Русская рулетка.

N. зарядил револьвер и прокрутил барабан. — Вот, теперь всё готово, — с удовольствием потирая руки, сказал он. Недоверчиво покосившись, К. спросил:  — Ты серьёзно сейчас? — Да. Неужели ты мог допустить, что я шутил насчет такой темы? — тот насмешливо усмехнулся. — Но если ты боишься, то… К. перебил его: — Нет. N. на мгновение опустил глаза.  — Я так и думал. Оба парня стояли друг напротив друга. В душе одного читалось пренебрежение; другой же думал о смерти.  — Разные приоритеты, не так ли? — словно прочтя мысли товарища, спросил N. — Жди, я начинаю. К. молча кивнул. N. аккуратно приблизил револьвер к виску. На его губах виднелась чуть заметная улыбка. Казалось, его совсем не страшила возможная кончина. Так ли оно было на самом деле? Никто не знает. Выстрела не раздалось. Когда К. услышал глухой щелчок, его лицо на мгновение озарило какое-то смутное выражение. То ли это было предчувствие перед гибелью, то ли что-то ещё, но… Он никак не мог относиться к этому по-философски, так как это делал N. Он слишком любил жизнь. Он обожал её. Боготворил. И это не была человеческая любовь, это — животный страх потерять единственное, что у тебя осталось.  — Твоя очередь, — N. бросил ему револьвер. Схватив его, парень сглотнул. Что же, пора испытать прилив адреналина. Быть может, в последний раз. Он решил выстрелить себе в шею. Приложив холодное дуло к коже, К. крепко зажмурился. Издалека послышался смешливый голос N:  — Ты-то хоть прокрутил барабан? К. неотчетливо прошептал:  — Прокрутил, прокрутил… Палец на курок. Один. Два. Три. Щелчок. Широко раскрытые глаза выражали удивление. Как это вообще могло получиться? В своей голове он не давал себе никакого шанса на выживание. Внезапно ему стало стыдно за своё малодушие.  — Я выстрелю снова. N. приподнял бровь и посмотрел на К. Тот выглядел решительно настроенным.  — Ну-ну. С чего ты вдруг возомнил себя бессмертным? — спросил N. Парень не отвечал. Он снова прокрутил барабан и приложил оружие к щеке. Щелчок. Прокрутка, висок. Щелчок. Прокрутка, глаз. Щелчок. Прокрутка, живот. Щелчок. N. начал беспокоиться.  — Может, хватит? Я вижу, ты больше не боишься смерти. Ты… — Нет! — почти рявкнул К., попутно прокручивая барабан. Он казался одержимым идеей, которая ещё полчаса назад пугала его. Он гнался за смертью; его охватил азарт, медленно переходящий в ненормальность. Решив прекратить это, N. подошел к парню и попытался силой отнять револьвер.  — Оставь! — К. ударил юношу по скуле. Тот в отместку толкнул его на бетонный пол. Завязалась драка. Как внезапно… N. обмяк, закатил глаза и свалился набок. К. посмотрел на свои пальцы. Указательный лежал на курке, а остальные кровоточили. Он опустил взгляд на лежащего. У N. была большая рана в груди.

Русская рулетка не всегда убивает тех, кто хочет этого. Впрочем… Сыграем в смерть?