i'm fed

На протяжении нескольких месяцев, каждый гребаный день все повторялось. Как заевшая пластинка, которую не исправить и замкнутый круг, который никак не разорвать. Каждый вечер открывались двери, он заходил внутрь и как всегда: перегар и тело, которое даже до комнаты дойти не может.  — Снова. Закрытая дверь и горькие всхлипы вперемешку с вином. Открытые краны, теплая ванна и бесконечная боль, что не может утихнуть. Все, что я ненавижу в этой жизни — это пьяных людей. Конченые твари, которые доебутся до тебя без причины и вынесут мозг. Люди, которые не знают слова «хватит» и «прекрати». Люди, что не учатся на своих ошибках, утром не могут вспомнить, что произошло, а вечером все идет по наклонной. Один раз начав — никогда не закончишь. Когда все только началось была надежда, что все закончится и больше не повторится. Когда мы только встретились, казалось, что все навсегда и бесповоротно. В тот день, в день нашей встречи я любовался яркой луной, которая освещала мне путь и звездами, которые редко можно увидеть в каменных джунглях. Каждый раз, поднимая свой взор вверх, я замечал лишь фонари и некое подобие луны, тусклое и совсем не притягательное. Живя в городе, человек упускает огромный шанс. Ведь жизнь за пределами высоких домов и светлых окон прекрасная и невероятная. Именно за пределами высоток открывается совершенно новый мир, полон ярких красок и моментов, которые хочется запомнить. Ветер там более чистый и приятно колышет волосы, которые всегда путаются. Солнце там теплее, а ночью видно звезды и другие планеты. Вид захватывающий полностью твое внимание и ты не замечаешь того времени, что проводишь смотря на другие миры. В тот день, когда я впервые за свою жизнь увидел звезды в каменных джунглях, я встретил тебя. Тебя — изменившего мою жизнь окончательно и бесповоротно. Я был маленьким мальчиком, не знающим, что такое настоящая жизнь и любовь. С того времени твой взгляд был всегда направлен на меня и это медленно, но уверено сводило меня с ума. Я мечтал о твоих прикосновениях и губах, изучающих мое тело. Я тонул в твоих глазах и задыхался, когда ты мне улыбался. Но твоя проблема проявлялась все ярче, а мои вечерние всхлипы уже ничего не заглушало. Я хотел прекратить все, когда проблема не ушла и ты не пытался ее убрать. Но ты сделал это первым. В один вечер тебе просто все надоело. Надоели мои бесчисленные рыдания в ванной. Ты взял все, что тебе было нужно и выбросил, как надоевшую куклу. Ты принес мне столько боли, что я больше ничего не чувствовал, внутри не было прежнего меня. Ты сломал маленького мальчика, который хотел настоящей любви и чувств, которые кружили голову. — Ты создан, чтобы тебя втрахивали во все поверхности, детка. Просто наслаждайся.- Твои последние слова, а после мои крики, которые глушили все вокруг. Мои бесконечные слезы и сломанное достоинство. Невинный маленький мальчик умер во мне слишком быстро, а боль, которую ты причинил, была слишком сильной, чтобы ее терпеть. Больше не было искренних улыбок и чувств, от которых кончики пальцев покалывало. В тот момент все пошло к чертям и любимые руки не приносили удовольствия. Лишь желание убрать твое лицо и любимую улыбку из памяти. Бесконечные травмы и синяки по всему телу. Холодный кафель казался уже теплым, а твое имя крутило заевшей пластинкой в голове. Мыслей не было, были лишь ощущения. Стыд и желание покончить со всем. Оказаться где-то в тепле и быть кем-то любимым. Но все, что было — лишь пустой взгляд и сорванный голос. Двери в ванной оказываются крепкими, а лезвие в руках острое. Белая гладкая кожа убивала своим видом, а когда-то красивые бедра стали красивыми и красными. Странное чувство, но лучшее, что есть. Эта боль заглушала все крики внутри и становилось спокойной. Так хорошо, будто снова существует маленький и счастливый мальчик. Близкие и любимые люди снова рядом. А все, что было — это просто сон, который больше никогда не придет ночью. Но желания слишком высоки, а двери ломаются слишком быстро. — Чимин, блядь! А после лишь темнота и чужие крики. Так тихо, что хочется остаться здесь навсегда. Мир слишком сложный и странный. А люди, которые хотят казаться сильными снаружи — хрупкие внутри. Которых сломав единожды, будут ломать всегда. Вытирать о них ноги и улыбаться дьявольской улыбкой. Человечество жестокое и никогда не будет возвращать на полки уже потрепанные куклы. Жизнь уже не станет прежней, а высосанные души не вернутся к своим владельцам. В комнате тепло, но по телу все равно проходит крупная дрожь вперемешку с холодными руками, что, наверное, держали парня всю ночь. Рядом, на кресле спит мужчина, которого Чимин хочет видеть последним. А лучше вообще никогда. Чимин хочет, чтобы это чудовище ушло из его жизни навсегда. Поэтому он пытается тихо подняться с кровати и попробовать сбежать. Снова. Тело ломит от пронзающей боли, но Чимин не поддается этим играм и бежит, что есть силы. Вокруг гул и люди, которые пытаются его остановить, но Чимин их не слышит, не останавливается и прощается с прошлой жизнью. Он хочет выкинуть все, чем дорожил раньше и сбежать от тех, кто причинял ему боль. Тело снова пронзает жгучая боль и Чимин задыхается. От перемотанных рук, ног, от чувств, что не дают успокоиться. Слезы текут по похудевшим щекам. Эмоции теперь не остановить. Их слишком много. Чимин смотрит на знакомые двери и пытается успокоиться. Все, чего он хочет сейчас — это теплая ванна и постель. Все, что нужно Чимину сейчас — это отдых. И совсем неважно, что он лежал в коме три месяца. С Чимина хватит. Он нажимает на звонок и ждет, пока ему откроют двери. — Чи…мин? — Удивление во взгляде смешанные с радостью и тревогой. — Что ты? Как ты? Почему ты здесь? — Я ушел от Юнги.