Ожоги

- Ну прости! - Достал! - Ну пожалуйста! - Отстань! - Коала! Мимо проходившие солдаты Революционной армии лишь усмехнулись. После того, как Сабо получил силу фрукта Мера-Мера, соответственно, огонь стал частью его самого. Парень был горд, что владел силой, которая ранее принадлежала Эйсу. Но большая сила ведёт к большим проблемам. Ну, или пока что эти проблемы были не особо большими. По мнению Драгона, конечно. Плохо контролируя свои способности, Сабо частенько давал жару в штаб-квартире в прямом смысле слова: то пожар на кухне (в итоге лишили еды на сутки, Драгон даже особо не протестовал, нервы дороже споров с главным поваром), то внезапный залп по окнам, то ещё какая-нибудь неожиданность. Словом, жизнь в Балтиго перестала быть безопасной для здоровья (правда, на некоторое время, но всё-таки). Почему-то все удары и внезапные выпады Сабо получала Коала. Может, она просто не вовремя оказывалась рядом с ним, может, Сабо просто «удачно» её находил. Но факт остаётся фактом: огонь постоянно попадал на несчастную девушку. И каждый раз оставался какой-нибудь ожог. В этот раз попал по руке. Волдырь уже соскочил, но не лопнул. Врач, в очередной раз обмазав волдырь облепиховым маслом и перевязав ожог сухой марлевой повязкой*, сказал, что руками к поражённому участку кожи прикасаться нельзя. Для Коалы это в какой-то степени не беда. Потому как заслуженных затрещин Сабо получил целой рукой. - Хорош дуться! Я же извинился! – Сабо уже был готов проклинать себя за эти внезапные выпады огнём. Конечно, он учится сдерживать себя и контролировать силу фрукта, но всё равно выходит именно так. Хорошо ещё, что девушка не стала бить ногами. Тогда бы советник провалялся в лазарете с многочисленными закрытыми переломами. - Отстань, кому сказала! – рявкнула Коала, ускоряя шаг. Она злилась из-за многих дурных замашек Сабо, из-за его выходок, но это всегда сходило ему с рук лишь одним подзатыльником. А сейчас дело приняло скверный оборот. - Коала, стой! Это приказ! - Да иди ты! Молодые люди, пока ругались, не заметили, как уже ушли из штаба и направлялись к побережью. Дул прохладный ветерок, ярко светило солнце, чайки кругом летали. Только это не успокаивало ни черта. Такой расклад блондину уже порядком надоел, а потому он схватил перевязанную руку девушки и дёрнул на себя. Шатенка взвизгнула и отвесила здоровой рукой оплеуху: - Больно же, слабоумный! - Прости, виноват, - стал оправдываться блондин, потирая ушибленное место. – Я же не специально это всё делаю. И ты знаешь это прекрасно. - У меня такое чувство, что ты меня специально выискиваешь, чтобы потом в меня огнём пальнуть! – сердито сказала Коала и уже хотела уходить, как Сабо осторожно взял перевязанную руку девушки и провёл по повязке подушечками пальцев, еле-еле касаясь ткани. От такого действия у девушки не только глаза на лоб полезли, но ещё и щёки заалели. - Сильно больно? – тихо спросил Сабо. - Конечно, больно, - фыркнула Коала, но руку не выдернула. Наоборот, смотрела за такими примитивными, но бережными движениями. Стараясь сильно не касаться волдыря на ладошке, Сабо нежно водил по повязке пальцами, что-то нашёптывая себе под нос. Только сейчас Коала заметила, как пылают щёки советника Революционной Армии и как подрагивают полуприкрытые веки. Неожиданно для себя, девушка вплотную приблизилась к блондину и, взявшись за полы любимой шляпы Сабо, легко коснулась своими губами его губ. Шатенка просто сделала это без всякой задней мысли, это уж Сабо понял. - Я… буду держать себя в руках. И… ты больше не будешь получать ожоги. - Я верю. Но на следующий день под огненный залп попался Хак…