Орки «Багрокийцы» - дети Бога Крови!

Орочье племя только недавно прибыло в эти места. И, как и полагается, начало основательно обживаться на новом месте. Большая часть воинов укрепляла становище, а чтецы природы, опытные охотники, отправились на разведку. Поэтому именно он сейчас бродит по неизвестным территориям, принюхиваясь, прислушиваясь и взором читая знаки природы. Каждый след, запах и звук давали орку-разведчику целостную картину новых земель. Вот например, дичи тут предостаточно, притом разнообразной, как и уже известной, так и новой. Он видел, что опасности подстерегают в облике хитрых зубастых чудовищ, что плавают в воде, как брёвна, поэтому около воды он был бдительным, никогда не расслабляясь. А звуки…орка привлекла мелодичная трель неизвестного музыкального инструмента. Мягкое звучание вливалось в разноголосье птиц, создавая настолько приятный щепет, умиротворяющий и расслабляющий душу, что мужчина пошёл на этот звук, желая узнать о источнике. Ведь и орки не лишены чувства прекрасного. Каково же было удивление орка, когда он увидел детёныша мелкозубых человеков, который сидел на бревне и играл на длинной палочке, а рядом была плетеная корзина с грибами, и небольшой, свернутый из мягкой коры, и скрепленный тонкими гибкими веточками туесок с лесными ягодами. «Детёныш, но такой талантливый» - поразился он. Среди орков подобное уменье второстепенно, куда важнее с юности уметь сражаться, найти для себя идеальное оружие и научиться мастерски владеть им. К любым слабым существам у орочьего народа однозначное отношение – неприязнь. Честного боя те не признавали, скрывая свою недоразвитость за хитростью, изворотливостью и ложью. Более того, их страх затмевал им разум, и часто они, обезумевшие, бросались на орков, когда те могли просто пройти мимо. Всё вместе это вызывало у них уже не неприязнь - ненависть. Ненависть к недостойнейшим. Настолько музыка расслабила что-то в душе орка, что мужчина даже прикрыл глаза, но слух его обострился многократно, так что если мелодия прекратиться или начнёт перемещаться, он тут же очнётся. Но через время дремота уже надоела и орк открыл глаза, чтобы ещё раз осмотреть человечка и уходить, но каково же было его удивление, когда оказалось, что мальчик повернулся к нему лицом, и улыбался! Орк был довольно далеко от мальчишки, лишь острое зрение позволяло ему видеть эмоции на детском лице. Но сам ребенок не мог его видеть! Однако это было так. «А он не промах, как он обнаружил меня?» - удивился разведчик, который не ожидал того, что его маскировку раскроет детеныш человека! Не всякий тренированный боец может его раскусить. Тут же мелодия завершилась гармоничным финалом и ребёнок не громко, но звонко обратился к зрителю. -Выходите. Давайте дружить? – приветливо помахав рукой, позвал мальчик, вызвав еще большее недоумение. Но прятаться, когда тебя уже обнаружили - удел труса, и орк вышел из укрытия, выпрямляясь во весь рост трёх метров, попутно разминая плечи и спину. Разведка требует чудовищных усилий, и потом всё тело ноет от боли из-за неестественного положения. От мальчишки не веяло страхом, скорее удивлением. Он с любопытством осматривал незнакомца, что не могло не прийтись по душе орку. Тех, кто боится, он презирает, их страх вызывает желание атаковать, растерзать добычу. Это чувство пришло к ним из глубокой древности, составляло основы их расы, поэтому подобный позыв тяжело было контролировать. -Меня зовут Арун, - представился мальчик, указывая ладонью на себя. Поскольку орк так и не сказал и слова, ребёнок естественно считал, что тот не знает его диалекта, поэтому подкреплял жестами все слова. Однако разведчик в любом случае знает даже несколько человеческих диалектов, это насущая необходимость на новых местах. К тому же их племя было сильным, а вождь достойный. Лучшие орки разбирали человеческие письмена, и те странные рисунки местности, необходимые человечкам из-за слабой памяти. Для орка же недостойно не знать тех мест, где живешь. Даже в слабых племенах был минимум один разведчик владеющий этими знаниями. А сколько таких в Орде и сосчитать невозможно. -Азуг, - представился в ответ орк, повторяя жест за мальчиком. -Знаешь, как я тебя нашёл? – с хитрой детской улыбочкой промолвил паренёк. Как и все дети он горел желанием поделиться своими талантами. Потому орк и не задавал вопросов, зная что детеныш сам все расскажет. Он лишь показал свою готовность слушать - уселся на землю, сложив ноги под себя, и теперь малыш своей макушкой был ему на уровне груди. -Тебя увидела Пи-пи, это мой ручной воробушек, он всегда улетает, если кого-то пугается. Я обернулся и увидел, как странно колыхаются листья куста, я тут часто бываю, и заметил что даже в сильный ветер ветви там совсем слабо качаются! - говоря о птице, мальчик указал на деревце неподалёку, где и сидел встревоженный самец воробья. Сам же детеныш был неимоверно горд своей сообразительностью. Азуг с одобрительной улыбкой оценил зачатки охотничьих навыков мальчика, ведь тот пользовался услугой более зорких существ, как сами орки полагаются на чутьё волков. Хотя орочья раса не обделена острым обонянием, но есть такие оттенки запахов, которые могут уловить только четверогоногие напарники. Мужчина ничуть не расстроился из-за того, что его раскрыли, в конце концов, детёныш не опасен, но это ему урок, быть более бдительным на будущее. -Если будешь охотиться, не трогай пожалуйста наш скот, на молоке и шерсти мы живём, иначе нам нечем будет платить дань королевству, - с серьёзным лицом попросил мальчик, и явно надеялся, что орк его понимает. Азуг сделал вид, что ничего не понял, склонив голову на бок, и продолжил осматривать ребёнка. Разочаровано вздохнув, мальчик положил флейту в кобуру и взял корзинку с лесными дарами, примостив там же ягоды, а затем прытко слез с бревна, и уже хотел было сказать пару слов на прощание, чтобы уйти, как вдруг… Странный шум, который Азуг определил как «погоня» и средь звуков был рёв вепря. В одно мгновение орк встал и принял боевую стойку, доставая из-за спины одноручный зазубренный топор, готовясь встретить врага. Из-за кустов выскочил зверь с огромными бивнями и судя по взгляду тот был в безумной ярости, а ещё ранен, в общем, готов с боем прорываться на свободу. Следом за ним бежал огромный пёс и лаем подавал сигнал…человеку! Азуг издал свой боевой клич-рык и стремительно набросился на копытное, загораживая путь зверюге, а затем после небольшого танца с уворотами от ударов бивнями, завершил чужую охоту одним движением в район шеи и вепрь с диким визгом пал замертво. Тут же из лесу выбежал человек, окликая собаку. Но, завидев орка, воскликнул «Великий Свет!», будто это могло ему чем-то помочь и направил свой арбалет на грудь зеленокожего монстра. Азуг уже встречался с этим видом оружия, и быстро пригнулся, пропуская болт над собой и бросая свое тело в мощном прыжке в сторону противника. Отбросив бесполезное оружие человек перекатом ушел в другую сторону. Его пес, мертвой хваткой вцепившийся в ногу орка, подарил своему хозяину несколько драгоценных секунд, позволяя ему сосредоточится на предстоящей битве. Отбросив кусачую мелочь, которая никак не могла сравниться с волками племени, а потому и обращать на неё внимания не стоило, орк с рёвом гнева и боли продолжил атаковать. Он не спешил настолько верткие противники были редкостью, но он знал, что для человека это слишком изматывающе, а потому поджидал момент, когда же охотник устанет совершать кульбиты или его постигнет неудача. К тому же он еще и следил за ребенком, который, как и всякий недоросль, пытался влезть в чужие разборки. Охотник же уже давно забыл о ребенке, еще в самом начале велев ему бежать и звать на помощь. Однако за всем этим орк упустил момент когда охотник оказался у своего оружия, молниеносным движением взводя арбалет. Арун, выбрал как раз этот момент чтобы вклиниться между застывшими на мгновение соперниками, став непозволительно близко к охотнику. Тот, от неожиданности пустил болт гораздо выше, чем хотел и с ужасом понял что сейчас топор орка оборвет жизнь не одного человека, а двух. Однако Азуг неимоверным усилием остановил смертоносный удар, и, тяжело дыша-рыча, вновь замахнулся, но направил его на пса, что так яростно кусал и рвал щиколотку, отсекая нижнюю часть тела, а затем помог себе рукой вырвать голову вцепившейся будто паразит, псины. Не обращая внимания на то, что оставил себе глубокой открытой раны… Покончив с псом, он мощным ударом здоровой ноги раскрошил арбалет, а после, вновь посмотрев на горе охотничка, издал ещё один рык, в котором эмоции были за место тысячи слов. Раздражённо фыркая, Азуг убрал оружие и присел наземь, чтобы с удобной позиции вытащить болт, застрявшую чуть ниже плеча. Боль была ужасной, но ему не впервые терпеть, хотя без стенаний не обошлось, ведь наконечник болта оказался смазан ядом, но судя по ощущениям, не смертельным. Будь это так, он бы намного быстрее выдохся, а сейчас всего лишь горит изнутри от жара призванного бороться с внутренним противником. Возможно, яд предназначался вепрю, чтобы ослабить зверя и не отравить мясо какой-то не перевариваемой гадостью. В любом случае всё закончилось без лишних смертей, погибли только звери и то не жалко. Рана маленькая, но глубокая, благо у Азуга был небольшой набор повязок на такой случай, поэтому орк перевязал сначала ногу, а затем усердно пытался сделать тоже самое с плечом, однако руки уже не слушались и получалось из ряда вон плохо… Охотник бранил ребёнка, но не пытался что-то сделать, осознав, что орк не опасен, если не нападать первым, однако даже он раскрыл рот от удивления, когда Арун молча подошёл к зеленокожему монстру, чтобы помочь. Встав на носочки, Арун поддержал одну часть повязки, чтобы мужчине было удобно завершить перевязку. Азуг ещё был напряжён, поэтому раздражённо фыркнул на автомате, но ничего плохого не сделал, так как быстро осознал, что малыш не враг и не причинит зла . И вновь мальчик оставался спокойным, полностью сосредоточенным на своём желании помочь. Маневрируя пальцами, орк смог завершить перевязку, но оставалось затянуть потуже. Потянув свою часть, Азуг посмотрел прямо в глаза Аруну и малыш всё понял, натягивая свою… Вместе они закончили последний штрих…почти. -Сильнее, - вымолвил на их диалекте одно слово и тем самым раскрыл тот факт, что он как минимум не тупой. Арун кивнул и напряг свои крошечные мышцы, хотя эффекта от детских потуг было мало, но Азугу хватило и этого. По окончанию этих действий, орк встал и направился к туше вепря, где с помощью топора отделил одну заднюю ногу от тела, водрузив остальное себе на плечо, положил отсечённый кусок возле Аруна, а затем направил стопы в лес, домой... Хотя ему свойственна жадность, но Азугу захотелось поблагодарить мальчика за небывалую отвагу и доброту. Ребёнок приятно играл на музыкальной палочке, и храбро общался с ним и даже сумел остановить ненужное кровопролитие, ну и под конец помог с перевязкой ран… Тут надо было бы две ноги отдавать, но жадность взяла своё…кроме того мужчина не сомневался, что охотник поступит бесчестно и отнимет добычу, которую убил и разделил Азуг. Поэтому у орка в планах было поймать ещё и принести уже под дверь дома Аруна, когда он снова выйдет на разведку, и на этот раз его целью будет найти все людские поселения, а также узнать их обустройство, охрану и многое другое… Дел невпроворот, а вепрь будет не плохой закуской, всё равно большую часть сожрёт одна старая мохнатая скотина. Ещё отцу служил этот волк, поэтому в дань уважения, Азуг отдаёт большую часть самой сочной пищи беззубому старику.