Проклятый дом

— Я-то настоящий, а вот ты... — брюнет немного замялся, — кажется, немного потолстел? — вопросительно взглянул на блондина, и после, словно о чём-то догадавшись, — ты, должно быть, застрял в комнате с пирожными, есть такие комнаты-ловушки. — Вот теперь я вижу, что ты точно настоящий Поттер. Нет серьёзно "немного потолстел"? Ничего подобного! — Но Драко ты и вправду немного... хм... округлился... — сомневаясь в психическом здоровье супруга, несмело проговорил зеленоглазый гриффиндорец. — Я не толстый, я на восьмом месяце беременности придурок! Из-за тебя, между прочим. — Охуеть можно, браво Гарри. Я знал, что ты крут, но уломать хорька на пассивную позицию... — заговорил Рон, но его прервали. — Уизел, чтоб ты знал, у Гарри шансов залететь было куда как больше, — возмущённо сказал Малфой, — но он ими почему-то не воспользовался, — еле слышно пробурчав, слизеринец надул пухлые губки, от чего стал таким милым, что Гарри едва не растёкся лужицей от умиления. — Значит я скоро стану папой? — воодушевлённо спросил Поттер. — Если ты не вытащишь меня из этого прóклятого* Дома, то скорее станешь вдовцом, — зло огрызнулся муж. — Почему? Ты болен? О Боже, Драко, что с тобой? — с каждым новым вопросом паника всё сильней захлёстывала Гарри. — Кроме беременности всё со мной нормально, но ты хоть представляешь, что такое мужские роды? Я, знаешь ли, тебе не кошка, чтобы рожать, где попало без колдоакушера. Смертность при родах велика даже у женщин, что уж тут говорить о мужчинах, — сарказм вперемешку со злостью обидой и жалостью к самому себе полились на виновника такого положения Малфоя. У него со взбесившимися на почве беременности гормонами вообще чёрте, что творится с эмоциями. Чаще всего наблюдается такой непередаваемый коктейль. — Эм... А как рожают мужчины? То есть я хотел сказать, ну, у них же нет специального, ну, этого, что есть у женщин, ну, ты понял..., — окончательно смутившись и покраснев до корней волос, Поттер замолк на полуслове. — Как беременеют, так и рожают, — издевательски протянул в отместку блондин, понимая, что его муж совершенно не осведомлён в этой сфере жизни волшебников. — Но ведь, ребёнок, он же большой, как он пролезет через... через... Это должно быть чертовски больно и... Мерлин, Драко может лучше сделать Кесарево сечение, как у маглов его делают некоторым женщинам? — с надеждой заглядывая своими зеленющими глазами, казалось, в самую душу, спросил Гарри. Ну и как на такого злиться? — Успокойся, я пошутил на счёт того, как рожают мужчины. На самом деле, когда подходит срок, на животе сам по себе появляется магический разрез, который, кстати, сквиб Кесарь и принёс в магловский мир, как способ разрешить от бремени женщину, не способную сделать это естественным путём, — уже совершенно спокойный и даже в некотором роде умиротворённый блондин обнял своего непутёвого супруга, поглаживая того по по-прежнему непослушным вихрам. — О. — Что ж раз долгожданное воссоединение семьи закончено, может, мы всё же продолжим выбираться отсюда? — Крёстный как же я по тебе скучал. — Эй, а по мне ты, что не скучал? — вскинулся, было, Гарри. — Нет, большую часть времени я тебя проклинал за такую подставу. Заделать мне ребёнка в тот единственный раз за последние полгода, когда я был снизу, это только ты так можешь. — Знаешь Малфой, сдаётся мне, что я не хочу услышать продолжение твоих откровений о вашей с Гарри личной жизни, — проговорил покрасневший Рон. Хорёк порою бывал чересчур прямолинейным. Слизеринскому принцу нравилось смущать людей и смотреть, как они выкручиваются в ответ на его откровенность. — Ладно, идём отсюда, но по дороге вы мне объясните, что это за молчаливый хмырь вместе с вами, не похож на очередного представителя многочисленного семейства Уизли, хотя и рыжий. Грэйнджер не отставай и не грузись слишком много, когда мы выберемся, крёстный тебе в два счёта такое омолаживающее зелье сварганит, что все за школьницу принимать будут. Несмелая улыбка растянула бледные губы женщины. Эти слова приободряли лучше слов жалости и даже искреннего сочувствия. — Как ты её узнал? — шепотом спросил зеленоглазый брюнет. — А ты думаешь, Уизли стал бы обнимать какую-нибудь другую старушку как хрустальную вазу? — изящно изогнув белесую бровь, Драко покрепче перехватил мозолистую ладонь мужа, дабы успокоить внутреннего зверя. После нескольких месяцев блуждания в лабиринте Дома, ему требовалось постоянно ощущать осязаемость и реальность находящегося рядом любимого. Он ведь за это время сталкивался с более ста разными иллюзиями его Гарри. Вот уж где вспомнилась старая магловская игра-головоломка, притащенная как-то Поттером: "Найди десять отличий", где для сравнения предоставлялись несколько пар практически идентичных картинок. Однако в случае поддельных Гарри Поттеров отличия нужно было искать не во внешности, а так сказать во внутреннем мире, в характере и так далее. Вот как сегодня, только его родной Гарри мог подумать, что Драко невольно стал заложником одной из комнат-желаний, как окрестил их сам Драко, где отъелся любимых пирожных до состояния шара. Конечно, его гриффиндурец** и предположить не мог о беременности. От этих мыслей внутри, словно пузырьки шампанского пробегали. Губы неумолимо растягивала совершенно глупая и не подобающая Малфою улыбка счастливого дебила, однако вид отражения точно такой же улыбки на губах Гарри, немного примирял с действительностью и невозможностью взять под контроль своё выражение лица. Северус коротко объяснил крестнику ситуацию, как и до этого Гермионе и вся группа продолжила свой путь. Выйдя из комнаты, они вновь оказались в коридоре, а дверь, через которую они вышли, уже исчезла, слившись со стеной. Длинный коридор не радовал отсутствием, каких либо выходов кроме спуска по широкой лестнице без перил. По одной стороне лестницы, по-над стенкой шла группка подростков лет тринадцати. Они казались какими-то потерянными, невинными и даже беззащитными. Однако, когда старшие маги проходили мимо них пятеро парней и две девчушки вдруг оскалились, показывая острые и абсолютно не человеческие зубы. Ребята невольно отскочили в сторону, в результате чего Гарри свалился с края лестницы, так как не было перил, которые могли бы предотвратить его падение. Драко несмотря на крепкую хватку не смог удержать лишь несколько минут назад как обретённого мужа. Чёртова беременность не только снижала его маневренность, но и сделала его слабее физически. — Гарри, нет! — прокричал светловолосый мужчина, упавший на колена. Но, когда подростки вдруг совершив немыслимый прыжок, перелетели через головы старших магов и последовали вслед за Поттером, Драко охватил натуральный ужас. — Авада Кедавра! — Нет! Драко, не убивай никого, иначе Дом не выпустит тебя! — Северус успел повалить крестника, так что смертельное заклинание, изменив своё направление, врезалось в потолок, выбив несколько кусков штукатурки. — Да плевать я на это хотел! Там же Гарри, они же его сейчас... Пусти, я должен его спасти! Пусти же, неужели ты не понимаешь?! — у Малфоя началась форменная истерика, и он горько разрыдался. Разрыдался, так как не плакал никогда, даже во время войны. Видя, что Драко перестал вырываться, зельевар не вербально наложив усыпляющие чары и чары невесомости, поднял крестника на руки. — Ничего, Поттер справится, что ему какая-то кучка недорослей, пусть даже и оборотней-людоедов, после Тёмного Лорда-то, — неизвестно кого, желая сильнее убедить в своих словах ребят или самого себя, сказал Снейп. — Ещё бы, но то, что усыпили Малфоя хорошо, ему же нельзя нервничать. А может, стоит попробовать прыгнуть за Гарри? — заискивающе глядя в чёрные омуты профессора, спросил Рон. Но ответил ему не он. — Не стоит, ты окажешься не там где он. Всё будет хорошо. Потому что оборотни, последовавшие за ним, так же забыли об этой особенности Дома. Они окажутся в совершенно другом месте, нежели Гарри, — успокоил аврора Дэй. Спасательная группа продолжила спуск по лестнице. В некоторых местах та недосчитывалась нескольких ступенек, так что приходилось левитироваться через широкие проломы в ней. — Ой! — вдруг вскликнул Уизли, хватаясь рукой за ногу чуть выше колена. — Что такое? — нахмурив брови, спросил Северус. — Что-то... — однако, осенённый догадкой Снейп прервал Рона на полуслове. — Снимай штаны кретин! Мы только недавно были в комнате кишащими крамерами, скорее всего кто-то таки уцепился следом! От волнения пальцы перестали слушаться, и ни как не удавалось расстегнуть ремень брюк. Волна магии, посланная Дэем, мгновенно избавила Уизли от брюк, и судя по всему навсегда, учитывая отсутствие их поблизости. Но сейчас это не имело значения. Куда больше рыжика заботило, то, что бугорок под кожей начал стремительное движение к паху. Зажав его (бугорок, а не пах) руками, Рон заметался взглядом, что теперь? Помощь неожиданно подоспела от ставшей очень тихой Гермионы. Женщина, вынув из кармана какой-то заточенный кусок металла, при ближайшем рассмотрении оказавшийся обломком дешёвенького браслета из нержавеющей стали, покрытой серебром, подаренного тогда ещё студентом Роном, с коротким, но резким замахом проткнула бугорок бывший жуком крамером сквозь кожу. Коротко вскрикнув, причём не столько от боли, сколько от неожиданности, аврор дождался, когда жена чуть разрезав кожу, вытащит наколотого на своего рода нож, жука. — Приятно видеть Грэйнджер, что, не смотря ни на что, вы не потеряли сноровку, — сказал Северус. Он хорошо догадывался, что пришлось пережить его бывшей студентке. Однако подобная реакция, говорит о том, что её не удалось сломить, а девочку ломали долго и со знанием дела. Помниться Розье был большой мастер в этом деле. Он любил маленьких девочек, настолько коверкая их психику, что те становились не просто бессловесными сексуальными рабынями, но сами искренне практически умоляли о всяческих сексуальных извращениях, зная, что в противном случае их ожидает нечто худшее. Они с готовностью и радостью отдавались всем желающим, ведь такое воодушевлённое послушание избавляло их от воспитательных мер лорда Розье. — Думаю, основная причина её успеха заключается в мотивации, — хитро улыбаясь, протянул Дэй. — Да уж, когда мужское достоинство супруга оказалось в непосредственной опасности... — сардонически ухмыляясь, — ничего удивительного. Всё ещё продолжая немного подшучивать и дурачиться, дабы заглушить беспокойство, маги, наконец, спустились с лестницы, и вышли в новый коридор. Рон плотнее кутался в мантию, так как без брюк было немного не по себе. Конечно, чистокровные маги традиционно всегда ходили в мантиях на голое тело, но боевая мантия была специально укорочена для свободы движений и подразумевала ношение под ней штанов. Тем не менее, потеря брюк на взгляд рыжего аврора была допустимой жертвой. _______________________________________ * в данном случае имеется в виду не "имя личное", то есть название Дома, а именно его качественное определение, как например: "проклятая война" или "проклятые логарифмы". ** не исправляйте, это так и надо. Гриффиндурец от гриффиндурок. В данном случае это обзывательство с нежным подтекстом. Типа: "дурашка ты мой" и т.п. Такой тупенький, но самый любимый на свете и другого не надо.