебе кое в чем признаться. Я все же подпустила Беллами к себе, но не потому что я уже не люблю тебя, а потому что мне одиноко. Я думаю ты поймешь меня. Все это время я утопала в собственных слезах и неспособности двигаться дальше. Я не собираюсь за него замуж, ни в коем случае, это просто для удовлетворения физических потребностей. Я знаю ты возненавидишь меня за это. Я сама себя ненавижу, но в постели стало хоть немного теплее. Каждую ночь после секса с ним я плачу как маленький ребенок за тобой, потому что, так как мне хорошо с тобой, мне ни с кем не будет хорошо. Он хороший парень, он дарит мне цветы и все такое, но люблю я тебя. И эти цветы для меня ничего не значат и эти псевдо отношения тоже. Прости меня, прости, я сломалась окончательно, до чего же я дошла? Все же переступила через чувства к тебе и подпустила того, кто был частью нашего разрыва. Возможно когда-нибудь, когда я все же осмелюсь отправить все эти письма, ты не будешь меня осуждать. И если у тебя тоже кто-то появится я ни в коем случае не буду осуждать тебя, потому что жизнь продолжается и мы должны двигаться вперед. Даже если ты найдешь того, кого будешь любить сильнее меня я буду счастлива за тебя, потому что у меня не получилось сделать тебя полностью счастливой, не получилось сохранить эту понятную только для нас связь. Я чувствую себя ничтожеством, как я могла? Как я могла отпустить тебя? Как я могла потерять тебя? P.S. Любила, люблю и буду любить вечно .. Ты моя единственная и неповторимая ... " Лекса вчитывалась в каждое слово. Ей было больно, но вовсе не от того, что Кларк сошлась с Беллами. Она простила блондинке это. Она понимала ее. Она всегда знала, что Кларк любит ее. Настоящие чувства трудно скрыть, а Кларк и не скрывала. Поэтому Лекса в очередной раз проклинала тот день, когда спонтанно решила улететь в ЛА. Время пролетело незаметно. Самолет приземлился. Девушка сунула одну часть писем, которую уже прочитала в один отдел рюкзака, а вторую, которую еще должна прочитать в другой. Плакать уже было нечем. Перелет дико утомил и девушка хотела спать, но как она могла спать если еще нужно прочитать столько писем. Как-будто в каком-то трансе Лекса сошла с самолета, через некоторое время в ее руках уже был чемодан и она уже выходила из аэропорта, еще через время она уже едет в такси. Время шло с бешеной скоростью. Вот она уже дома, готовит себе чашку кофе. Все это похоже на бред или скорее на сон. В груди разгорелось костер сожаления. Сожаления о потерянном времени, которое она могла бы провести с Кларк. Выпив кофе и перекусив пиццей, которую брюнетка заказала, она укуталась в плед и продолжила читать письма ... Сидней. Кларк лежит на кровати и изучает потолок. Она не хочет даже двигаться. Она наконец сделала то, что должна была сделать уже давным-давно. Слез уже нет, она выплакала их сразу после аэропорта. Остается только ждать, что будет дальше. Тронет ли хоть немного Лексу искренность с которой было написано каждое письмо? Кларк не знает абсолютно ничего, но маленькая надежда все же не покидает влюбленное сердце. В тишине квартиры прозвучал звонок. Кларк никого не ждала, но кто-то упорно хотел ее видеть. Блондинка спустилась и открыла дверь. На пороге стояли Линкольн и Октавия. Кларк жестом пригласила их в квартиру. Пара прошла внутрь. - Будете пиво? - спросила Кларк, ее голос казался еще более хриплым. - Не откажемся, - сказала Октавия пристально следя за Кларк. - И ты больше ничего не будешь делать? - спросил Линкольн прожигая взглядом спину блондинки. - Я сделала уже все, что могла. Ей нужно время, чтобы прочитать письма и расставить все по полочкам. Я дам ей его, а дальше будет видно. - На твоем месте я бы уже сейчас летела к ней в ЛА, - отрезала Октавия, отпивая пива из бутылки. - Еще не время, надо хотя бы немножко потерпеть, - опустив взгляд вниз сказала Кларк. Линкольн громко вздохнул. - Сумасшедшие, как можно было просто отпустить друг друга? - Мы не отпускали, - начала Кларк, - то что мы столько времени не вместе, абсолютно ничего не изменило, мы любим друг друга. Никто и ничто этого не изменит. - Кларк, хочешь я прямо сейчас забронирую тебе билет на самолет, - снова начала Октавия. - Нет, О, время еще не пришло... "Время еще не пришло" звучало эхом в ушах Кларк. Она готова ждать хоть целую вечность, чтобы наконец то быть рядом с Лексой...