Как добиться дебила

      По мере того как шли дни, Чонгук все больше слетал с катушек. Его дом снова стал пристанищем местной гопоты вперемешку с элитным обществом. Он много пил, а когда он много пил, то мнил себя эдаким корейским Гэтсби. Чон не знал, сколько денег ушло на закатывание вечеринок, но каждое утро после них не переставал удивляться, когда нырял в бассейн освежиться, а в итоге получалось только опохмелиться. Приходилось потом принимать душ повторно, а то пузырики от шампанского создавали некий дискомфорт в зоне бикини.       Пока все летело к чертям, Чон не заметил, что его лучший друг стал подозрительно часто околачиваться рядом. Пак даже ни разу не ушел с вечеринки раньше самого хозяина. Не одна барышня пострадала от его игнора. А все потому, что Чимин действительно волновался за друга и старался приглядывать за ним, пока тот полностью отдавался в загребущие лапы господина Пьяного Угара.       Спустя несколько таких вечеринок и ежеминутных чиханий Чимином блестками, он решил стать для Чонгука личным Амурчиком и принялся за поиски рыжего официанта. Начал с клуба и там же и закончил, благополучно на него наткнувшись с седьмого раза. Он арендовал каждый день в течение недели одну и ту же комнатку, в которую недавно приводил своих друзей. С первого по шестой день его обслуживали то девушки, то парни. И, как назло, каждый день разные. Он им и деньги пихал — все были только рады — и расспрашивал про рыжего, но никто ничего не знал. Когда Чимин почти отчаялся и пришел на седьмой день в клуб тупо нажраться, ему неожиданно подвернулась удача.       Ви влетел в комнату, как ошпаренный, — сам надеялся на чудо. Его возбуждение слегка улеглось, когда вместо Чона он обнаружил его лучшего друга, но и это было лучше, чем ничего.       — В-вызывали?       — Ба, да вы только гляньте, кто у нас тут! — да, Пак успел надраться по дороге в клуб и готов был дерзить направо и налево, чем и был занят в данный момент. — Рыжая принцесса! — Чимин никогда не отличался быстрым мышлением, потому не заметил, что эта принцесса уже стала блондином. — Да кем ты себя возомнила вообще? Сносишь крышу настоящим мужикам, топчешь их нежные чувства, жонглируешь сердечками и рушишь чужие жизни!       — Простите? — вообще Ви всегда считал себя не от мира сего, но за последние пару месяцев он, наблюдая за Чонгуком, а теперь и за его другом, понял, что сам он еще не такой уж и ненормальный.       — Перестань строить из себя дурочку, ты понимаешь, о чем я! Сядь, сука. — и Пак ткнул указательным пальцем на другой конец дивана, куда Ви послушно опустился. — Я тебе заплачу, только поговори с моим другом, м? — Чимин всегда был непостоянным в эмоциях, и сейчас он резко поменял тон — уже не грубил, а умолял официанта оказать ему услугу.       — Не надо мне ваших денег, дайте лучше его адрес.       Вот уж чего не ожидал Пак Чиминович, так это того, что рыжий, точнее блондин, с ним даже пререкаться не станет. Он округлил глаза и быстро, пока Ви не передумал, начирикал ему адрес Чонгука в папке меню, а потом убежал из клуба.       Пока Чимин убегал, Ви внимательно изучил адрес и нашел в названии улицы три орфографических ошибки. Он направился прямиком к администратору и наврал с три короба, что у него болит голова, пристают клиенты и вообще его самолюбие задето слишком сексуальными людьми в клубе. Поняв и простив, администратор отпустил Ви и перекрестился.       Ви, скинув с себя фартук, вылетел на улицу и едва не столкнулся с Чимином, который как раз его и поджидал за мусорными баками. Когда Пак убедился, что официант сел в такси и назвал водителю знакомый ему адрес, он вылез из-за мусорных контейнеров и, гордо выпятив зад, вернулся в клуб на поиски легкодоступных дам. ***       Когда такси скрылось за поворотом, Ви удивленно присвистнул, оглядывая владения своего самого большого и единственного поклонника. Везде на газоне валялся серпантин и внутренности хлопушек. Пару раз ему даже удалось успешно свалиться, споткнувшись о пустые бутылки, что беспризорно валялись под ногами. Он только надеялся, что этого позора никто не видел и неуверенно, но все же шел вперед. Остановившись у дверей, он хотел было позвонить, но звонка в темноте не нашлось, а когда постучал, то двери со скрипом приоткрылись.       — Твою мать, я точно не в фильме ужасов сейчас? — нервно прошептал себе под нос Ви и зашел внутрь. — Есть кто дома?       Ви решил, что Чимин либо ошибся адресом, либо Чонгук куда-то уехал, но его съедало изнутри любопытство. Он не стал бродить по первому этажу, а сразу поплелся по лестнице на второй, осторожно прощупывая носком ботинка дорогу вперед. Заглянув в пару комнат и не найдя там ни души, Ви пошел дальше по коридору, но резко остановился, когда за спиной громко хлопнула дверь.       — Ты чего тут потерял, мальчик? — Чонгук откинул со лба мокрые после душа волосы и уставился в спину неизвестного ночного гостя.       Ви словно коротнуло, а затем стало неимоверно жарко от этого знакомого голоса, он медленно обернулся и робко улыбнулся помятой фигуре в махровом белом халате.       — Тебя, кажется…       Если было бы возможно, то у Чонгука бы глаза на лоб полезли от такого сказочного визита посреди ночи, но он постарался остаться невозмутимым в глазах Ви. Нечего обижать детей, потому что они тоже мстить умеют.       — Ты, наверное, домом ошибся.       — Не ошибся. Я к тебе пришел. Поговорить нам надо, — Ви сам не понимал, почему так сильно нервничал, что аж ладошки вспотели, но отступать было уже поздно.       — Лучше уходи, нам не о чем разговаривать.       — Никуда я не уйду!       Чонгук удивленно вскинул брови и медленно подошел к Ви, а тот опустил взгляд в пол, но с места не сдвинулся ни на шаг.       — Так-так… Что это у нас тут? Неужели маленький засранец соскучился по надоедливому мистеру Говнюку? — Чон коснулся пальцами подбородка Ви, заставляя посмотреть того себе в глаза. Черт знает откуда Гук набрался смелости, возможно, пузырьки шампанского еще не выветрились, а может потому, что Ви перестал вести себя, как сучка и мило так переминался с ноги на ногу. Сейчас Чон чувствовал превосходство над своим гостем и впервые так близко мог им любоваться. Перламутрово-белый ему определенно шел.       — Ким Тэхён.       — Меня зовут Чонгук вообще-то.       — Меня зовут Тэхён.       Ви не стал обращать внимание на недовольное и одновременно забавное замечание Чонгука, а просто тихо, но четко произнес своё настоящее имя в губы напротив и затем прижался к ним своими.       Чонгук не знал, спит он или бодрствует, но открывать глаза совсем не хотелось и он просто прижал к себе Тэхёна, отвечая на поцелуй, который становился все глубже и развратнее с каждой секундой. Под футболкой Тэ Чонгук нежно пересчитывал кончиками пальцев каждый позвонок, и эти ласки как-то странно контрастировали с тем, что вытворял его же язык в чужом рту. Слишком скоро воздуха на двоих стало катастрофически мало, Чон мазанул губами по щеке Тэхёна и спустился влажными поцелуями на его шею. А Ви много и не надо было, он всегда возбуждался чересчур быстро и даже стыдился этого, но не сейчас, когда в голове и за её пределами был только Чонгук. Тэхён где-то там далеко понимал, какая роль ему уготована в их паре, но совсем не был против, да и заслужил к тому же.       Ким буквально плавился от действий Чонгука и прижимался к нему так тесно, терся об него так отчаянно, как только вообще это было возможно. Он сам затащил Чона в какую-то темную комнату и стал избавляться от его халата трясущимися руками, попутно сцеловывая с губ тихие вздохи, от которых его крыло не по-детски. Чонгук позволил Ви снять с себя халат, а затем поднял его на руки, заставляя обхватить ногами свои бедра, и понес к кровати. Опустив Тэхёна на прохладные простыни, Чон навис над ним сверху и попытался заглянуть в темные от возбуждения глаза напротив. Ви не дал ему это сделать, сдирая с себя футболку через голову и швыряя её куда-то, лишь бы только не мешала чувствовать горячее тело, нависающее над ним. Тихо заскулив, Тэ ерзал и цеплял пальцами джинсы, пытаясь стянуть их с себя вместе с бельем. Чонгук с минуту наблюдал за неудачными попытками Ви стащить с себя штаны, не расстегивая при этом ни пуговицу, ни молнию, а потом сжалился и помог освободиться от ненужной одежды. Он слегка надавил и провел обжигающей ладонью по его груди, задевая соски и вызывая тем самым дрожь по всему телу.       Чонгук снова прижался к губам Тэхёна, вовлекая в глубокий и чувственный поцелуй, и впервые в жизни коснулся чужого члена. Более странных и одновременно возбуждающих ощущений он еще не испытывал. Все было как-то слишком откровенно, не смотря на то, что в его постели успели побывать десятки девушек. Тэ невольно прикусил губу Чонгука и шумно выдохнул в поцелуе, приподняв бедра навстречу горячей ладони. Чон пару раз плавно провел по члену Тэхёна, очерчивая большим пальцем головку, и убрал руку, слушая жалобные всхлипы в ответ. Не в силах больше сдерживать себя, Ким толкнул Чонгука в грудь и завалил его на спину, удобно устраиваясь сверху. Не дав тому опомниться, Ви стал посасывать свои пальцы и плавно покачивать бедрами, настойчиво потираясь о член Чонгука своим. Тэхён немного увлекся, вбирая пальцы глубже в рот и иногда проводя между ними языком. А вернулся в реальность только тогда, когда почувствовал на своем бедре жжение от шлепка. Медленно вынимая пальцы изо рта и заводя за спину, он осторожно стал растягивать себя на глазах Чонгука. Зрелище было потрясающее. Тэхён тихо и низко стонал, кусая свои губы, закатывая глаза, и слегка царапал ногтями свободной руки живот Гука. Поморщившись, Ви смог протолкнуть в себя третий палец и, совершенно случайно задев внутри заветный бугорок, выгнулся навстречу рукам Чона, блуждающим по его телу.       Для Чонгука же было слишком много этого «впервые», он просто зачарованно наблюдал, как Ким старательно подготавливает себя для него, как между бровями образуются крохотные морщинки и по левому виску стекает одинокая капелька пота. Тэхён был каким-то нереальным и вытворял такое, чего Чон и в мыслях себе представить не мог. Его низ живота скручивало от каждого томного вздоха Тэ, хотелось остановить его, прижать к кровати и просто трахнуть наконец. Но Чонгук только тяжело дышал, еле уловимо касаясь пылающей кожи Ви, и не мог себе позволить прервать такое представление. Для него еще никто так не старался и было в этом что-то особенное, что-то очень интимное.       Тэхён аккуратно вынул из себя пальцы с безумно пошлым звуком и приподнялся, приставляя к разработанной дырочке пульсирующую плоть Чонгука. Еще даже толком не начав, они оба были уже на пределе и звенящая тишина на долю секунды повисла в воздухе, прежде чем Ви стал медленно, но без остановок опускаться на ровный, с разбегающимися паутинками вен, член.       Чонгук морщился от сводящей с ума жары и тесноты внутри Ви и до сине-фиолетовых отметин сжимал широкими ладонями его бедра, то ли стараясь поскорее почувствовать себя в нем полностью, то ли наоборот растягивая удовольствие. Вопреки ожиданиям Чона, Тэхён не стал останавливаться, привыкая к боли или неприятным ощущениям, а только начал медленно двигаться, уперев ладони в его грудь.       Не сказать, что Ви испытывал по-настоящему сильную боль, было только самую малость дискомфортно и непривычно, отчего его возбуждение отнюдь не угасало. Они далеко не сразу подстроились под ритм друг друга, но, с каждым разом опускаясь на член Чонгука до основания, Тэхён стонал так развратно, что позавидовали бы лучшие в своем деле девочки по вызову. Этот голос, будто специально созданный для стонов, вызывал у Чонгука табуны мурашек, пробираясь под кожу и выворачивая душу наизнанку. Он, матерясь сквозь зубы, подмял под себя Ви, переворачивая на живот и прижимая грудью к кровати, и резко вошел в него сзади. Тэ сразу почувствовал, как головка члена Чонгука проехалась по простате и, громко вскрикнув, вжался лицом в мятые простыни. Он выгибался и откидывал голову назад, пока Чонгук наращивал темп, кусая и оставляя яркие засосы на его плечах и шее. Ви сходил с ума от рук Чонгука, которые собственнически сжимали его бедра и задницу, а потом неожиданно нежно ласкали поясницу, грудь и бока, плавно переходя на член. От необычных нежных ласк, так идеально смешанных с грубыми толчками, Тэхёну напрочь срывало крышу. Он, упираясь ладонями в кровать, выгибался до характерного треска позвонков друг о друга и толкался бедрами навстречу, чувствуя, как на его лопатки стекают капли с еще мокрых после душа волос Чонгука, которые сразу же с шипением испарялись от жара его тела.       Никто уже из них не заморачивался, никто не думал о том, что можно сделать что-то не так. Их прерывистые вздохи, короткие, но частые и развратно-громкие стоны, вторящие давно сбившимся с четкого ритма толчкам, их мимолетные, но до трясущихся коленок страстные поцелуи: все было естественным. Чонгук сжимал член Ви у основания и трахал его грубо, резко, вставляя из раза в раз по самое основание, впечатываясь бедрами в его зад со звонкими шлепками. Сам того не понимая, он не давал Тэхёну кончить, причиняя ему сладкие мучения, от которых развратные стоны скоро перетекли в жалобные поскуливания. Чувствуя, как влажное от пота тело под ним сотрясается от мелкой дрожи, Чонгук скользнул ладонью к головке члена Ви и тот, не дожидаясь, бурно кончил, пачкая не только его пальцы, но и до неприличия белые простыни. Он задыхается и одновременно стонет уже сорванным голосом, совершенно не заботясь, что может быть слишком громким. Тэхёна трясет и ломает от накрывшего его оргазма. У него нет сил и хочется просто раскинуться на кровати, но Чонгук все еще глубоко и сильно втрахивает его в матрас, минутой погодя кончая глубоко в Тэ и замирая, совсем будто не собираясь покидать его тело.       Все как-то странно. Им обоим до одури хорошо, но вместе с этим и немного стыдно. Мышцы болят и ноют от малейших телодвижений, но все-таки никто из них ни о чем не сожалеет. Тэхён чувствует, как Чонгук медленно выходит из него, а потом опаляет дыханием его затылок, затем мягко касаясь обветренными губами плеч и лопаток. Такой жест со стороны Чона заставляет Ви невольно улыбнуться, прикусив нижнюю губу и пряча лицо в подушку, как влюбленная девчонка. Он не знал, что этот самовлюбленный ребенок умеет быть таким ласковым и внимательным. Тэ ежился от мягких поцелуев в шею и еле слышно смеялся, переворачиваясь на спину. Когда он заглянул в глаза Чонгука, то понял, что любовь, о которой еще недавно не было и речи, где-то там, еще очень далеко, но уже почти уверенно маячит на горизонте его чувств. Он не знал, стоит ли сейчас что-то говорить и просто молчал, легко касаясь шеи Чонгука, зарываясь пальцами в короткие волосы на его затылке и притягивая к себе. ***       Неприятный телефонный звонок резал уши, а в глаза ослепляюще светило солнце. Чонгук этим утром ненавидел всех и вся, потому что просыпаться не хотелось, как и двигаться в общем, было почему-то очень уютно и тепло. Он проигнорировал три подряд звонка, а на четвертый не выдержал и, не открывая глаз, потянулся к тумбочке, надеясь найти там телефон. Чон телефона не нашел, да и дотянуться до тумбочки просто напросто не смог, а все потому, что его что-то или кто-то нехило так прижимал к кровати. Когда Чонгук разлепил сонные глаза, то почти не удивился тому, что увидел. Самую малость… На самом деле, он был в шоке, но еще не до конца успел это понять.       Чонгук лежал в объятиях рук и ног мирно сопящего Тэхёна. Его голова покоилась на груди Чона, а пальцы во сне подрагивали, вызывая по-детски легкую щекотку. Когда Ви тихо вздохнул и поежился, Чонгук не сразу понял, что улыбается, как придурочный. Ему сразу захотелось коснуться такого трогательного Тэхёна. Он уткнулся носом в светлую макушку и прикрыл глаза, но внезапно снова зазвонил звонок. Только сейчас до Чонгука дошло, что звонил не телефон, а дверной звонок, который накануне не смог отыскать Тэ.       — Может, откроешь? — ленивым шепотом сказал Тэхён, крепче обнимая тело под собой.       — А ты отпусти.       — Не-а, — Тэхён помотал головой и натянул одеяло до уровня глаз.       Чонгук и сам-то не хотел выбираться из кровати, а особенно из цепких рук Ви. Он вырисовывал пальцами незамысловатые узоры на спине и пояснице Тэ, а тот льнул к нему сильнее и явно не собирался в ближайшее время куда-либо двигаться. Хотя… Неожиданно для всех Ви поднялся, скидывая с себя одеяло, и уставился на Чонгука.       — Мне надо в туалет.       Чон засмеялся и указал пальцем на дверь, куда Тэхён и убежал, пытаясь неловко прикрыться руками и спереди и сзади. Выходило не очень успешно. Лежащему в одиночестве Гуку стало холодно и он, потягиваясь, встал с кровати, натянул какие-то непонятные домашние штаны и собрался уже спуститься открыть дверь, как заметил, что звонки внезапно прекратились. На лестнице послышались быстрые шаги и хлопки открывающихся настежь дверей. Чонгук даже глазом не моргнул, когда вскоре открылась и дверь комнаты, в которой находился он сам. Его личный Амурчик Пак Чимин влетел, как ураган и злобно уставился на друга.       — Ты, — прорычал Пак и ткнул пальцем в сторону необычно довольного Гука.       — Прекрасное утро, дружище, не находишь?       — Ты. Сукападла такая, какого хуя дверь не открываешь? Где твой телефон? Я звоню уже два часа подряд!! И я даже не вру!       На вопли взволнованного Амура из-за двери ванной комнаты медленно высунулся нос, а затем и его хозяин. Ви удивленно похлопал глазами и, увидев Чимина, смутился и скрылся там, откуда прежде выполз.       — Ах, еб твою мать… — Пак покосился на дверь ванной, а затем на Чонгука, потом снова на дверь и снова на полуголого Чонгука, а затем на скомканную кровать и опять же на слишком счастливого Чонгука. — Оу…       Поняв, что тут происходит, Чимин почесал подбородок и решил, что в принципе зря пришел и вообще волновался. Он покрылся красными пятнами от картины, открывшейся ему так внезапно, и без слов спиной попятился к двери.       — Теперь ты меня хрен уволишь, пиздюк мелкий! — уже за закрытой дверью проорал Чимин и довольный собой утопал из дома Чонгука, который ни черта не понял, но увольнять друга действительно перехотел.