Завидная невеста

Где-то в гарнизоне.

— Что-то не так? — спросил Кадгар. Он не стал бы первым заводить разговор, но этот араккоа глядел на него очень уж пристально. И очень уж долго. Будучи соратником командира-человека и работая в окружении кучи людей, этот крылатый уже не должен был дивиться людскому облику. Да и сам Кадгар не такой уж редкий гость в гарнизоне. Однако, вот, глаз не сводит. Но, сообразив, что предмет его наблюдений обращается к нему, араккоа смущенно встопорщил перья, сделал вид, что высокомерно не замечает никого вокруг, и поспешно ушел. Странное создание. Позади раздались хриплые квохчущие звуки. Кадгар обернулся. Позади стоял ещё один араккоа — но уже проклятый, – и, кажется, смеялся? Определенно, смеялся. Над ним. Кадгар вопросительно приподнял брови; сообразил, что его новый собеседник может не знать значения мимики человеческого лица, и спросил словами: — Что? А кому нравится, когда над ним смеются? Тем более, что Кадгар терпеть не мог ждать, а приходилось. Настроение было не самым радужным. Араккоа-изгой подковылял ближе, благодарно наклонил голову (нет, жесты у них схожие) на молчаливый взмах руки — предложение присесть, — и сел за стол напротив Кадгара. У него было знакомое… лицо? морда? клюв? Словом, этот араккоа был определенно знаком Кадгару, не зря гордившемуся своей памятью на лица. Ещё бы имя вспомнить… — Простите Вайкса, — араккоа качнул головой в сторону сбежавшего соплеменника. — Он ещё очень молод и не умеет управлять своими эмоциями. Вы сводите его с ума. — Простите, что? — изумился Кадгар. Он и словом-то с этим… пернатым не перемолвился. — Все его инстинкты кричат одно, а разум утверждает, что быть такого не может, и его тяга неестественна. — Какая ещё тяга? — нервно осведомился Кадгар. Вот только влюбленных араккоа ему не хватало! Нет, он наверняка ошибся. Или этот ошибся. Ишааль, вот как его звали! Командир представила их как-то раз в не самое лучшее для Кадгара время. — Любовная, — обыденным тоном объяснил араккоа. Всего-то. Подумаешь. А вот ему, Кадгару, уже пора, не дождался командира - и ладно, в следующий раз просто вызов пришлет к себе в Зангарру, пусть командир сама прилетает… — Но вы — человек, — задумчиво изрек Ишааль, — совсем нам не пара. И слава свету! — Видите ли, нас осталось очень мало, — продолжил Ишааль, — и мы осознаем это не только разумом, всё наше естество стремится продолжить род, оставить потомство. Наши самки просто нарасхват, и, конечно, особенно ценятся те, кто уже откладывали яйца и гарантированно продолжат род. Кадгар молча решил, что ему окончательно перестала нравиться это беседа, и очень даже начало настораживать направление, в котором она свернула. — Вы — человек, мужчина, и я даже знаю, что вы размножаетесь иначе, но, — Ишааль развел крыльями, лапками, руками словом, — но мои инстинкты кричат мне, что вы — мать своего гнезда, и, значит, завидная невеста! — Нет, — слабым голосом проговорил Кадгар и невольно обернулся: поблизости никого не было, никто не мог подслушать даже невольно. Не хватало ещё, чтобы их беседа стала достоянием общественности! В этом гарнизоне слухи разлетаются мгновенно! Его и так считают любимчиком Гароны, не хватало ещё быть объектом поклонения араккоа! Но как он узнал… как? — Что должно оставаться в тени — останется в тени, — понимающе проговорил Ишааль. — Я умею хранить секреты. Но… — Но для любого араккоа мой секрет написан вот такими буквами у меня на лице. — Ну, не на лице, — пробормотал араккоа немного смущенно, — но вы правы. «Валить! — решительно подумал Кадгар. — Какая там Зангарра! Валить с этого Дренора и как можно скорее!»