Танго втроем

Пожалуйста, убедитесь, что приступив к этой главе, вы прочитали Финал. Эпилог. Клаус сделал глоток бурбона, и устало протер глаза. Он сидел в какой-то забегаловке Буэнос-Айреса и пытался не уснуть. Прошло два года, а он так и не мог нормально спать. Он задумался над тем, спит ли Стефан. Они не общались с похорон. Просто не могли. Это было физически больно, находиться рядом друг с другом. Это как троекратно испытывать боль от того, что они могли иметь, но потеряли. Он знал, что увидит сегодня Стефана. Как и он сам, друг прилетит сегодня на свадьбу Кэтрин и Элайджи. Одному богу известно, почему эти чокнутые решили, жениться в столице Аргентины. Эти два года он их тоже старался избегать. Он изредка встречался с Катериной. Она появлялась без предупреждения на пороге его дома, давала молча конверт и уходила. В конверте всегда лежала фотография, файл личного дела и дата. Он не задавал вопросов. Он знал, что она делает, и был готов взять на себя каждый бит этого дела. У него был свой список. Он висел на стене над кроватью. Иногда он вычеркивал из него фамилии, потому что делал это сам. Иногда потому, что узнавал о смерти человека из СМИ. Никаких сомнений, что случилось с этими людьми, не возникало. Потрошитель вошел в свою самую темную стадию, и Клаус порой боялся, что для его друга пути назад не будет. Они все изменились с того трагичного вечера. Элайджа окунулся в политику с таким остервенением, что для всей страны было очевидно, кто выиграет грядущие через два года президентские выборы. Кол уволился из семейной службы безопасности, и исчез в неизвестном направлении. Похоже, парень не смог справиться с виной, которую возложил на себя сам. Что-то видимо сломалось внутри него в тот вечер, ибо к моменту, когда все собрались у горящей лаборатории, он побрился на лысо. Майклсоны какое-то время надеялись, что Стефан найдет, и вернет его. Но Стефана надо было возвращать самого. И с этим не справился даже Деймон. Чудом выживший Деймон. Этого не понял никто. Он просто не заразился. Его продержали два месяца в карантине, но никаких признаков меланомы или другой формы рака у него обнаружено не было. Он только усмехался, и говорил, что является любимчиком богини Фортуны. Он ушел из Интерпола, как и Стефан, и перенял у матери бразды правления финансовой империей Сальваторе. За первые же шесть месяцев он вывел все активы семьи из компаний, принадлежащих корпорации Драгнав. После трагической смерти госсекретаря США и, по совместительству, их отца Майкла Майклсона при падении лифта в Тайбее, Фрейя и Фин так же вывели все капиталы семьи из Драгнав, заметив, что последнее время компанию то и дело преследуют неудачи. Словно злой рок навис над каждым, кто тем или иным образом причастен к управлению компании. Впрочем, на сегодняшний день когда-то великая и могучая корпорация, внушавшая ужас и трепет всему миру, просто перестала существовать. Перед вылетом сюда, Клаус снял лист со стены. В нем больше не осталось фамилий. Он знал, что это не совпадение. Кэтрин никогда не позволила бы себе выйти замуж до того, как хоть один из этого списка оставался жив. Острый нос Клауса уловил знакомый аромат, и он медленно повернул голову. Бросив мобильный на стойку бара, на стул уселся не кто иной, как Стефан Сальваторе. Клаус мельком осмотрел друга. Да, Стефан тоже много не спал. Его изможденный вид, усугублялся проступающим через рубашку пятном крови чуть выше сердца. Он устало подпер голову рукой, и Клаус сжалился над ним. Он послал по стойке стакан с любимым бурбоном Стефана и, горько улыбнувшись, посмотрел в глаза вскинувшего голову Потрошителя. - Добро пожаловать, в Буэнос-Айрес, старый друг. - Клаус, - с еле заметной улыбкой кивнул Стефан. - Не думал, что ты приедешь, - покачал головой Клаус. - Я должен был ей это. Ты же знаешь. Кэролайн не простила бы нас, если бы мы не пришли на свадьбу Кэт. - Ты прав, она не простила бы. Ты видел Кола? – с робкой надеждой поинтересовался Клаус. - Только однажды, - нахмурился Стефан. – Я нежданно нагрянул к Деймону. Они что-то обсуждали. Какое-то дело. Я в тот вечер был под дурью. Так что не сильно понял, что к чему. Когда проснулся утром, подумал, что мне вообще привиделось. Спустился к охране, проверил записи камер наблюдения. Действительно приходил. - Давно это было? – Клаус пытался понять, что могло связывать Деймона и Кола и ничего дельного в голову не приходило. - Два месяца назад. Я спросил Деймона, он отмахнулся, сказав, что Кол по его просьбе привез ему какую-то редкую монету, из дебрей Африки. Подобной оскорбительной лжи я не слышал от своего брата лет с пяти, поэтому не стал в это лезть дальше. – Стефан взглянул на часы. – Мы должны двигаться, иначе опоздаем на репетицию свадьбы. Я-то просто гость, а ты все-таки шафер. Кэтрин расстроится, если ты опоздаешь. Они поймали такси и, не сговариваясь, сели сзади. Клаус на ходу стал делать перевязку другу, попутно матерясь, что такие раны требуют швов, а не марлевых повязок. - Ты выглядишь лучше, чем я ожидал, - нехотя, признался Клаус, - у тебя кто-нибудь есть? – он задал вопрос, не смея посмотреть в глаза друга. - За два года я не прикоснулся ни к одному человеку, который бы потом остался в живых. Самый близкий контакт у меня был с Кэтрин. Однажды, передавая мне конверт, она случайно коснулась моей руки. Я пил после этого месяц. Я не выношу прикосновение к человеческой плоти. Нет второй Кэролайн. Я никогда не соглашусь на меньшее. Ты? - Ты первый, к кому я дотронулся за два года. Я не смог обнять Ребекку на похоронах отца. - Ты думал о том, чтобы…. – Стефан поморщился от боли, когда Клаус затянул узел на бинте. – Чтобы прекратить все это. - Конечно. Но я никогда не смог бы разочаровать ее таким образом. - Да. Она даже не оставила нам этого выхода, - с трудом признал Стефан. Они подъехали к поместью, которое сняли Элайджа и Кэтрин для свадьбы. Похоже, это было крепостью какого-то наркобарона. По крайней мере, бойницы в высоких каменных стенах были не пустые, а щетинились дулами оружия разного калибра. Стефан и Клаус настороженно переглянулись. На въезде их проверила весьма хорошо подготовленная, серьезная охрана. Оба друга изумленно оценили высокий профессионализм, когда за пять минут, из них вытряхнули все имеющееся оружие, вплоть до третьей струны гитары, вшитой в подошву ботинка Клауса. - Ребята, вы здесь постоянно работаете, или приехали на свадьбу? – поинтересовался Клаус. - Мы не покидали стены этого поместья ни разу за последние два года, сэр, - откликнулся один из самых молодых охранников. - У тебя слишком длинный язык, Энрике, – недовольное ворчание Кола заставило Клауса и Стефана замереть. - Наконец-то вы прибыли. Не ожидал увидеть вас вместе. Кол беспардонно подошел и сгреб в охапку Клауса, а затем отшатнувшегося в сторону Стефана. - Ваши вещи уже прибыли, но комната еще не готова. Думаю, пока есть время до начала подготовки, вы можете перекусить в беседке у озера, чтобы не путаться под ногами. Вот по этой дорожке до конца. Кол исчез так же быстро, как и появился. Стефан и Клаус были рады избавиться от него. Нежелательные объятья и чрезмерная жизнерадостность вызывали у них чувство дискомфорта. Оба понимали, что приехали на свадьбу, и, скорее всего, в ближайшие двое суток им все-таки придется улыбаться, но они были еще не готовы. Не сговариваясь, оба отправились по направлению к беседке, в надежде на уединение. К удивлению обоих беседка была занята. На круглом столе были разложены тетради, бумаги, компьютер. Обозрев содержимое стола, они заметили легкое шевеление под ним. Их сердца остановились. Клаус пытался открыть рот и что-то сказать, но его голосовые связки свело от шока. Стефан даже не пытался сдерживать слезы, которые бесконтрольно текли по его лицу. Они не могли оторвать взор от самого прекрасного зрелища в их жизни. Под столом между ножек с карандашом за ухом сидела по-турецки, и что-то нервно строчила в тетради Кэролайн Форбс. Клаус попытался прокашляться, но получилось только хриплое сипение. Кэролайн резко дернулась, и ударилась головой об стол. Потерев больное место, она растеряно произнесла «Ой». Два года назад. Сглотнув комок, она покачала головой, и еле слышно прошептала, - прости Кол, скажи им, что мое последнее желание было, чтобы они были счастливы, и жили дальше. Окончательно отказавшись от борьбы, Кэролайн потеряла последнюю волю к жизни, и упала в обморок. - Не в мою смену, - зло проворчал Кол и, надев на голову пиджак, бросился, сквозь уже поглотивший дверь огонь. Он добрался до Кэролайн в считанные секунды, завернул ее золотую голову в свой пиджак, подхватил ее на руки, и вынес из огня. В процессе у него опалило почти все волосы на голове, и он был вынужден тут же сбрить остатки, чтобы не объясняться. Когда через несколько минут Кэролайн пришла в себя она истерично начала кричать на него и требовать, чтобы он вернул ее обратно. Потребовалось некоторое время, чтобы Кол понял, чем вызвано столь неадекватное поведение. В тот вечер, он поклялся ей, что не допустит гибели ни одного человека из того списка, который она ему предоставит. Конечно, он не справился бы один. И первым, кого пришлось к этому делу приобщить, был Том, который обеспечил труп неопознанной девушки, которая была тут же одета во все, что было на Кэролайн и брошена в полыхающую огнем лабораторию. Они чудом успели сделать это до приезда пожарных. Том же потом производил опознание останков, подделав анализы ДНК. Мейсон был прав, люди Драгнав прибыли на место спустя минут сорок. Они вели это дело с упорством землероек, и бульдожьей хваткой, стараясь раскопать хоть что-нибудь. По возвращению из Европы к этому пришлось подключить Кэтрин. Потому что подчистить документы, дабы даже специалисты Драгнав не распознали чье это тело, без нее не удалось бы. К тому же, только с ее помощью Кол смог собрать информацию о всех, кто был тем или иным образом причастен к этой операции. Кэтрин сказала, что она не позволит Кэролайн вернуться с того света, пока жив хоть один мерзавец, возглавлявший эту чертову корпорацию. Мисс Пирс с радостью скармливала Стефану и Клаусу тех, кто был виновен в истории, перевернувшей их жизнь. Но Колу этого было мало. Он желал, чтобы сама корпорация была стерта с лица земли. А для этого ему нужны были немного другие мозги. И он точно знал к кому за этим идти. Деймон Сальваторе был обязан жизнью Кэролайн Форбс, которая вылетела первым рейсом в Берлин, и пробравшись с Колом в мед лабораторию местного университета, за пять часов смогла воссоздать лекарство для Деймона. Она пошла на сделку с совестью, и имея на руках лекарство, позволила пяти зараженным во время теракта людям умереть. Если бы речь шла только о ней, она бы спасла их, и позволила Драгнав узнать о том, что она выжила. Но на одной чаше весов были пять незнакомых ей европейцев, а на другой Мэтт, Кэтрин, Стефан, Клаус, Кол и Элайджа. Она не думала и лишнюю минуту. Сложность была в том, что лекарство надо было вводить в центральный канал спинного мозга. А это нельзя было поручить кому-либо. Пробраться в закрытое на карантин отделение оказалось сложнее, чем они себе представляли. И все же, Кол смог обеспечить Кэролайн эту возможность. Когда Деймон увидел ее, он решил, что уже умер, и она встречает его на небесах. Потребовалось некоторое время, чтобы убедить его, что он еще жив и, скорее всего, будет здравствовать дальше. Чудесное исцеление Деймона Сальваторе было самым слабым местом в состряпанном Колом деле о гибели Кэролайн. Поэтому он был вынужден ее спрятать. В одном из самых заселенных клочков земного шара в предместье Буэнос-Айреса, где у Элайджи нашлась на удивление подходящая для этого недвижимость. Кэтрин взяла с Кола слово, что он будет лично обеспечивать безопасность Кэролайн до тех пор, пока последний человек из их списка не покинет эту землю. Они разбились на три команды, которыми руководила Кэтрин. Кол обеспечивал физическую безопасность и психологическое здоровье Кэролайн. Деймон и Элайджа занимались разрушением Драгнав, как финансовой империи. А Кэролайн все два года корпела над делом Мейсона Локвуда, разрабатывая универсальное лекарство от всех форм рака. Это было счастливым совпадением, что фактически все три проекта подошли к своему концу одновременно. Был один момент, о котором все предпочитали молчать до поры до времени. Это был Майкл Майклсон. Его причастность к этому делу была столь очевидна, что не требовала никаких доказательств. И тем ни менее, Кэтрин не могла отдать приказ о его ликвидации. Это было слишком даже для нее. Она обратилась по этому поводу за советом к Деймону. Он велел ей расслабиться, и не думать об этом, предоставив это дело ему. Когда объявили о трагической гибели Госсекретаря США, она не знала, как будет объяснять Элайдже, что она здесь ни при чем. Все оказалось проще, виновного в заказном убийстве нашли почти сразу. Это был один из пяти оставшихся в живых руководителей Драгнав. Он провел расследование, и, почему-то пришел к выводу, что за всеми несчастьями корпорации стоит именно Майкл. Кэтрин и Деймон никогда больше не поднимали эту тему в беседах между собой, но Кэтрин была признательна своему другу, что он избавил ее от необходимости решать столь щекотливый вопрос. Самым сложным было держать в неизвестности Мэтта, Клауса и Стефана. Люди Драгнав следили за ними с особой тщательностью. К тому же Кол был убежден, что стоит им рассказать правду, и они тут же помчаться к Кэролайн. За два года никто кроме него ни разу ее не видел. Кэтрин стоило титанических усилий, чтобы за все это время не поговорить с ней хотя бы по скайпу. Когда два дня назад они наконец встретились, все смогли облегченно выдохнуть, в особенности Элайджа. Жизнь с Кэтрин была потрясающей. Они действительно были как два кусочка пазла, созданы друг для друга. Но видеть плачущую каждый день любимую два года подряд, это было изнуряюще. Он представлял через что проходят Клаус, Стефан и Мэтт, которые даже не знают, что девушка жива. Но они все договорились молчать ради благополучия Кэролайн. Они поклялись защитить ее любой ценой. И были счастливы, что этот кошмарный период подошел к концу. «Ой» Кэролайн виновато закусила губу. - Я его убью, - просипел Стефан. - Я тебе помогу, - не звонче, чем друг, поддержал Клаус. - Я думаю, что вы оба соберётесь и будете до конца жизни благодарить Кола, за то, что он бросился в огонь, вытащил вашу бессознательную девушку, решившую, что ей лучше умереть, вынес ее в целости и сохранности, при этом заработав ожоги тридцать процентов кожного покрова и полностью отказавшись от своей жизни два года защищал ее днем и ночью. Вовремя подоспевший Элайджа не хотел, чтобы младший брат хоть словесно пострадал от двух доведенных до точки убийц. Кэролайн неловко выбралась из-под стола. И стояла, не зная, что сказать, робко поглядывая на Элайджу, в надежде на его помощь. - Мы не могли вам сказать правду, не подвергнув жизнь Кэролайн опасности. Мейсон Локвуд перед смертью рассказал ей формулу лекарства, и показал, как исправить недостаток в формуле отравы. Если бы Драгнав узнали, что она жива, на нее объявили бы настоящую охоту. - Вот почему Деймон жив, - просипел Стефан, - ты спасла его. - Это было большой проблемой. Люди Драгнав полтора года преследовали его. – Проворчал Элайджа. – Кэтрин методично скармливала вам тех, кто особо рьяно пытались расследовать это дело, с каждым убитым мы надеялись, что давление ослабнет, но они трепыхались до самого последнего. Даже когда Фрейя и Деймон положили конец финансовой империи Драгнав, те, кто знали о проекте, пытались узнать правду, чтобы на этом заработать, и выкарабкаться на поверхность снова. - Фрейя и Деймон? – недоуменно переспросил Клаус. - Гм…. Мне жаль, тебя огорчать маленький брат, но неделю назад Деймон попросил у Фина руки нашей сестры. Эти двое влюблены друг в друга, как два пингвина. – Презрение в голосе Элайджи не обмануло ни Стефана, ни Клауса. Оба понимали, что Элайджа просто счастлив, что кто-то прибрал Деймона к рукам, и он теперь не является угрозой его отношений с Катериной. - Ну, я думаю, что основную миссию я выполнил, это время вам поговорить наедине. Вам троим есть, что обсудить. Элайджа вышел, и Клаус со Стефаном потеряно переглянулись. Они совершенно не понимали, как себя вести. Судя по поведению, Кэролайн радостно бросаться им на шею она не собиралась. - Вы хотите, что-то еще узнать? Я задолжала вам объяснения. – За два последних года Кэролайн представляла эту сцену миллион раз, и ни один из вариантов не совпадал с действительностью. - Ты сейчас с Колом? – неуверенно поинтересовался Клаус. - Да, мы жили здесь все два года, - Кэролайн растеряно остановилась, - подожди, ты, что имел в виду, как с мужчиной? - Да, я имел в виду как с мужчиной, - огрызнулся Клаус. - Ник, как тебе такое в голову пришло? – обижено спросила Кэролайн. – Ты так низко обо мне думаешь? - Что в этом такого? Он спас тебя, заботился о тебе все это время. Подобное развитие событий было бы не удивительным. - Не удивительным было бы, если бы я после такого вопроса огрела тебя сковородой по голове, - пробурчала Кэролайн. – Еще умные вопросы будут? Стефан, может ты? – раздражение постепенно побеждало чувство вины, и голос Кэролайн приобретал свои старые краски. - Ну, я бы хотел знать, какое место мы занимаем в твоей жизни теперь. Потому что, если честно, я не знаю, что думать. Мы потратили два года, оплакивая тебя. Двадцать четыре с половиной месяца мы винили себя в твоей гибели. Семьсот семьдесят четыре дня мы существовали, в ожидании, когда за нами придет смерть, чтобы быть с тобой рядом. Я не знаю, понимаешь ли ты это, но мы просто разучились жить, не скорбя. Кэролайн не знала, что сказать. По ее лицу текли бесконтрольно слезы. Они шагнули к ней одновременно. Две руки синхронно протянулись к ее лицу, и каждая вытерла слезу со своей щеки. Стефан изумленно посмотрел на свою руку. Контакт с мягкой, теплой человеческой плотью вытолкнул его из ступора. Его рука вновь потянулась к ее лицу, пальцы стали нежно ласкать бархатную кожу щечки. Не отрывавший руки Клаус, стоял, закрыв глаза, упиваясь ощущением ее тепла, и пытался поверить, что это не сон. - Кэролайн, пожалуйста, просто скажи нам, - не выдерживая потребности, прижать ее к себе взмолился Клаус. - Я велела отнести ваши вещи в нашу комнату, - не зная, что сказать, пролепетала Кэролайн. – Кол по моему эскизу заказал в нашу спальню трехстворчатый шкаф. Моя створка посредине побольше, и две ваши по бокам поменьше. Я думаю, вам понравится. Мы немного повздорили по поводу кровати. Кол сперва привез ужасную, огромную кровать, а я настаивала, что нам будет достаточно обычной двуспальной, потому что на большой я буду терять вас во сне. А он говорил, что Ник любит, большие пространства. А еще нам на заказ сделали трех-секционный умывальник. И потрясающий душ. При желании там можно заниматься сексом хоть вдесятером, но думаю, что в этом не будет необходимости. А еще я научилась здесь шить, и сшила для вас рубашки. Правда, они получились ужасными, и Кол долго смеялся надо мной, но вы сможете в них ходить на убийства, чтобы не пачкать хорошую одежду. Хотя Кол говорит, что у вас теперь нет необходимости заниматься старой работой, потому что уже всех кого надо вы убили. И мы можем быть свободны. Но Элайджа и Деймон настаивают на том, чтобы мы пока не высовывались. Лучше перестраховаться, и еще немного подождать. Через полгода, год должно быть запущено в производство лекарство и поступить в больницы для распространения. И тогда охота за мной потеряет смысл. Я, конечно, понимаю, что полгода это очень длительный срок для вас, и вы вряд ли сможете усидеть на месте…. - О, Господи! - Застонал Стефан, - Милая не могла бы ты в этом бесконечном потоке информации выбрать пару мгновений, чтобы сказать нам, любишь ли ты нас до сих пор? Кэролайн потрясенно замерла, и с недоумением спросила, - А последние пять минут я, по-вашему, о чем говорила? - Гм…, в основном о мебели, - озадаченно ответил Клаус. Кэролайн сердито сложила руки на груди, - Знаете что, девушки, как правило, в любви первые не признаются, но я понимая тонкость ситуации, решила признаться первой. И я последние пять минут распиналась о том, как я люблю вас, как все это время готовилась к жизни с вами, как планировала каждую возможную деталь. Но вас похоже мало интересует моя забота о нашем будущем. Поэтому, если все, что вы хотите от меня услышать это, что я люблю вас, то, пожалуйста. Я люблю вас. Довольны? Спустя неделю. Элайджа оторвался от газеты, и спросил свою невесту. - Кто-нибудь подсовывает им еду под дверь? Должны же они хоть чем-нибудь питаться, кроме секса! - Кол говорит, что они даже выставляют периодически пустую посуду обратно. – Фыркнула Кэтрин. – Кстати с тебя полтинник. Ты сказал, что они не выйдут из спальни три дня. - Ты сказала, что семь, но их до сих пор нет. Так что, я подожду, когда они выйдут, потому что велика вероятность, что деньги придется отдавать Колу, который поставил на десять дней. - Хорошо, что мы назначили свадьбу только через три недели. Не хотелось бы остаться без шафера. Еще два года спустя. - Мистер президент, мистер президент! - Хорошо, последний вопрос. - Мистер президент, это правда, что ваш брат Никлаус живет в браке на троих с мисс Форбс и Стефаном Сальваторе? - Конечно это не правда. На самом деле Никлаус и Стефан супружеская пара, они геи. - А мисс Форбс? - Мисс Форбс они удочерили. - Что правда? - Конечно вру, она просто их экономка.