Твой взгляд

- То есть встречаемся уже в ресторане? – уточнил Теян, когда ребята вышли из съемной квартиры О Ха Ни и Квон ДжиЁна. - Да, - ТОП утвердительно кивнул в довесок своих слов. - С сюрпризом помощь нужна? – Десон как всегда готов прийти на помощь, особенно когда дело касается таких приятностей. - Нет, - в сотый раз повторил ТОП. Ребята распрощались, договорившись в 8 встретиться в ресторане. ТОП сел за руль автомобиля взятого в прокат на время съемок. Дома он вертелся с боку на бок не в силах уснуть. Уже считанные бараны перевалили за третью сотню, несколько литров ромашкового чая, а все без толку. Единственным снотворным в последнее время был коньяк, но, во-первых, его сейчас не было, а, во-вторых, ему нужно явиться на день Рождения абсолютно трезвым, и проследить за выполнением всех инструкций тоже входило в его обязанности. Так и провертевшись всю ночь, с рассветом он встал с кровати. Дабы убить время он направился заварить себе кофе. После бодрящего напитка он отправился в душ, где провел минут 40, не меньше. И дело не в том, что он тщательно намывался, просто убивал время, наслаждаясь идеально выставленной температурой. Времени по-прежнему оставалось уйма, поэтому открыв ноутбук, Сын ХЁн зашел на аукцион, лучшее развлечение для творческого мужчины – купить себе прекрасную неповторимую картину, какого-нибудь известного автора. И, действительно, это занятие его увлекло на несколько часов, пока не раздался звонок: - Слушаю, - его голос, как всегда, был серьезен. - Коробка была доставлена О Ха Ни, - на том конце провода отозвался его телохранитель, который был послан в качестве курьера. - Что она сказала? – уже более будничным голосом полюбопытствовал господин Чхве. - Удивилась, обрадовалось, поблагодарила, я пожелал хорошего дня и удалился, - а потом добавил, - все как вы заказывали. - В 6:45 вы уже должны быть у её подъезда, напомни сейчас же Со Юну, - в его голос снова вернулась серьезность. - Слушаюсь, господин Чхве. После этих слов ТОП скинул звонок, и снова вернулся к своему прежнему занятию – изучению современного творчества. Глаза разбегались, эмоции переполняли, уже 5 работ было выбрано, что свидетельствовало о его волнении, обычно ему сложно было найти хотя бы одну достойную, ведь его вкус был безупречен, пусть и для кого-то довольно интересным, своеобразным. - Её доставят, прям сюда? – спросил встревожено Квон ДжиЁн. Он стучал ногой под столом, заказанным для празднования торжества, нервно поглядывая на часы. Она же у них такая растеряшка, заблудится еще где-нибудь, а ведь здесь даже не у кого спросить дорогу, да и адрес она не знала квартиры, где они остановились. - Не переживай, - отозвался Топ, хотя сам нервно поглядывал на часы каждые секунд 30. - А ну, перестать паниковать! – отозвался строгим голосом ЁнБе, - ей не пять, трудно перепутать высококлассный автомобиль, из которого выйдет твой охранник и пригласит сесть в ее машину. Ребята перегнулись нервно смеясь. Обстановку разрядило сообщение пришедшее на телефон ТОПа. На экране высветилось сообщение от водителя: Мы уже подъезжаем. Ребята всем составом поторопились к выходу из ресторана, ведь именинницу нужно встречать, как полагается, у входа. Каждый из них держал цветы, по огромному букету роз, отличались только цвета красивых едва распустившихся бутонов, они символизировали её молодость, красоту, изысканность. В сумме количество роз переваливало за сотню. Автомобиль подъехал, водитель учтиво поспешил открывать дверь перед дамой. Изыскано опираясь о руку охранника ТОПа, из машины показалась голова О Ха Ни, а затем и сама девушка. Сердце ТОПа забилось с неистовой силой. Девушка порхающая по бетонной плите ведущей ко входу ресторана, выглядела элегантно, но в то же время так очаровательно, казалось от скромной и милой девчушки и следа не оставалось. Придерживая платье руками, и смотря исключительно себе под ноги, девушка стремительно шагала. - С Днём Рождения, - первым опомнился Сынри, когда девушка приблизилась к ним, - Ты такая великолепная. О Ха Ни с воплями прыгнула в объятия ребят, которые по очереди вручали ей цветы, и говорили много-много приятных вещей: - Ты, как королева, - ТОП поцеловал руку девушки, - я восхищен. Сын Хён любезно следил за тем, что бы бокал именинницы был наполнен красным изысканным вином, из его коллекции. Следил, что бы их не умеющая пить младшая сестренка обязательно закусывала. А то напьется и не вспомнит даже как прошел её собственный День Рождения. Он не мог оторвать глаз. Безусловно, предполагал, что платье подойдет ей, но что бы она так преобразилась – никогда. Резко превратилась во взрослую сексуальную девушку, которую хочется забрать домой, заботиться о ней, ласкать, обнять и больше никогда не отпускать. Скрыть от всевидящих дурных глаз, которые непременно захотят отобрать её у Сын Хёна.

***

- Ты представляешь, я надела платье взглянула в зеркало и так удивилась, что моя челюсть опустилась до пола, - делилась Ха Ни с ДжиЁном, когда выпила уже прилично, для её хрупкого тела. Голова кружилась не то от выпитого алкоголя, не то от счастья. Сегодня она чувствовала себя настоящей Золушкой. Брат привез её сюда, в Японию, подарив впервые в жизни шанс, побывать в другой стране. Ребята прислали такие красивые вещи, которые она не за что не надела бы в своей обычной жизни. Засыпали её цветами, которые ей едва хватало сил удержать в руках. - Я привожу тебя кучу тряпок, - злился ДжиЁН, - а ты их складируешь в шкафу. - Но, ДжиЁнчик, миленький, куда мне их носить? - Да хоть куда, - потом, все же подумав, добавил, - хоть в YG. Ха Ни засмеялась. Ей что бы хотя бы половину нарядов привезенных со всего мира надеть нужно в компанию ходить по несколько раз в день, и каждый раз в новом луке. Брат тоже засмеялся, он не мог долго злиться на свою малышку. - Давайте выпьем за нашу скромную маленькую девочку, которая превратилась в прекрасную девушку, - подняв бокал, произнес ТОП. Ха Ни смущенно потупил взор на свой бокал, слушая как с каждым прикосновением раздается приятный тонкий звон. За такой тост не грех и залпом высушить бокал до дна, так она и сделала. Время близилось к полуночи. Гулянка даже не планировала заканчиваться. В последние минуты дня Ха Ни на импровизированную сцену, где до недавно была живая музыка, влез Сынри, а за ним и все остальные. Начали петь всем известную песню, которую исполняют в торжественный день, а за ней пошла импровизация, каждый вставлял по несколько строчек, и получилась вполне себе такая милая песня. Уже отправляясь домой около 2 часов ночи О Ха Ни добралась до телефона в своей маленькой женской сумочке, она долго не могла вспомнить, как же этот аксессуар называется. В известном приложении для быстрого обмена сообщениями была уйма непрочитанных. Она старательно отвечала каждому, при этом широко улыбаясь, ведь все близкие поздравили малышку Ха Ни с её самым важным днём в году. Столько теплых слов было сказано, столько пожеланий, что она то и дело покрывалась румянцем на бледных щеках. Долистав до конца она перелистала все поздравления снова. Бэк Сын Чжо и словечка не написал, даже пресловутое «с д.р.», сейчас было бы как нельзя кстати. Это лучше, чем вообще ничего. На неё нахлынула жуткая обида, ведь она-то его поздравила. Экономила целые полгода на обедах в школе, отказывала себе во всех приятных мелочах, что бы купить ему хороший достойный подарок, не ударить лицом в грязь перед ним. Устроила вечеринку в честь лучшего парня в школе, пригласила даже эту зазнайку-одноклассницу его, которая то и дело вилась вокруг ЕЁ Оппы. А он… а он даже не удосужился прислать сообщение… Ком подступал к горлу. Как бы она не старалась сдержаться все напрасно. Обида переполняла, ведь такой важный день. Слезы покатились по щекам. Она опустила голову на коленки ДжиЁна, прям в машине. - Что случилось, малыш? – брат обеспокоено поглаживал её волосы. Сын Хён сидевший на сиденье рядом с водителем следя за дорогой сел в пол оборота, настороженно стал прислушиваться к ответу Ха Ни. - Он не поздравил меня, не словечка… за весь день не словечка! – она рыдала пуще прежнего. - Кто он? – спросил ДжиЁн, но тут же понял о ком шла речь. - Сын Чжо–Оппа, - слезы уже текли градом, создавая мокрое пятно на модных брюках от кутюр. Сын Хён бросил взгляд на Ха Ни, которая навзрыд плакала, да так громко, что её было слышно даже в Сеуле. Он сжал зубы, а на его безупречном лице заиграли жвалки.