Good Girls Go Bad

Гарри

— Эта Мегги — конченная шлюха, — ржет Зейн. Барбара, которая сидит на коленях Найла, морщится. — Ты не должен говорить так о девушках, — делает замечание она. Я вспоминаю тот тон, в котором со мной разговаривала Рейчел, подружка этой «конченной шлюхи» Мегги. Я просто не представляю, как те двое нашли общий язык, потому что когда я смотрел на них, идущих к калитке, казалось, будто они из разных миров. Они отличались полностью: внешне и внутренне тоже. — А что?! — Зейн никак не может уняться, и это нормальная часть. Каждый раз, когда кто-то цепляет девочку, мы потом говорим об этом. — Она позволила поиметь себя как угодно, снова и снова. Она отсосала мне и не просила ничего взамен. Оу. Наверное, это должно быть крутым. Зейн трахался всю ночь. — Ей всего лишь восемнадцать, — говорит Луи, — им всем всего лишь восемнадцать. Сейчас я рад, что не тронул ту милашку Рейчел. Маленькую хорошую девочку, которая все еще ходит в школу и никогда ничего не пила. Скорее всего. Я бы хотел посмотреть на нее без одежды и сделать все, что Зейн сделал с ее подружкой Мегги и даже больше, но тогда, вероятно, она бы плакала без перебоя, а это не то, чего я хочу. Я ненавижу слезы. — Гарри? Кто-то прерывает меня. — М-м. Все, что я могу сделать — промычать в ответ. — Не могу поверить, что ты трахнул ее, — говорит Лиам, — Брайан сказал, что эта девчонка попала случайно. Она, типа, ханжа. О-оу. Она точно ханжа. Или нет. Она просто другая. Я не знаю, почему не говорю им «нет». У меня достаточно реальных заслуг, так что путем вранья мне нет смысла пытаться вырасти в глазах друзей или типа того. — И как она? — спрашивает Зейн. Невинные и тихие девочки теперь являются центром вселенной? Почему всех это так ебет? — Она... Да, она была хороша, — я даю самый глупый и банальный ответ. — Я представляю, как ее широкие бедра смотрятся сверху, — говорит Луи, и я морщусь от этой мысли. Потому что я подумал об этом первым. — Она немного... она больше всех девочек, которых ты выбираешь, разве нет, Гарри? Мне заебал этот разговор. И еще мне точно не нравится сторона, в которую он движется. Потому что все привыкли, что я провожу время с какой-нибудь блондиной без сисек и задницы, но с отличными губами и лицом. Точно. Вот мой типаж: высокие и худые. — У нее неебическое тело, — отвечаю я и откашливаюсь. Я видел ее несколько раз, и сегодня утром, в лосинах — моя любимая встреча. Она действительно гораздо фигуристее всех, с кем я проводил ночи раньше, но... я даже не проводил ночь с этой девушкой. Это, блять, не похоже на Гарри Стайлса. — Ты хотел сказать ебическое, — ржет Найл, и Барбара недовольно смотрит на него. Думаю, Барбара и Рейчел могли бы быть отличными подругами. Потому что Барбара тоже похожа на занудную ханжу в моменты, как сейчас. — Ага. Я даже не знаю, почему не обратил свое внимание на эту Мегги вчера. Она на все сто процентов подходила под описание девушки, которую я ищу на одну ночь. Но вместо этого я сидел с этой Рейчел и утешал ее. Ебанутый. — Гарри, поехали уже. Я киваю. Сбежать от друзей — лучшее решение. Потому что если кто-то из них еще раз скажет что-то об этой Рейчел, я сойду с ума. Мы останемся на две недели в городе Зейна и Лиама, а потом продолжим тур. Или забьем хер на все. Откуда я, блять, знаю! У нас нет слишком строгих обязательств. Мы путешествуем по небольшим городам, пьем, пьем и пьем. Я не начал колоться — это успех. Мои руки иногда трясутся на утро после алкоголя — это провал. Поэтому всем нам нужен перерыв. Я сдохну, если буду бухать на протяжении месяца без перерыва. Или нет. Я не хочу проверять. Я останусь с Зейном в доме его родителей, а остальные — у Лиама, потому что его дом чуть вместительнее. — Мои родители скоро свалят, — он играет бровями, — дня на четыре. Мы будем пить четыре дня, не просыхая и не отвлекаясь! Никакой музыки, никаких концертов. Ни-че-го. Я буквально забываю обо всем, что думал прежде. Я собираюсь пить пиво, водку, пиво, водку, снова и снова. Пиво после водки. Похуй. Это будет хорошо. Лучше, чем отлично. Я держу с руках свой чемодан, когда мы подходим к дому Зейна. И я вижу знакомую машину. Это форд. Красный форд Рейчел. Я уверен. Я оглядываюсь по сторонам, думая над тем, какой из домов может быть ее. Они все маленькие и похожие, поэтому в моей голове ни единой мысли. Я собираюсь видеть эту девочку буквально каждый день на протяжении двух недель теперь? Это становится еще хуже, учитывая тот факт, что все парни уверены, что я трахнул ее. Я трахнул бы. Я действительно сделал бы это, если бы она была другой. — Заебись! — орет Зейн. — Мои родители уже умотали куда-то, прикинь. Ключи у моей сестры, и она придет только после обеда. Дерьмо. Но именно в этот момент все и случается. Я вижу ее.

Рейчел

— Ты можешь отвезти меня домой? — спрашивает Мегги, и я киваю. Но сперва я позвоню маме. Может быть, она собирается вернуться домой сегодня. По крайней мере, я надеюсь на это. Она вообще не отвечает мне, поэтому я снова беру ключи от ее машины. Я чувствую себя таким плохим ребенком. — Я знаю, что ты сделала для меня буквально все, прости! — говорит Мегги. — Встретимся завтра перед школой? Как раньше. Я куплю тебе кофе и что там я еще обещала. Я киваю, радуясь этой мысли. Раньше мы вместе ходили в школу с Мегги, и потом медленно, но верно, все пошло ко дну. Мы целый час смотрели Джимми Фэллона, вспоминая все наши старые шутки. Это навело меня на мысли о том, что, возможно, мы сможем вернуть все. Если еще не поздно. Мегги живет не так далеко, поэтому мы выходим из дома. Я смотрю себе под ноги, думая о том, что мне надо будет постирать свои конверсы, когда я вернусь домой. — Смотри, кто там, — шепчет она, хватая меня за руку. Это немного больно, но мое потрясение сильнее. Из машины, которая стоит прямо перед моей, выходят Гарри и Зейн. Гарри и Зейн. Прямо тут? Я понимаю, что Гарри смотрит на меня уже какое-то время. Он начал делать это еще до того, как я его увидела. Они вдвоем с Зейном держат свои чемоданы, и я перевожу взгляд на крыльцо соседнего дома. Потому что Зейн смотрит именно туда. А потом я снова возвращаюсь глазами к Гарри. — Мы должны подойти к ним или сделать вид, что не знакомы? — спрашивает Мегги. Они видят, что мы перешептываемся, поэтому я понимаю, какой глупой идеей было бы сбежать. Тем более, если они стоят буквально у моего дома. — Поздороваемся, — говорю я, все еще держа Мегги за руку. Мы подходим к этим двум парням, стоящим на подъездной дорожке, и я чувствую себя точно не в своей тарелке. Рейчел Молл никогда не подходит к парням сама, если только это не вопрос о домашнем задании. — Привет, — говорю я, потому что Мегги, как мне кажется, теряется. Наверное, она теперь привыкла спать с кем-то ночью, а потом сбегать и игнорировать? — Привет, — говорит Гарри. А затем он принимается изучать Мегги. Я вряд ли чувствую себя как-то не так из-за этого, но его взгляд скользит буквально по всему ее телу. Это неплохо, да? Мегги вчера говорила, что она хочет Гарри. Возможно, она получит его. — Что вы тут делете? — я пытаюсь завести диалог. — Живем, — улыбается Зейн, — мы останемся в Брэдфорде на несколько недель, и это — мой дом. Они мои соседи. Они мои соседи теперь. Мое окно выходит на этот дом. Единственные парни, которых я знаю благодаря вечеринке, теперь будут жить напротив меня. Как напоминание о том, какую ошибку я совершила. Чудесно! Я улыбаюсь, пытаясь убедить себя в этом. — А это —мой дом, — говорю я, показывая за свою спину. Парни переглядываются, а затем Зейн подмигивает Гарри. Клянусь. Он делает это. Одну маленькую секундочку. — Мы собираемся торчать на крыльце еще часа два, — говорит Гарри, — какие планы? Я касаюсь Мегги за ее спиной, потому что она до сих пор не произнесла и слова. Она как зомби. — Рейчел собирается отвезти меня домой, — говорит она тихо. Ей нравится Гарри? Или нравится Зейн? Или она просто плохо себя чувствует? Что не так? — Покатаемся! — улыбается Зейн. И они подходят к машине моей мамы. Я даже не могу остановить этого. Они с Гарри залезают на заднее сидение, и я испуганно смотрю на Мегги. Она втянула меня в какой-то ужас. Я схожу с ума от мысли, что я своровала ключи от машины мамы, впустила сюда парней, они могут прокурить тут все, а Мегги все еще не отошла от алкоголя. Провал. Полный провал! Я ничего не говорю. Потому что в моей голове нет ни единой мысли, что мне стоит делать. Я еду до дома Мегги самым длинным способом, оттягивая момент, когда, вероятно, окажусь одна с этими парнями. Но от судьбы не убежать. Мегги хлопает дверью, бормоча о том, что она позвонит мне. Я не могу шелохнуться и сказать что-то. Я слышу тихий смешок сзади, и понимаю, что они, наверное, смеются надо мной. Мне не стоило оставаться с этими двумя. — Вас отвезти куда-нибудь? — спрашиваю я. Это единственное, чем я могу себя спасти. — К Лиаму? — спрашивает Зейн. Я смотрю в зеркало заднего вида и вижу, что Гарри кивает. Я отъезжаю, и Зейн командует моим управлением. Моя мама перезванивает мне, и я мешкаюсь, прежде чем ответить. Я не хочу, чтобы она знала, что я в ее машине с какими-то парнями, поэтому прошу их замолчать и останавливаюсь. — Ты серьезно? Останавливаешь машину, чтобы поговорить? — спрашивает Гарри, и от звука его голоса мне становится не по себе. Я киваю, а затем, опустив глаза вниз, отвечаю на звонок. — Ты вернешься сегодня? — спрашиваю я у мамы. — Нет, милая, — говорит мама. Что ж, пора привыкнуть, — я переведу тебе деньги на карту или зайду на днях, ладно? Ты там как? — Нормально, — говорю я. Я не могу врать маме. И не могу удерживать это в секрете, — я взяла твою машину, мам. Она молчит, и я боюсь, что в следующий момент начнется ругань. — Ничего страшного, — произносит мама, — пользуйся ей, когда тебе надо. Я выдыхаю. Мы прощаемся, и я снова поворачиваюсь к парням. Они смотрят на меня, раскрыв глаза до самых огромных размеров. — Ты украла ключи от машины? — смеется Зейн. — Поверить не могу, что ты сделала это! Я оставляю эту фразу без ответа. Мы едем около десяти минут, и я слышу глупые комментарии по поводу музыки, которую включаю. Зейн говорит, что Эд Ширан — музыка для девочек. Я, вроде как, ей и являюсь, поэтому никаких проблем. Гарри говорит, что в этом что-то есть. — Я просто включу Ramones, — недовольно говорю я. — Я люблю Ramones, — отвечает Гарри, показывая на свою футболку. — Знаю, — отвечаю я. Я включаю свою любимую песню. Это «Somebody To Love». Я вижу по лицу Гарри, что он любит ее так же, как и я. Мы вдвоем открываем рот под слова из песни, пока Зейн цокает языком. Мне нравится смысл, потому что он, определенно, есть тут. Может, иногда я думаю, что эта песня обо мне тоже.

Неужели ты не хочешь полюбить кого-нибудь? Полюбишь ли ты кого-нибудь? Найди человека, которого ты сумеешь полюбить