Город роз

Впорхнули фрейлины ко мне И, щебеча, меня раздели. А я как будто бы во сне – Гул в голове и нега в теле. Позволила себя раздеть, Отмыть в душистой тёплой ванне. Позволила себя тереть, Как будто бы была я пьяной. А юных девочек толпа Во всех местах меня отмыла, И наслаждения волна Меня немедленно накрыла. А что же вы ещё хотели, Когда с десяток нежных рук Все выступы на голом теле И впадинки усердно трут. Лишь поняла, что возбудилась, Что кончу скоро, нежась в ласках, Как наслажденье прекратилось, Закончилась внезапно сказка. Меня обтёрли полотенцем, В нелепый саван облачили Мое трепещущее тельце И по аркадам потащили. В какой-то зал меня втолкнули, За мною быстро дверь закрыли И моментально упорхнули. Лишь стражи у стены застыли. Не зал, а снова коридор. А стража двери охраняет. Я к дамам подошла в упор. Стоят, меня не замечают. Ну как британских часовых Не вспомнить – истуканы прямо. Хотела подразнить я их, Но пожалела, всё же дамы. Прошла к двери, что охранялась – Но стража глазом не моргнула. Войти я сразу побоялась, Сначала к скважине прильнула. А приглядевшись, содрогнулась, Забыла даже как дышать я. Внутри девчонка изогнулась, В слезах, привязана к кровати. Над ней нависла королева – Мелькает сморщенный стручок. Я отшатнулась ошалело. Что, королева – старичок? Тот дед – единственный мужчина Тут королевой притворялся. При этом – мерзкая скотина – Над девочками издевался. А у кровати – сундучок, Что мы с Лючией привезли. Тем временем поник стручок. Девчонку сняли, унесли. Дедуля малость отдышался. Над сундучком свой лоб склонил, Внутри немного покопался, Достал чего-то, проглотил. Э, нет, постойте, погодите. Всех местных долго надували? Дедуля – бык-осеменитель, А мы «виагру» подогнали? Я развернулась, чтоб сбежать, Но дед чего-то крикнул хрипло. И стража тут же меня хвать, А я в их лапах и поникла. И только горько разрыдалась, Ведь я сбежала в мир иной! И вновь насильнику попалась. За что наказана судьбой? Дед-королева был доволен, Увидев слезы на глазах. Любитель грубости и боли, Его в восторг привел мой страх. Мне вновь хотелось умереть, Исчезнуть, сгинуть, раствориться. На старикашку не смотреть, В другой вселенной очутиться. Я вспомнила свой странный сон, Огонь глазами поискала. Стальное лязгнуло кольцо – Мои запястья цепь сковала. Увы, спасенья не видать, Отныне я – жена садиста. Невольно начала кричать, Одежду дед сорвал мне быстро. Схватил костлявыми руками, Мне ноги широко развел, Растянутые врозь цепями. И резко член в меня свой ввел. Раздался лязг, удары, вопли. Сопение, потом рывок. Дедок, разбрызгивая сопли, Проделал странный кувырок. На сундучок свой приземлился, Всё, что там было, раздавив. Завыл, затем проматерился И кверху жопою затих. Меня от койки отстегнула, Плащом прикрыла все места И с нежностью ко мне прильнула Лючия Верди, капитан.