***
Зайдя внутрь помещения, брюнетка увидела, как все работники сериала носятся туда-сюда: кто с бутылкой воды, кто-то с полотенцами, кто-то с медикаментами. Она остановилась, пытаясь поймать в поле зрения хотя бы одного человека, который бы мог объяснить что произошло. Внутри живота будто все перевернулось, заставляя актрису ужасно занервничать. Что произошло? Актриса с трудом пересилила страх и волнение и двинулась вперед. Шаг, казалось, убыстрялся с каждой секундой, и женщина преодолела приличное расстояние буквально за пару минут. — Джаред, — мимо брюнетки пронесся экранный сын с чем-то в руках. — Что случилось? — Лана, привет, — кинул мальчик. — У нас... ЧП. — Что-то серьезное? — она направилась за быстро-идущим актером, еле поспевая за его маленькими, но быстрыми шажками. — У Дженнифер обострение или что-то вроде, — дальше слова подростка звучали как-то отдаленно, не отсюда. — Я не знаю, как это правильно называется. Шаги ускорились, но пространство вокруг Паррии будто остановилось, давило сверху, снизу, со всех сторон, заставляя её чувствовать себя птицей, пойманной в руки браконьера. Губы размыкались в попытке спросить о её состоянии, но смыкались вновь, как у рыбки, безжалостно хватая воздух на берегу моря, волнами которого тебя выкинуло на берег. — Думаю, сегодняшние съемки завершились, так и не начавшись, — грустно хихикнул Гилмор, окинув взглядом обеспокоенную брюнетку. Она выдавила из себя неудачную попытку улыбнуться.Глава 18. Скорость
16 октября 2016 г., 13:37
Брюнетка завернула на автостоянку. То, что скорость движения была около ста восьмидесяти километров в час, она поняла лишь тогда, когда заглушила мотор. Куда она так торопилась? А если бы...
Женщина всегда одергивала супруга, когда тот превышал привычную норму скорости. Лана знала, к чему это может привести, и часто боялась за свою и жизнь близких ей людей.
— Лана, — рука блондинки заботливо коснулась плеча женщины за рулем. — Тише.
Брюнетка одернулась, будто секунду назад была совсем не здесь.
— Да, ты права, — яркой улыбкой ответила актриса. — Извини.
Это был один из тех солнечных дней, когда девушкам не нужно было ехать ни на какие съемки. У них был отпуск. Далекий две тысячи двенадцатый год, месяц отдыха впереди и только они вдвоем.
Фрагмент их, когда-то небольшого мирка с Дженнифер, вспомнился Паррии, когда та уже припарковалась.
Оказывается, она начала следить за скоростью именно благодаря заботливой блондинке. Если бы не девушка, возможно один из тех теплых дней закончился бы весьма трагично.
— Следи за дорогой пожалуйста, а не строчи смс, — привлекла внимание Моррисон, придерживая руль машины через отвлекавшегося водителя.
Брюнетка действительно одной рукой набирала текст, изредка посматривая вперед.
— Здесь почти нет машин, — отмахнулась она.
— Зато есть вода с двух сторон.
Девушки двигались по трассе, которую обволакивало то ли озеро, то ли река.
— Я знаю, что ты умеешь плавать, — Лана убрала телефон и потянулась к соседке, чтобы чмокнуть в щеку, однако спутница отпрянула. — В чем дело?
Тонкие пальцы Моррисон вдруг покинули руль, передавая движение в полную власть латины.
— Даже я стараюсь не отвлекать тебя от дороги своими сообщениями, — сказала Дженнифер, устремив взгляд на гладь воды. — Несмотря на их важность.
— Милая, — женщина снова сделала попытку извиниться перед блондинкой, но была отвергнута.
— Нет, — рука девушки коснулась подбородка Паррии, отворачивая её лицо вперед на дорогу. — Мне не до шуток. Я не хочу лишиться тебя из-за депрессии твоей бывшей.
— Она не бывшая, — прыснула Лана. — И у неё не депрессия.
— Я заметила, — Джен поджала губки, как маленький ребенок и подперла голову рукой. — Судя по тому, как радостно ты улыбаешься.
— Окей, — недовольно выдохнула актриса. — Я поняла тебя.
Неизвестно что взбудоражило память женщины, вырвав это воспоминание из-за всех остальных, но в груди что-то загорелось. Неприятное, горькое.
Лана вышла из черного автомобиля, захватила сумочку и быстрым шагом направилась к павильону номер семь. Нащупав в кармане мобильник, смело ударила по клавишам и набрала давно забытый номер, который когда-то знала наизусть.
— Привет, моя молодость, — губы расплылись в широкой улыбке, как всегда при звучании этого милого голоска.