Labyrinths of life.

      

POV Автор

      Стоял необычайно тёплый для этих мест осенний вечер, под ногами шуршали листья, уже иссушенные и ломкие. Хелен возвращалась уставшая и вымотанная, ноги и кисти рук болели, а в голове был гул, вызванный накопленной за день усталостью. Девушка всегда задерживалась на работе допоздна чтобы выполнить надлежащий план и удовлетворить собственную совесть. Взгляд ее был потухшим, опущенным к вымощенной дорожке меж аккуратных, пока еще не испорченных детворой и собаками, цветочных клумб и газонов. Под ногами тянулись исполински длинные тени, а над головой, прямо в кронах молоденьких березок звонко перекрикивались распушенные тушки черных воронов. Вечерело с каждым шагом все сильнее, по небу уже вспыхивали первые мерцающие крупинки, предрекающие скорое наступление ночи.  — Скорее бы домой… так спать хочется… — тихо пробормотала Хелен, уткнувшись лицом в мягкий палантин на своей шее.       Веки плавно смыкались, а передвижения совершались уже автоматически, что явно не было безопасно в данный момент и лишний раз подтверждением этому стало столкновение с чем-то у самых ног, вызывающее немедленное перемещение тела в горизонтальное положение или, если говорить проще, полет на землю всем прикладом. Девушка резко распахнула сонные глаза и выставила руки вперед, стараясь предотвратить падение. Секунда, две, но руки так и не соприкоснулись с жесткой кладкой, повисшие под ней двумя замершими плетьми. Мозг начинал перебирать причины происходящего, пока крупная ладонь под грудью не стала более ощутимой, толкая тело обратно и заставляя девушку вновь опустить ноги на устойчивую поверхность.       Ужасное смущение и неловкость бурлящие в одном котле со робкой благодарностью было побуждали ее залепетать хоть что-то, но стоило огромных усилий заставить губы шевельнуться. Девушка неспешно выправилась и подняла голову чтобы рассмотреть своего спасителя, как тут же перед самым носом вспыхнула своим алым бутоном одна единственная роза. На удивление свежая и бархатистая настолько, что взять ее уже казалось обязанностью, но было в этом моменте нечто… неправильное.       Рука застыла вблизи шипастого стебелька. Подняв взгляд на своего спасителя, Хелен постепенно переходила из состояния удивление в растерянность, создавалось ощущение, что ее собственный мозг шутит над ней, воспринимает информацию не так, как должен. Мужчина был одет в обычную для этого времени года одежду — черные, шнурованные сапоги, только надеты почему-то на голые ноги; длинный и объемный плащ, который делал его грудь и плечи визуально больше и шире, чем они могли бы быть у нормального человека; изящная, но потрепанная шляпа, поля которой нависали над лицом незнакомца сильнее, чем было нужно, что позволяло разглядеть лишь кривую ухмылку. На эту внешнюю инвентаризацию у девушки ушли доли секунд, но лишь стоило взгляду замедлиться на единственной видимой части его лица, как по нему тут же растянулась, еще более широкая, неестественная и… клыкастая ухмылка, заставляющая все внутри сжаться, скрутиться в тугой узел нервов и мышц.  — И-извините, Вы возможно с кем-то меня путаете, сэр. — Взволнованная девушка всеми силами сдерживала крепчающую тревогу, — Спасибо за помощь, но мне правда нужно спешить. До свидания…       Голос становился все тише, но мужчина настойчиво протягивал красивый цветок, что так и молил: «Возьми меня! Возьми скорее!», вот только на такое нужна смелость, коей не нашлось бы сейчас ни в одном кармашке.       

Конец

      Ситуация явно выходила за рамки того, что мог сделать мой усталый и напряженный мозг, а думать приходилось в ускоренном темпе. Поэтому, даже не пытаясь заглянуть в его лицо, я пару раз отрицательно мотнула головой, от чего напряжение между нами возросло, но отступать было некуда, ноги сами понесли меня вперед, мимо странного и пугающего, а может и опасного незнакомца.       Казалось вот она победа или скорее бегство, но не удалось ступить и пяти скорых шагов, как его неестественно-белесая и широкая ладонь ухватилась за мою руку. В тот же момент адреналин подскочил в крови настолько, что казалось он один и пульсировал в венах. Я резко выдернула руку и прыжками добежала до собственного дома, распахнула тяжелую входную дверь и, даже не успевая перевести дыхание, полетела вверх по лестнице, открыла дверь собственной квартиры. Дом, правду говорят, нет ничего милее тебя!       Я отставила свою сумку на полу и плюхнулась на небольшую софу в прихожей, переводя дух и стараясь хотя бы попытаться понять, что же это было? Сумасшедший? Пьяный? Или просто странный человек?  — Просто еще один шизик ничего более…       Проведя неподвижно, в полном молчании около 10 минут я все же поднялась на ноги, стянула верхнюю одежду, наконец ощущая гуляющую по взмокшему телу прохладу неотапливаемой квартиры. Дальше все по стандартному плану: домашняя хлопковая одежда, тугой пучок из волос, ромашковый чай в компании прохладной квартиры. День был напряженный и под конец даже пугающий, но все уже закончилось и это не могло не радовать. Тишина, спокойствие и умиротворение охватывало с макушки до кончиков пальцев. Потянуло глянуть в окно, словно там было что-то крайне интересное, но стоило лишь последовать желанию, как чашка едва ли не вылетела из пальцев. На меня смотрело… л-лицо ли? Мраморно-белая кожа, с грубоватыми очертаниями скул и подбородка, лишенная глаз, носа, как и всего остального, только губы, меж которых поблескивали зубы, сужающиеся к низу от основания словно клыки… но это лишь доли секунд, лицо тут же пропало, но образ ли это из моей головы — сомневаюсь.       Такое помутнение рассудка лишь с натяжкой можно было списать на нервы, но ничто другое это и быть бы не могло. Может отблеск света фар от проезжающей недалеко машины, или мое собственное нечеткое отражение в оконном стекле, кто мог знать? Я не была скептическим человеком, поэтому решила не забивать голову такими вещами, как сверхъестественное, духи и «магические» предостережения свыше.       Когда чашка опустела, я и сама чувствовала себя пустой, но уже от усталости. Каждый день в голове появляется одна и та же мысль: «А может взять отпуск?».  — Для начала хотя бы поспать… — ответила сама себе вслух. На телефоне время было ближе к десяти вечера, но уже успело прилично стемнеть. Возможно и стоило занять себя чем-то в это, пока еще детское время, только ничего не хотелось, лишь свалится в кипу мягких подушек и смятого одеяла, зарыться, спрятаться и проспать столько, сколько потребуется. Довольно промычала, когда вспомнила, что сегодня пятница, а завтра, наконец, суббота и планы на прекрасный отдых не сорвутся. Ах, с приходом домой все снова становится таким чудесным.        Эта ночь была крайне неспокойной. Спать было тяжело, словно под тяжелым и горячим прессом, вместо одеяла, обычно такое может быть по болезни, когда поднимается температура и дыхание становится затрудненным, но это была не простуда. Ко всему прочему сну мешали странные шорохи и поскрипывания, неизвестного происхождения. Может половицы или ветки деревьев на улице? Нельзя сказать точно. Дважды я просыпалась и в тапочках бродила по квартире, зажимая градусник и открывая форточки для проветривания этой духоты, заодно стараясь найти источник шума. Температуры не было, как и любых других признаков болезни или чьего-либо присутствия. К счастью, уже под утро мне удалось провалиться в сон на диване в гостиной.       Просыпаться было тяжело, спина ныла от неудобного положения для сна, было холодно и до неприятия солнечно. Тихо выругавшись себе под нос, я поднялась со столь озлобившего предмета мебели и, потирая поясницу, направилась на кухню чтобы вскипятить воду для чая. Полный от воды чайник взгромоздился на свою подставку и засипел, но вокруг что-то было явно не так… посуда стояла не на своих местах, холодильник открыт, а пол под его резиновыми ножками был покрыт натекшей водой. Ко всему прочему на столе стояла тарелка, а на ней, не понимаю, как такое возможно… но это была паста. Паста? Обычная паста с соусом и сыром, даже листик базилика был. Я застыла на месте, не мигая глядела на это блюдо, а по спине побежал холодок. Кто мог сделать это? Кто-то пробрался в дом? Я в опасности? В дверь звонко постучали, заставив издать неясный писк, а сердце упасть куда-то в область живота.  — Хелен! — прожужжал из-за двери знакомый женский голос и это дало мне успокоиться.  — О боже… Иду, не выламывай дверь!       Ключ с легкостью прокрутился в замочной скважине и дверь податливо распахнулась. В квартиру, словно небольшой белокурый вихрь промелькнула высокая девушка в дорогом костюме — моя дорогая подруга и коллега по работе.  — Почему так рано, Элоиз?.. — потирая сонные глаза спросила я, — Дело срочное или… оу, этот пес тоже здесь? — сонное спокойствие тут же перешло в раздражение, стоило увидеть за спиной девушки мужчину, чуть ниже ростом, но с огромной горделивостью.  — О-о-очень срочно! Ты вчера вместе со своими папками захватила медкарту Откина. Энн мне с утра чуть мозг не выела с этим! — деловая блондинка бесцеремонно начала рыскать на столе, но к этому здесь уже давно привыкли.  — Посмотри в сумке на кресле. — презрительный взгляд все так же упирался в улыбающегося мужчину, что совершенно вальяжно топтался в прихожей. — Раз уж пришли — к сожалению вдвоем — хоть чай попьете, что думаешь? Все обращение всегда было направлено лишь к девушке. Кто знает от чего такая неприязнь к ее мужу? Кто-то подумает и скажет: «Обычная женская зависть, да и только.», но я думаю скорее недоверие, нелюбовь к чертам характера таких людей. Оставив эти размышления, прошла в комнату и все-таки вручила Элоиз заветную карту и уговорила остаться на чай.       Мы пошли на кухню, но на пути были чуть ли не свалены с ног пронесшимся мимо нас мужчиной. Прикрывая рот ладонью он заскочил в дверь уборной.  — Что это с ним такое? Но ответом на вопрос нам послужили натужные, неприятные звуки желудочного извержения и кашля.  — Боже, Алекс, что с тобой? — скорее с легким возмущением, чем с паникой спросила блондинка, кинув взгляд на меня.  — Может наконец посмотрел в зеркало? — в этот момент сложно было сдержать злорадную ухмылку. — Но это отвратительно, поищу активированный уголь или еще что-нибудь, дорогуша.       Отсипевший чайник уже успел отключится, из носика шел малозаметный пар. Неплохое выдалось утречко. — Очень смешно… — Хотя я кажется могу предположить… Эли, иди сюда, может ты поможешь мне разобраться? — подозвала подругу, оглядывая тарелку с той самой пастой.       Блондинка вошла в кухню и строго посмотрела на меня, а затем на тарелку, приподнимая бровь и вопрошая.  — Похоже кто-то посреди ночи пробрался в мою квартиру и сделал… ну, вот это. — я жестом указала на тарелку. — А твой Алекс видимо головой ударился, раз решил попробовать еду у меня дома.  — Ты уверена что кто-то пробрался в твой дом и тихонько сварил спагетти, а после услужливо оставил их на столе? Мне стоит позвонить Эндрю? Думаю на вечерний прием ты успеешь~ — она чуть улыбнулась. — Если он отравился этим и реакция пошла так быстро, то какого черта ты туда добавила?  — Не нужно мне пока к психиатру! Так, слушай, я говорю правду. Ночь неспокойная была, много что могло случится! Но думаю стоит отвезти этого олуха на промывание желудка.       Элоиз сложила документы в свою сумку и с недовольным щебетанием повела мужа к машине, кинув что-то на прощанье. Я глядела на них из входных дверей, следя как белокурая макушка скрывается в лестничных пролетах. После разговора меня знобило чувство, что явно не стоило говорить ей о моих догадках, об этой странной ночи… Пока сама не смогу разыскать ответ — не смогу рассказать кому-либо еще об этом, мало ли что люди подумают.       Выбросив пасту и вымыв оставшуюся еще с вечера посуду, наконец смогла приготовить завтрак, нехотя приступая к трапезе с пустой до звона головой, словно вся энергия просто ушла, вместе с утренними гостями и хотелось застыть статуей на этом месте, с повисшей на пальцах пустой чашкой, растрепанными волосами, в мятой пижаме.

POV Автор

      Девушку тихими волнами захлестывала опустошающая апатия — незаживающая рана, пережиток из прошлого, застланный болезнью, загаснувшей лишь под хорошими дозами миансерина и миртазапина. Антидепрессанты были жизненной необходимостью для нее прошлые два года, пока надобность в них не отпала совсем. Толчком к этому послужил переезд из большого, шумного и опасного города в уже породнившийся, более тихий и уединенный пригород.       Хелена никогда не стремилась быть хрупкой и нежной девушкой, но и горделивая храбрость и напыщенность не были ее главными чертами. Именно неконфликтность, достоинство и податливость были ее главной шипучей смесью и слабостью, приведшей к тем болезненным, к счастью, столь давним последствиям.       Так неприятно для себя Хелен отставила чашку и помотала головой, насупив нос и сощурив глаза, словно от кислого вкуса на языке. Пальцы зарылись в каштановую копну и, массируя кожу, собрали волосы в хвост, тугой, заставляющий виски побаливать от напряжения.  — Выходной, чудесный выходной. Время для себя… Похоже стоит выбраться из дома. М-м-м… точно-точно, вспомнила, нужно зайти за продуктами.       Большую часть утра заняли сборы, тщательные и трепетные, ведь хочется и даже необходимо выглядеть хорошо, даже на кратковременных выходах. Список составлялся попутно, по мере беготни, и от этого чуть ли не был утерян непосредственно пред выходом — к радости все обошлось. Погода сегодня была ласковой и светлой — солнышко мягко светило через облачную пелену, под ногами шуршали иссохшие листья, издали раздавался детский смех. В пригороде самое лучшее место для покупок не столь дорогих и свежих продуктов был и является центральный рынок, находящийся буквально в шаговой доступности от дома девушки.       Сегодня здесь особенно многолюдно, поэтому стоит поторопится. Стикер со списком необходимого скользнул из нагрудного кармана пальто, но его содержимое более чем озадачивало. Продукты и вещи первой необходимости были частично заменены рандомным набором вещей: ≪Что же это такое… волосы, сетка, деготь, черепица… ну не могла же я написать такое? Бред, неужели кто-то решил поиздеваться? Что происходит?! ≫. Это яростное недоумение прервал тычок в плечо, видимо стоять посреди прохода, как мраморная колонна, более чем плохая идея. Недовольно переговариваясь мимо прошла пара с коляской, которая возможно куда-то торопилась. Я снова опустила глаза к списку, но в руках моих стало пусто. Кто может так издеваться надо мной? Проникать в мою квартиру, строить подлянки, действовать на нервы и при этом не платить квартплату! Да, юмор здесь явно не будет лишним, но тем не менее я не собираюсь оставлять это просто так. У меня нет доказательств проникновения и нет ничего, чтобы я могла предоставить в полиции — слово здесь и грамма не весит. Остается только ждать и наблюдать за тем, что будет происходить дальше. Может оставить веб-камеру? Так я могла бы узнать ходит ли кто-то по квартире. Об этом уже стоит порассуждать дома, а сейчас нужно отвлечься и наконец пополнить запасы, думаю и без списка я смогу отовариться, пусть подавится этот тайный подлец.       К полудню погода начала портится, а через пару часов уже покрапывал мелкий дождик и покупки пришлось отложить, жаль рынок не сделали крытым за эти несколько лет его существования. Дорога до дома была без происшествий, только ту тихую аллею все же пришлось обойти стороной чтобы вновь не нарываться на неприятности. Пожалуй при следующей такой встрече я все же наберусь смелости и вызову полицию, нельзя позволить таким индивидам нарушать спокойствие этих мирных двориков. Пакеты пришлось оставить в прихожей; взяв в руку железную ложечку для обуви, прошла по комнатам, решив удостоверится, что больше никаких сюрпризов не произошло в мое отсутствие, но, слава небесам, все было как и прежде.  — А эт… так, подождите, стоп-стоп-стоп, — неизвестно для кого это было сказано, только мои руки уже молниеносно потянулись к стеклянному кувшину, где привольно распустив нежные лепесточки, стояла шипастая роза, что, казалось, светилась своим багряно-алым цветом, а запах, он был слишком сильным и неестественным для такого растения.