Случайно влюбился...

      После ночных прогулок я всегда сплю, как сурок. Вчера, приехав домой и не обнаружив папу дома, улеглась спать, оставляя кухню в распоряжении гостя. Утро было не из добрых: по кухне витал запах чего-то горелого. Видать, папа опять пытался приготовить блинчики. Сей кулинарный вид выпечки получался в этом доме только у мамы, которая сейчас в командировке по своей работе. Ну вы поняли: насчет блинов было всё очевидно, поэтому я, ни капельки не стесняясь, крикнула в глубь кухни: — Пап, может лучше закажем что-нибудь. Я вошла в кухню, ибо моё терпение лопнуло. У плиты оказался Артур в обтягивающем розовом фартуке с мишками. Виновник запаха развернулся ко мне лицом и виновато продемонстрировал стопку аккуратных блинчиков. Что-то подозрительно. Я подошла ближе, дабы убедится, что у меня не глюки. На глаза попалась сковородка с полностью горелым блинчиком. Проследив за моим взглядом, Арти, будто ребёнок, начал каяться и оправдываться: — Я, это самое, в душ пошёл, а отключить забыл, — такого милого человека нельзя было не простить.

***

— Папа уже ушёл? — Да. Сказал ещё, чтобы мы сходили в местный парк аттракционов. — Хо-хо-хо, этот парк не для маленьких, — и взглянула на Артура. — Значит, мы просто обязаны туда пойти.

***

      Через час у нас было по два билета на каждый аттракцион. Даже на «паровозик»… Подошла очередь к колесу обозрения. — Может не будем? — Боишься, мелкая? — … — я с детства боюсь этих адских высоких штук. Где гарантия того, что я не вывалюсь из этой кабинки? Да и зачем мне смотреть на город свысока, если можно обойти его на своих двух и более детально всё рассмотреть? — Не ссы, — и подмигнул.       Переселив свои страхи, я первая, с поднятым носом, вошла в кабинку и споткнулась. Уже хотела было привычно поцеловать пол, но теплая рука Артура предотвратила встречу. — Эх, мелкая, мелкая. Мы уселись на кресла и пристегнулись.       Где-то в глубине колеса что-то закрутилось, затарахтело, завертелось, и со скрипом мы тронулись в высь. Медленно опускались деревья, проплывали этажи домов. Артур с увлечением смотрел на мою реакцию, заставляя чувствовать себя подопытным кроликом. Было жутко неуютно от его взгляда и вообще всей ситуации. Когда мы достигли самой верхушки аттракциона, это чертово колесо со скрипом остановилось, оставляя нас на высоте. — Только не это… — меня окутывала паника. Хотелось оказаться где угодно, лишь бы подальше от этого проклятого места. — Да нормально всё, — попытался успокоить меня Артур, видя мои испуганные глаза по пять копiек, — сейчас вниз поедем, вот увидишь, — а сам взволнованно поглядывал вниз.       Какой-то человек прокричал нам, что это маленькая поломка и что через пять минут мы тронемся на землю. Я зажмурила глаза, надеясь, что сейчас проснусь. Но, увы, это был не сон. — Хочешь бутербродик, — Арти помаячил успокоительной едой перед моим носом. Выхватив ловко сие вкусно пахнущее блюдо из рук, умяла за пару секунд. Тут до меня начало доходить: откуда? У него даже сумки не было с собой, а в карман вряд ли бы влез. Вопросительно гляжу на Артура. Меня поняли с одного взгляда: — А, ты про это, в сумке у тебя нашел, — и правда моя великолепная сумочка лежала рядом с её похитителем. Последовал второй вопросительный взгляд в сторону Арти. — Лен, я с утра его положил к тебе. Вдруг мы бы надолго ушли? Как раз пригодился, — и улыбнулся ласково и мягко, как бог.       Вспомнив про окружающее пространство, паника вновь охватила меня. Внезапно колесо резко опустилось на несколько метров, я вскрикнула, а затем медленно продолжило движение вниз. — У меня чуть инфаркт не случился от ваших аттракционов, — бурчала себе под нос, в голове матеря этих сраных разработчиков этого чёртова колеса. — Чтобы я с тобой ещё куда-нибудь на что-нибудь подобное пошла, да ни за какие ватрушки! — Не бурчи, всё же хорошо закончилось. — А если бы она оторвалась или отвалилась? — Ну не отвалилась же. — А что если… Меня жестоко прервали: — В кого ты такая вредная ворчунишка? Я как-то даже растерялась, не ожидала такого вопроса. — В кого ты такой умник? — язык меня погубит, всегда знала. Артур резко свернул к клумбе, сорвал ромашку и вручил её мне в руки. — Не дуйся только, — и опять эта мягкая улыбка, которая сводит с ума.

***

— Лен, расскажи о себе, твой папа рассказывал, что ты учишься на дизайнера. Интересно? Куда после вуза? — Классно, очень нравится, после вуза знакомые обещали местечко на работе. Ну вот, в общем всё. А ты где работаешь? И кем? — Менеджером, в местной фирме «Orange». — Классно. Разговор как-то не хотел вязаться, будто нам не о чем было поговорить. Хотя я девушка общительная, но иногда стесняюсь, как ребёнок. Когда диалог заходит в тупик, я ставлю перед собеседником вопрос: — Чем ты любишь заниматься? — Тем, чем обычные люди, если занимаются, то ночью. Я покраснела, назойливо стали пробиваться пошлые мыслишки. И в конце концов задыхаясь от возмущения я произнесла: — Ты, да ты.! — Да, я начинающий астроном, — гордый как павлин, — а ты о чём подумала? — невинную овечку ещё из себя строит. Подлец. — Об этом и подумала. Его глаза сузились, и теперь его нынешнее состояние можно было назвать а-ля «подозревака». Неловко вышло.

***

Пошатавшись по городу, строя новые воспоминания для будущего, мы пришли домой. Приготовив ужин совместно, я было уже отправилась баиньки, но в голову залез один преинтереснейший вопрос, который не мог удержаться во мне. — У тебя есть девушка? — Нет, — такого невозмутимого вида я не ожидала, как будто ему эту фразу произносили много раз. — Спокойной ночи. — Спокойной. Как говориться: днём ничего, а перед сном 1000 и 1 мысль. Однако здравствуйте. На сегодня есть 3 максимально важных вопроса: 1) Как человек может содержать в себе столько плюсов? 2) Как можно быть таким хорошим? И напоследок: 3) Я влюбилась?..