Враждебные элементы

— Какие приказы отданы летному и патрульному составу? — Никаких поправок в стратегии, Сентинел. При проявлении агрессии с земли — открывать огонь на поражение, идти на посадку, выгружать патрульный состав и зачищать периметр от враждебных элементов. При необходимости — вызывать подкрепление. Если в периметре есть гражданские — по окончанию операции направлять туда скриптора — политрука для агитационной работы. Глория откинулась в кресле, барабаня пальцами по столу и смерила капитана Келлса укоризненным взглядом. Они сидели в каюте Старейшины Максона перед разложенной на столе картой Содружества. Сам Старейшина, погруженный в стратегические размышления, молча мерил шагами периметр комнаты. — И какие потери у нас с такой стратегией? Келлс громко скрипнул зубами. Он уже начинал жалеть о том, что вызвал Сентинела. Справились бы чистой силой, без привлечения старшего офицерского состава. — Восемь винтокрылов, восемь лансеров, девять рыцарей, два паладина, одиннадцать юнитов силовой брони. Политруки пока что целы — их некому было высылать. — Особенности? Изложите вашу теорию того, что происходит. Келлс нахмурился. — Наши патрульные миссии кто-то целенаправленно сбивает. Я не знаю как обстоят дела на самом деле — никто из Братства не выжил чтобы рассказать о подробностях. Броню или угоняют, или разбирают до голого корпуса. Крадут все что только можно. Рейдеры? Нет, у тех другая тактика. — Есть свидетели из гражданских? — подал голос Максон — Мы не привлекаем гражданских к решению наших проблем, Старейшина. Наша задача — их защищать, мирно отстреливая враждебные элементы в окрестностях поселений и тем самым повышать их доверие Братству. — Отчеканил Келлс, как будто декламируя агитационную листовку. — Как насчет смены стратегии? — спросила Глория, — При проявлении враждебности с земли — не эскалировать агрессию открытием огня и лететь в другой квадрат? Старейшина Максон остановился, подошел к столу, грохнулся на стул напротив и машинально налил себе стакан виски. — Бред, — выговорил он, отхлебнув из стакана и смерив Глорию тяжелым взглядом — Это трусость, несовместимая с принципами Братства. Мы должны участить и усилить патрулирование поселений к северу от реки и выяснить что происходит. Это явно орудует банда. Сегодня они сбивают и грабят винтокрылы, а завтра — пальнут из миномета по Придвену. Сентинел Глория Сван поднялась со своего места, инстинктивно как будто пытаясь стать выше главнокомандующего. — То есть, наши винтокрылы сбивают. При непонятных обстоятельствах. У нас осталось всего четыре, когда прибудет новая партия — непонятно. — Через две недели, — поправил Келлс — Через две недели — согласилась Глория, наливая себе и Келлсу по стакану виски, — И мы сейчас, вместо того чтобы проявить разумную осторожность, продолжим посылать технику и личный состав на проблемные территории, и инструктировать их на рискованные действия? Это логично? Максон посмотрел на нее снизу вверх, но так, что она невольно села обратно на стул и пригубила виски. — Они — солдаты. Их цель — защищать. Они с радостью погибнут, выполняя приказ, и унесут с собой на тот свет десяток -другой подонков, которые скорее всего не ограничиваются грабежами винтокрылов. Я ожидал от вас большей разумности, Сентинел Сван. Территория, на которой это происходит — там ваши поселения, и значит ваши же люди находятся в опасности. — Своих людей мы защитим сами, — тихо сказала Глория, — У нас хорошо налажена безопасность, в каждом поселении есть вооруженные люди, укрепления, пулеметные вышки. Максон повернулся к Келлсу. — Продолжайте текущий ход миротворческих операций, капитан. Попытайтесь опросить гражданских свидетелей, но делайте это осторожно, и помните — никому нельзя доверять полностью. Глория снова поднялась. — Если вы не собирались менять стратегию — то зачем вызвали меня? Я в увольнении на пару недель. — Продолжайте свое увольнение, Сентинел. Не думаю, что мы придем к консенсусу. Это был приказ. Вы свободны. Она покачала головой и закончила свой стакан виски. Бесполезно спорить. Вояки, упертые, как бараны. Она вышла из каюты и направилась в сторону летной палубы Придвена. Одно хорошо — можно вернуться в Заповедник и не думать о делах Братства пару недель. В поселениях работ невпроворот. «Хорошего вам дня, Сентинел Сван» — салютовал рыцарь-постовой у выхода на палубу. Глория одобрительно кивнула в ответ. По палубе шли двое пилотов -лансеров, в одном из которых Глория узнала огненно-рыжего Каллахана, которого только недавно повысили в лансер — сержанты. «Поздравляю с повышением, Лансер-сержант Каллахан. Ад Викториам!» — салютовала ему Глория. «Ад викториам» -отозвались два голоса. Второй лансер, совсем еще молодой, почти бегом прошагал к ней, и вытянутся по струнке, чуть не подпрыгнув от усердия. «Разрешите представиться, Сентинел Сван! Лансер-новобранец Рокс. Истории о ваших подвигах вдохновили меня вступить в Братство!» «Ад викториам, брат» — салютовала ему Глория Подошедший Каллахан так и светился от гордости — повышение, новобранцы — он всего этого давно заслуживал. «Вас подкинуть куда-нибудь, Сентинел? Я как раз собираюсь тренировать новобранца.» «Да, до Красной Ракеты, если по пути.» «Конечно.»

Несколько часов спустя…

— Ну что за мерзкий день, а? Тут не только рейдеры, тут еще и супермутантов штук пять — десять, — почти простонала Глория, отрываясь от оптического прицела винтовки. По возвращении с Придвена ей хотелось только одного — достать из закромов бутылочку вина и расслабиться. Только она поймала патрулировавшего поселение Данса и дала тому приказ срочно отправляться на миссию по успокоению ее нервов — рядом нарисовался Престон с просьбой вот прям сейчас идти защищать от рейдеров очередной сарай со стратегически важными грядками кукурузы. При других обстоятельствах она была бы рада помочь — когда они работали напару с Дансом, у противника заведомо не было шансов, их в Заповеднике даже прозвали -«Танковая бригада Генерала Глории». Дайте «Бригаде» крошить рейдеров и всякую нечисть в любое время дня или ночи —, но только не после долгого дня, начавшегося с вызова на Придвен в шесть утра и наполненного тщетными словесными баталиями с командным составом. — Так точно, восемь мутантов, — выкрикнул Данс, радостно грохая железными башмаками в сторону цели и взводя любимый лазер, — Враг не уйдет! Глории только и оставалось что протереть визоры шлема, влезть обратно в свою броню и последовать за ним, мысленно пересчитывая оставшиеся гранаты. Уже смеркалось, когда «Танковая бригада» вернулась в успешно защищенное поселение. От рейдеров, разумеется, не осталось мокрого места. Точнее, от кого-то осталось мокрое место, от кого-то — обугленная кучка костей, от кого-то — кучка выжженного плазмой пепла. — Спасибо за вашу защиту, мы и не сомневались что вы придете на помощь, — Обрадованные фермеры оторвались от возделывания кукурузы и обступили Глорию. — Эти рейдеры совсем обнаглели, их даже супермутанты на переправе не останавливают, говорили они наперебой — Теперь еще долго не сунутся! Кстати, пулеметную вышку нам не почините? Крышек нет, расплатимся кукурузой. Глория чем-то отбрехивалась от предъявляющих все новые хотелки поселенцев, краем глаза вглядываясь в темноту на той стороне огорода. Данс вышагивал вокруг поселения и привычно бдил. К голосам поселенцев и тарахтению генератора добавился еще один стремительно приближающийся звук. Все произошло слишком быстро. Тарахтение винтокрыла. Зонг лазера. Ответная пальба из минигана. Нет, только не это! Поселенцы похватали невесть откуда взявшиеся карабины и охотничьи ружья и побежали на перехват железной птице. Лазер не унимался. «Хорошо что у бортового минигана очень низкая точность попадания», только и успела подумать Глория. Громко бабахнул топливный бак, и от винтокрыла отделились две темные фигуры закованных в силовую броню рыцарей Братства. Фермеры и бывший паладин ломанулись к ним навстречу, выкрикивая боевые кличи разной степени цензурности. «Ад викториам, мать вашу» — пробормотала Глория, вскидывая винтовку и прицеливаясь. Стрелять нужно в «ядро» — термоядерный блок питания. Битва длилась недолго. Когда последний воин Братства испустил дух, фермеры вернулись к своим повседневным занятиям, как будто ничего не случилось. Сентинел Глория пошла исследовать обгоревшие обломки винтокрыла. «Лансер-сержант Эрик Каллахан» — гласил обугленный жетон на том, что осталось от пилота. «Девять винтокрылов, восемь лансеров, один лансер-капитан», — мысленно считала Глория. Слегка покореженная, но в целом годная броня стояла в отдалении. Недалеко от нее дымилось тело одного из рыцарей. Уложен прицельным огнем из лазера. Рядом с другим рыцарем, павшим вместе с броней, уже орудовал отверткой Данс. «Девять винтокрылов, восемь лансеров, один лансер-капитан, одиннадцать рыцарей, два паладина, тринадцать юнитов силовой брони, политруки пока что целы». Глория вздохнула, подошла к павшему воину и перевернула того на спину. — Спи спокойно, брат — проговорила она, присаживаясь рядом и заглядывая в пустые глаза, — Ты просто выполнял приказы. Тебе просто не повезло обидеть моего мальчика, и в ответ мы обидели тебя. «Мальчик» тем временем энергично откручивал надплечья с другой брони, которая теперь скорее всего годилась только на запчасти. Шлем валялся чуть в стороне, скорее всего вместе с кровавой «начинкой». «Нам нужно почаще работать вместе» — сказал Данс, поднимая взгляд на Глорию — «Еще одна успешная миссия на пути к миру и спокойствию в Содружестве» Бла-бла-бла. Тем не менее — нравилось видеть его таким воодушевленным. Защитил невиновных, всласть пострелял, да и «игрушек» прибавилось. Глория поднялась и пошла чинить пулеметную вышку. Скоро совсем стемнеет, до Заповедника несколько часов ходу, доберемся уже только глубокой ночью. А миномет надо бы от него спрятать.