От ненависти до любви - шаг...

Однажды, в далёком царстве, в тридесятом государстве… жила-была одинокая королева. В начале сей неправильной сказки стоит упомянуть тот факт, что король пал смертью храбрых, сражаясь за мир и покой своего государства. Была эта великая битва немногим раньше десятка лет тому назад, и с тех пор, королевство не знало войн и бед. Королева долго горевала о смерти любимого мужа, но быстро оправилась, так как жить она должна была ради маленького солнца этого королевства, дочери своей Амелии. Дочь росла прекрасной и разумной для лет своих. Как во внешности, так и во внутренних качествах её заметен был контраст, сочетание несочетаемого: длинные тёмные волосы – бледная кожа и голубые глаза, хрупкое тельце – ловкость и быстрота; кротость юной принцессы уживалась с гордостью, девочка была рассудительна, а потому очень строга, но при этом крайне добра и милосердна. Но самое примечательное качество Амелии – её непомерная храбрость, иной раз даже граничащая с безрассудством. Принцесса была словно соткана из противоречий, но кто сказал, что это плохо? Так как королевство славилось своей безопасностью и спокойствием, девочка часто выходила в одиночку из дворца, погулять и посмотреть на своих подданных. Принцесса радовала всех и вся, словно яркое солнышко, к ней тянулся каждый, и добрая девочка никого не оставляла без внимания. Нежная белоснежная ручонка, бывало, ободряюще коснётся грубой, шершавой ладони крестьянина. Бывало, группа чумазых ребятишек, резвящихся в тамошнем парке, получала из рук принцессы вкусных конфет. Бывало, Амелия болтала с крестьянками, которые, в свою очередь, шили для милой девочки тряпичные куклы, да угощали её вкусными пирожками. В такой идиллии и росла юная принцесса, не зная горести, забот и ненависти. Конечно же, в таком идеальном королевстве должен быть свой подвох, решите вы, и будете, конечно же, правы. В этом же королевстве рос мальчуган немногим младше Амелии по имени Рио. Его отец, влюбившись в женщину, которая (увы, встречаются и такие!), терпеть не могла детей, отдал своего ребёнка в Академию Магов ради того, чтобы быть с любимой, и с тех пор с сыном не виделся. От такого потрясения мальчик не оправился. Стал замкнутым, холодным и всеми фибрами своей души возненавидел любовь, отнявшую у него отца. Сердце Рио зачерствело, и он решил во что бы то ни стало искоренить любовь. Каким образом – он пока и сам не знал, но надеялся, что в этом ему поможет тёмная магия. Конечно же, в таком светлом королевстве тёмной магии не знали, но древние фолианты злого искусства всё же нашлись в одной из библиотек. Что стоило их оттуда выкрасть, и утащить в отведённую для юного злодея комнату Академии? Этим мальчик и решил заняться после того, как познает основы магии. Тем более в комнате он жил один, так как, по неким загадочным причинам, те мальчишки, которых пытались поселить в одну комнату с Рио, через день-два просто умоляли ректора определить им другое место жительства. О причинах они молчали, как партизаны. Некоторые даже стали заикаться после сожительства с Рио. Впрочем, дефекты речи – не единственное, к чему могли привести любые, хотя бы косвенные, контакты с этой персоной. А ведь он был самым юным учеником этой академии… Закрытый ото всех, развитый не по годам, он не знал ничего, кроме учёбы. Ведь именно учёба могла позволить ему достичь цели: избавить мир от этой никчёмной, нелепой любви. Освоив, наконец, магические основы, что, возможно, помогут ему в ознакомлении с тёмной магией, Рио, не мешкая, в свои восемь лет решил выкрасть те самые фолианты и свитки, которые он всё это время вожделел. По обыкновению своему, одетый во всё тёмное, стараясь не глядеть на людей, вперившись взглядом в вымощенную камнем землю, юный маг быстрым шагом пересекал улицы города, направляясь к заветной библиотеке. Давно не стриженные каштановые волосы совсем закрывали лицо, когда маг склонял голову. И, хотя он старался выглядеть как можно неприметней, мальчик обращал на себя внимание. Уже знакомая нам двенадцатилетняя принцесса пребывала в это время в той самой библиотеке. Охочая до книг, она любила проводить много времени за чтением. В особенности ей нравились романы. Амелия и сама очень хотела влюбиться. Перечитав очередной роман, она задумчиво смотрела в окно, воспроизводя в своём воображении снова и снова эпизоды этой чудесной, по её мнению, книжицы. Вокруг тишина. Библиотеки пусты: грамотного населения мало, а грамотеи, обычно, ленивы до того, чтобы заставить себя прийти в библиотеку и взять какую-нибудь книгу. Отчётливо прошелестевший в этой тишине плащ сразу же выдал осторожно вошедшего юношу. Голубые глаза встретились с карими. У принцессы что-то словно оборвалось внутри, по спине и шее пробежал неприятный холодок от этого ледяного взгляда, полного презрения и отвращения ко всему прекрасному. Амелия попыталась улыбнуться: - Здравствуй, милый мальчик! - Я тебе не милый мальчик, и вообще, ты меня не видела, - сухо бросил ей Рио, и молнией устремился туда, где ждали его источники тёмного искусства, напоследок не забыв снова одарить противную ему девицу ядовитым взглядом. Бедная девочка за этот краткий миг раскрыла всю палитру чувств, неведомую её доселе: страх, огорчение и даже гнев настигли её. Гордость заставила последовать за наглецом, и выдать сиё возмущение. Как же так можно, - недоумевала принцесса. Она непременно наставит сбившегося мальчика на путь праведный. Юный маг тем временем достиг того отдела, где томились вожделённые рукописи. Он злился на самого себя: заметившая Рио девчонка наверняка его выдаст! Но от своего он отказываться не собирался и, расправив тканый мешок, который до этого держал в руке, мальчик поспешно стал складывать в него необходимое. Когда всё было готово, он затянул мешок и, взвалив его на плечо, стал соображать, как бы снова обхитрить библиотекарей и незаметно выскользнуть из здания. Тут мальчик услышал быстро приближающийся стук башмачков. Амелия, обыскавшая множество коридоров лабиринта библиотеки, наконец, нашла, кого искала. Она остановилась прямо перед ним, раскрасневшаяся и тяжело дышащая из-за бега. Откинув небрежным жестом растрепавшиеся волосы, девочка ткнула пальцем в мальчишку и возмущённо проговорила: - Ты… ты знаешь, кто я такая? К кому ты так пренебрежительно отнёсся? Выдержав паузу, в течение которой Амелия сверла взглядом невозмутимого юношу, она продолжила, вдруг тепло улыбнувшись: - Я – твоя принцесса! - Да хоть сам властелин мира, - процедил Рио, отмахнувшись от неё, как от назойливой мухи, и направился к выходу из отдела. - Стой! – снова нахмурилась девочка. Но её оклик не подействовал: мальчик, словно не слыша её, продолжал идти. Тогда принцесса сорвалась с места и, опередив наглеца, загородила собою выход. - Стой, когда тебе приказывают! Мальчик остановился, но, разумеется, не от того, что было приказано, а от того, что прикидывал, как бы отделаться от навязчивой особы. А девочка словно расцвела: - Знаешь, мне хочется помогать своему народу! Я люблю своих подданных, и очень хочу помочь тебе! Ведь ты зол из-за несчастья, что настигло тебя, правда? Рио, несмотря на свою болезненную бледность, побледнел ещё больше, услышав слово «люблю». Недобро усмехнувшись, он прошипел: - Я ненавижу тебя… И когда-нибудь убью в тебе любовь. Амелия замерла. Ошеломленная, скованная невидимой цепью, долго стояла так, не двигаясь. Рио спокойно обошёл её и стрелой вылетел из отдела. Он спешил. А принцесса медленно села прямо на пол и тихонько заплакала.