Letum non omnia finit

      — Ненавижу волейбол, — недовольно бурчал Тсунаёши, натягивая спортивный костюм.        «Поверь мне, отото, я ненавижу его в разы больше», — вздохнула я.       «Оне-сан, а ты-то почему его не любишь?» — удивился Тсуна.       «В моей прошлой жизни мне везло попадать на самых чудовищных преподавателей по физической культуре. В школе была злобная мымра, которая заставляла играть в волейбол команду девочек против команды мальчиков. Битва полов была трижды в неделю. Два года средней школы я еще пыталась играть, но после пары вывихов и перелома запястья я забила. В лицее физкультура была раздельной, и, пока мальчики тупо играли в бильярд, девочки учились маршировать и стрелять. А в университете был монстр, который проводил с нами что-то типа тренировок в стиле Спарты. Ну, или в духе Реборна», — я захихикала.       «Теперь понятно, почему методы Реборна тебя не удивляют», — Тсу ещё больше нахмурился. Добить его что ли новостью, что я помогать не буду в этом волейбольном матче? Да не, ещё больше расстроится и разговаривать со мной перестанет. И будет мне ску-у-учно… Но Реборн ясно дал мне понять, что Тсунаёши должен научиться самостоятельно справляться с проблемами, поэтому моё вмешательство в академическую жизнь отото было сведено к минимуму. Приходилось быть морально-волевой дубинкой, от чего Тсу был не в восторге.       И теперь Тсуна в очередной раз психовал, выслушивая оскорбления от участников соревнования. Ответные колкости Тсунаёши цели не достигали. Хаято, который с легкостью мог пресечь подобный беспредел в отношении его обожаемого Джудайме, быстро просек про соревнования и оперативно свинтил «пополнять запасы динамита». А в одиночку братишка не может дать отпор. Подчеркиваю — пока не может.       Неожиданно, конфликт разрулил Ямамото Такеши — очередной идол школы. Обаяшка, звезда бейсбольного клуба, кумир Тсунаёши.       Слишком, слишком много подающих надежды, но уже эффектных личностей обитает вокруг моего отото. Нет, не так. Они стали ближе к Тсуне после появления в его жизни Реборна. Так что я догадываюсь, кто приложил свою маленькую лапку к основным событиям в жизни Тсунаёши. И кто, скрываясь в тени, руководит всеми процессами становления нового босса.       Резкая боль на секунду ослепила меня, отвлекая от невеселых мыслей. Я сразу оттеснила Тсуну от управления телом и оглядела левую голень, от которой по всему телу расходились волны боли. Так и есть. Перелом. Быстро сориентировавшийся Такеши уже начал оказывать первую помощь, фиксируя ногу при помощи своей спортивной куртки.       Подоспели врачи, оперативно погрузившие Тсу на носилки. Я же, с помощью небольшого усилия, отключила тело Тсунаёши, возвращаясь в подсознание. Предстоит много работы.       Для начала следует успокоить Тсуну, пообещав, что активных тренировок пока не будет. У Реборна, конечно, не все дома, но даже он не настолько сумасшедший, чтобы вредить наследнику.       Спустя полчаса очнувшийся Тсуна весело болтал с Ямамото. Бейсболист заработал небольшой вывих, практически в тот же миг, когда Тсуна заработал перелом. Такеши пытался подстраховать отото, но неудачно. Хотя, в отличие от моего братишки, правильно падать Ямамото умел. Теперь ему предстояло три дня проваляться в больнице, пока врачи не удостоверятся, что всё в порядке.       — Джудайме, вы в порядке?!       Оооо, это надо видеть! Гокудера Хаято вломился в палату, за ним бежали две медсестры, пытаясь его остановить.       — Больным нужен покой! — кричали женщины, создавая шума в разы больше, чем Хаято. — Навещать могут только родственники!       — А он и есть родственник, — серьезно сказала я, воспользовавшись тем, что Тсуна, пребывая в ступоре, был неспособен что-либо сказать. — Он троюродный племянник двоюродной сестры моей бабушки по папиной линии.       Оценивший шутку Ямамото загоготал. Хаято ощутимо смутился, а медсестры растерялись. Пока женщины не пришли в себя, я потребовала ещё одну подушку, а когда сотрудницы медучреждения удалились, начала спрашивать у подрывника, принёс ли он восемь персиков. Почему именно персики и именно восемь, история умалчивает. В итоге Хаято уже было собрался бежать за персиками, но был великодушно прощен. Правда, для этого пришлось взять взятку в виде яблок.       — Вижу, тебе уже лучше, Никчёмный Тсуна, — Реборн неожиданно появился на подоконнике в костюме бонсая. Честное слово, если бы не использование жёлтого пламени, я была бы уверена, что этот мелкий киллер — иллюзионист. Ладно, делаем морду кирпичом, и пусть все думают, что это норма.       — Мне будет ещё лучше, если мне принесут одну красную папку… — начала я.       — Эту, что ли? — усмехнулся Реборн, водружая на подоконник толстенную папку. Он её за окном что ли прятал? А если бы дождь пошел?!       — Благодарю, — мрачно заметила я, отбирая своё имущество у мини-киллера. Затем нужно вытряхнуть из закреплённого на обложке мешочка, небольшой серебряный маятник. Реборн, Гокудера и Ямамото наблюдали за моими манипуляциями с нескрываемым любопытством. Оставалось только фыркнуть и, закатив глаза, спихнуть управление телом на Тсуну. Ненавижу, когда наблюдают за моей работой.       Пока Тсунаёши отдувается за «своё» странное поведение, я начала диагностику.       Сначала нужно устранить пространственное рассогласование энергетического двойника. А то не хотелось бы, чтобы органы Тсунаёши были смещены на энергетическом уровне. Вправлять их дело не быстрое, но легкое.       А вот докопаться до первопричины травмы было тяжелее. Обычно, когда убираешь негативные вибрации, их поток со временем иссякает. Но в случае с Тсуной это не срабатывает. Каждый день приходится убирать то очаги загрязнения, то вредоносные программы, то негативное влияние луны, то пинками отправлять в астрал чужие души и прочие сущности, которые решали подкрепиться энергией Тсунаёши.       Реборн подкинул немало пищи для размышлений, но благодаря ему я смогла вывести одну интересную теорию, смысл которой можно свести к тому, что все негативные воздействия на связанные между собой атрибуты отражаются сразу на всех.       Пока Тсуна установил такую связь только с Хаято. И слава богу.       Из-за взрывного характера подрывника ему прилетает очень много негатива, цепляя Тсунаёши ещё на подлете. Приходилось не слишком цензурно пояснять Урагану, в чём он не прав и что с ним будет, если я узнаю, что тот опять ввязался в неприятности. Хаято проникся и, вроде как, начал обуздывать свой характер.       В итоге Гокудера теперь постоянно заседает у нас дома, помогая отото с учёбой и разговаривая со мной на различные темы. А ещё он превосходно играет на синтезаторе, который подрывник прихватил с собой из Италии. Как человек, к музыке неравнодушный, я в восторге.       И кстати о связи…       «Тсунаёши, — позвала я, — Спроси у Ямамото, не ругался ли он с кем-нибудь перед матчем».       Тсуна, конечно, ничего не понял, но моей просьбе последовал. Такеши удивился нашей осведомлённости, но в подробности не вдавался, а Реборн списал всё на хваленую интуицию Вонголы. Тсу на это всё рассмеялся самым некультурным образом. Чувствую, что у братишки сформировалось для меня прозвище. Нужно тоже придумать что-нибудь, чтобы было чем отвечать.

***

      Я сидела в тени большой сосны на окраине Намимори. Реборн дал задание создать тропический лес, что было вдвойне сложно, учитывая, что я никогда не была в тропиках. Когда я это заявила, киллер прочитал мне длинную лекцию о том, что для иллюзиониста нет ничего невозможного. Затем он дал мне стопку книг про джунгли и велел заткнуться и выполнять задание.       С недавних пор я могу принимать свой облик на несколько часов. Реборн этому обрадовался и начал гонять меня ещё сильнее. Левая нога была всё ещё скрыта под гипсом, костыли лежали немного в стороне. Поскольку физических тренировок пока не предвиделось, киллер тренировал нашу память.       — Эээ… Савада Рина? — меня отвлёк знакомый голос. Я подняла голову и увидела стоящего передо мной Такеши.       — Ты друг Тсуны, Ямамото Такеши, верно? — улыбнулась я. Реборн с Тсуной придумали байку, что я якобы двоюродная сестра Тсуны, живущая в Кокуе. Конечно, объяснение так себе, но все верили.       — Да, это я, — кивнул Такеши. — Можно с тобой поговорить?       — Ну… конечно, — немного удивлённо протянула я. Тсуна, в подсознании учивший английский, настороженно поднял голову.       — Дело в том, что Гокудера рассказывал, что ты можешь выслушать и дать совет… — Бейсболист взъерошил свои волосы.       — Хаято – трепло, — беззлобно вздохнула я. Интересно, когда подрывник успел переговорить с нашим юным идолом? Как много проходит мимо нас…       — Дело в том, — начал Ямамото, — Что в последнее время, несмотря на все старания, я стал хуже играть в бейсбол. Еще немного и я больше не буду ведущим игроком в команде. Что мне делать?       Я внимательно посмотрела на него. Парень беззлобный, спокойный. Умеет разрешать любые конфликты. Будет очень неплохо, если в окружении Тсуны будет подобный человек.       — Такеши… Не против, что я называю тебя по имени? — мой собеседник кивнул. — У тебя есть выбор: либо ты бросаешь всё как есть и пытаешься найти себя в другом деле, либо ты начинаешь тренироваться на износ. Но вопрос в другом: а ты уверен, что бейсбол – это то, чем ты хочешь заниматься всю жизнь? Не зацикливайся на чём-то одном. К тому же, чтобы играть хорошо, не обязательно быть лучшим игроком. Но это твоя жизнь и решать тебе.       — А если самому всё решать тяжело? — хмыкнул Ямамото.       — А для того, чтобы не было тяжело, нужны друзья. Просто поговори с теми людьми, которым ты доверяешь. Вот и всё, — я улыбнулась, поднимая костыли и вставая. Моё время почти истекло. — До встречи, Такеши. Надеюсь, ты найдешь себя.       Я отвернулась и, не спеша, заковыляла в сторону дома. Спину жег задумчивый взгляд бейсболиста. А подсознание затапливал вопросами Тсунаёши.       «Оне-сан, что это было?» — в очередной раз спросил отото.       «Твой друг пришёл за советом, он его получил. Что тебя не устраивает?» — хмыкнула я, передавая тело Тсуне. Реборну потом отчитаюсь. Хотя, учитывая, что у него по всему городу есть мини-базы, киллер, наверное, уже в курсе.       «Я удивлен, что ты не послала его куда подальше», — признался Тсунаёши.       «Отото, не забывай, что мне доступны твои эмоции и ощущения, — я только вздохнула, — То, как ты на подсознательном уровне, воспринимаешь этого парня, похоже на вашу связь с Хаято».       «Ты намекаешь…» — начал Тсу, но я его перебила.       «Я не намекаю, я прямым текстом говорю, что ты нашёл ещё одного хранителя. Причём Дождь. Твоя мафиозная семья становится всё больше», — я захихикала. Тсуна устало вздохнул и поплелся домой.       Правда, дошли мы далеко не сразу. В квартале от дома нам встретился…