Мир на троих

Близнецам десять. У них вечно растрепанные рыжие локоны и безразличные золотые глаза. А еще их мир — на двоих — был огражден высоким забором, с огромным замком, не позволяющий кому-либо ворваться в их собственный мир. Они всегда сидят в стороне ото всех, отпугивают от себя одноклассников и просто наблюдают. Наблюдают, как они смеются, кричат и балуются. Этих детей всегда отпугивала эта странная игра, «Угадай, кто Хикару?». А однажды, одним зимним, холодным вечером, их — вечно работающие — родители привели девчонку. Маленькую, хрупкую, с длинными запутанными волосами цвета шоколада и тягуче-карамельными глазами, кои смотрели на них испуганно, недоверчиво. И близнецам было почти все равно, что их мать нежно сжимала ладонь неизвестной девочки, как давно не сжимала их ладони. Девчонку, кстати, оказалось, звали Савада Тсунаеши — их кузина, по линии матери.

***

Тсунаеши оказалась еще той головной болью и нарушительницей спокойствия. Близнецам оставалось лишь бесшумно удивляться, сколько много было энергии в маленьком теле восьмилетнего ребенка. Тсунаеши успевала везде и всюду — то она неуклюже помогала на кухне кухаркам, то уже бегала по саду от садовника, который с паникой кричал, чтобы она положила ножницы. А когда близнецы возвращались со школы, падая и спотыкаясь, Тсуна упорно бежала к ним, чтобы встретить старших братьев своей заразной улыбкой и расспросить, что случилось у них в школе. Хикару не нравилась странная девочка-батарейка, которая была назойливее, чем другие дети; Каору не разделял мнение брата, пусть и не спешил идти шатенке на встречу. Так они и жили: Еши все пыталась их расшевелить, а Хикару злился, разжигая между ними спор; Каору всегда стоял в стороне, думая, что она все же смогла растрясти его брата.

***

Хикару и Каору часто разыгрывали Тсуну, заставляя ту угадывать, кто из них кто. Чаще всего инициатором этого был Хикару, изредка Каору и несколько раз Тсу. Еши не угадала. Ни разу. Но она не расстраивалась, не чувствовала вину, как другие — близнецы поняли это по белозубой улыбке и искрящими азартом взгляду. И от этого почему-то становилось тошно. Хикару каждый раз плотно сжимал губы в тонкую полоску, отводил взгляд и пренебрежительно фыркал, словно это совсем не он расстроен; Каору слегка улыбался, пытаясь приободрить брата, но самому ему было не лучше, чувствуя в горле ком. Неужели они настолько схожи?

***

— Каору! — услышав сзади звонкий, знакомый голос, парень не остановился, лишь прибавил шаг. Ему было все равно, что сейчас от него хочет Еши, главное — найти внезапно исчезнувшего Хикару. — Као-ру! Рыжий остановился, тяжело вздохнув. Он постарался посмотреть на кузину недовольно, слегка пренебрежительно, как брат. Вдруг ей нужен только «Каору» и она оставит его в покое, если назовется Хикару? — Я Хикару, Мелкая, — Каору чуть не скривился от этой клички, не понимая зачем Хикару только дал ей такое прозвище. Рыжий обернулся, растерянно замерев. Еши смотрела на него внимательными, золотыми, глазами и задумчиво прикусила губу, нахмурившись. — Каору, — с нажимом повторила шатенка, понимая, что палит себя, но интуиция шепчет, что это правильно. Она привыкла с ней соглашаться. — Тебя вызывает директор. И Хикару. Опять что-то натворили, стоило мне не надолго уйти! Все, иди, а я пошла искать Хикару. Девочка убежала, неслышно хихикая, когда прокручивала в голове чуть ошалевшее лицо старшего брата. И думает, что нужно будет еще как-нибудь шокировать, но не его, а Хикару. И все же, весь план к чертям. А она ведь хотела, чтобы они потянулись к ней сами, а не из-за того, что может их различать.

***

Близнецы не могли понять, когда же Тсунаеши смогла сломать тот замок, который верно держал их мир под замком? Савада лишь загадочно смеялась, сверкая янтарными глазами и тихо приговаривала, что они сами стянули его с ворот. Сами затащили туда — одинокий, но такой яркий мир. Жаль, что близнецы не слушали ее. Не хотели слышать.

***

Когда Хикару и Каору вспоминают, что Еши, как бы, не их родная сестра, лишь спустя четыре года. Не стоит спрашивать, почему они это забыли или вспомнили, они и сами не понимают. Просто в голову врезался фрагмент их знакомства и слова матери: «Это Тсунаеши, ваша кузина». И близнецам вдруг стало очень интересно — а где же настоящие родители их Еши? Мать, коя на их удивление, оказалась дома, раскрылась довольно быстро: — Нигде, — внезапно произнесла женщина, сжав губы в тонкую полоску. — Моя сестра и ее придурок-муж погибли в автокатастрофе. Тсунаеши — единственная, кто выжил, но при этом она потеряла память. Не вздумайте ей об этом рассказывать! Каору, восприняв это более спокойно, кивнул. Хикару лишь мог подумать, что мать могла этого и не говорить. Они и так ничего не сказали бы ей…

***

Каору тихо спустился по лестнице, без особого удивления заметив на кухне кузину, что буквально летала там и всям, пытаясь что-то приготовить. Это, кажется, был кофе. Кофе, который они ненавидели все трое. — Чаоссу, Хитайчин Каору, — на столе внезапно появился малыш лет пяти, в костюме и желтой соской на шее. Тсунаеши, заметив это, почти прихлопнула его скалкой, прокричав, чтобы тот не лазил по столу. Не культурно это. Тот проворно увернулся от этого, оказавшись стоящим на тумбочке справа от рыжего, который еще не совсем понимал ситуацию. — Ты кто? — Каору вообще ничего не понимал, поэтому решил пойти сразу в лоб. Тсунаеши, кажется, будто успокоилась, когда заговорил ее брат. — Я репетитор-киллер Реборн! — представился Аркобалено, сверкая черными, как бездна, глазами. — Я приехал, чтобы забрать Саваду Тсунаеши в Италию. Тут же наступила тишина, прерванная громким криком Хикару: — Куда забрать?! — рыжий был явно недоволен такими новостями с утра пораньше, особенно из-за того, что-то какой-то ребенок заявляет, что собирается забрать их сестру черт знает куда. — Спокойно, Хикару-нии, — девушка постаралась как можно спокойнее улыбнуться, привлекая внимание обоих братьев. Она казалась абсолютно спокойной. Внешне. Старший из близнецов медленно повернул к ней голову. Еши почувствовала, как сердце ушло в пятки, но в голове набатом звучали слова Киллера: « Никчемная Тсуна, если не хочешь, чтобы с твоими братьями что-то произошло, то соглашайся. Для Вонголы — замять инцидент с пропажей наследниками Хитайчин ничего будет стоить, поверь мне уж.» Наверное, это правда. Интуиция уверяет, что это правда. И уговаривает соглашаться. — Так ты с этим согласна? — закрыв ладонью брату рот, Каору вполне спокойно поинтересовался, внимательно смотря на Тсунаеши. Нет! Нет! Я не хочу от вас уходить! -… Да.

***

Каору и Хикару всегда думали, что их мир поделен на двоих — высокий забор с красивым рисунком ограждал их от других. Но, как оказалось, не смог выдержать напор малышки, которая никогда не могла угадать, кто из них кто (ведь они думали, что в те редкие моменты ей просто сопутствовала удача). Только в голове, словно эхом, звенел детский смех и тихо шептало сознание, что они сами впустили ее. Их мир стал поделен на троих. С первого момента, с первого взгляда. И сейчас, этот мир потерял одну из частей мозаики.