История другой реальности

— Эмма… — прошептала девушка. — Господи…       Софи бросилась к девочке и, упав на колени, заключила её в объятья. — Соня, что с тобой? Почему ты плачешь? — спросила Эмма, когда девушка отпустила её. — Просто… — Баронг попыталась улыбнуться. — Я сильно соскучилась… — Но ты ведь меня сегодня в школе видела. — Всё равно…       Соф никак не могла перестать плакать. Эмма, или, как часто называла её Софи, Миля была сестрой Баронг. Нет, не родной. Двоюродной. Но так сложились обстоятельства, что девочки жили в одном доме. Соф буквально воспитывала младшую сестрёнку. Хотя позже родители Эммы переехали в небольшой дом по соседству, но девочки, как и прежде, оставались неразлучными. Да, почти каждый день они могли ссориться по мелочам, но обиды быстро забывались. Соф часто помогала Эмме с уроками.       Иногда Баронг бесило поведение её сестры, но это маленькое зеленоглазое чудо всегда было очень дорогим для девушки.       Эмма тоже очень любила свою старшую сестру и во многом пыталась ей подражать. Миля уговорила Соню начать заниматься с ней английским, правда, эта идея продержалась недолго. А перед этим Эмма уговорила свою маму отправить её в музыкальную школу на занятия по танцам, куда когда-то ходила и Соф.       Пускай формально они не были кровными сёстрами, но любили друг друга как родные.       Откуда-то снаружи послышался стук. — Что это? — Пускай Эмма и вздрогнула, но всем своим видом пыталась показать сестре свою храбрость. — Начало неприятностей. — Софи встала на ноги.       «А разве могло быть иначе?» — подумала девушка.

***

— Ну, здравствуй, Касси. Скучал? — Бальтазар? — не веря своим глазам, спросил Кастиэль. — Но, это невозможно! Ты ведь… — Мёртв? — закончил вместо него ангел. — Да, и если мне не изменяет память, то убил меня именно ты. — Прости. Я не хотел, мне… —… так жаль, бла-бла-бла. Давай пропустим ту часть, где ты себя терзаешь. Хорошо? — Бальтазар закатил глаза. — И вообще, ты ведь понимаешь, что всё это нереально. — Всё это из-за заклятия, — догадался Кас. — Возможно, иллюзия. — Нет, дружище, мы в твоей черепушке, — усмехнулся Бальт. — внутри твоего сознания. И ты ведь прекрасно знаешь, что тебе нужно сделать, чтобы выбраться. — Я не смогу. Нет… — ответил Кас, покачав головой. — Сможешь, ещё как сможешь, — взглянул на своего брата Бальтазар. — Я ведь уже мёртв. Нужно всего лишь повторить это на бис.       В руках сероглазого ангела блеснул клинок.

***

— Вот дерьмо! — Гого бежала за Сэмом по коридору, придерживая свою раненую руку. — Сюда! — Мужчина завернул за угол и остановился, облокотившись на стенку, чтобы отдышаться. — У меня будто дежавю. — Нет, в прошлый раз Дин за тобой с молотком гонялся, — усмехнулась брюнетка, тяжело дыша. — Ты в порядке? — Да, — ответила Томаго и кивнула на свою рану. — Регенерация вервольфа пускай и медленнее работает, но хотя бы работает.       Девушка выглянула из-за угла. — Я хорошо приложила Дина, так что минут десять у нас должно быть. — Гого обернулась и взглянула на Винчестера. — Ты ранен… — Пустяки, — попытался улыбнуться он, держась за бок. — Просто царапина. — Ага, царапина, — недовольно фыркнула Томаго. — Гого, на это нет времени. Нужно что-то делать с Дином. — Нам нужен план, — согласилась девушка. — Ты помнишь заклинание, которое наложила на него Ровена?       Сэм кивнул. — Ладно, это уже хорошо. — Томаго на секунду задумалась и быстро протараторила: — У меня есть идея. Я подключила свой компьютер к базе данных Хранителей, так мы наверняка сможем найти обратное заклинание. Только нужно добраться до лаборатории. — Это будет сложно… — Сложно, но возможно, — пожала плечами Гого. — Ладно, идём быстрее.

***

      «Блять! Серьёзно? А мёртвого анархиста в кожаном плаще среди них нет? *»       Соф успела вместе с Эммой спрятаться на верхнем ярусе амбара, когда колодка на двери не выдержала, и в помещение ворвались с десяток зомби. — Это зомби? — шёпотом спросила девочка. В её голосе было и удивление, и страх, и, кажется, даже немного радости. — Ага, прям Зомбилэнд на выезде, — буркнула Баронг. Девушка достала мачете и присела рядом с сестрой. — Миля, слушай внимательно. Зомби нереально опасны, даже опаснее, чем в фильмах. Я постараюсь разобраться с ними, а ты спрячься где-то в другой части амбара, чтобы они тебя не нашли. Если что-то пойдет не так — беги. Беги и не оглядывайся. Найди кого-то, кто смог бы тебе помочь. Поняла?       Софи очень хотела солгать. Сказать сестрёнке, что всё будет в порядке, что её старшая супер-сестра сейчас без проблем уложит всех их одной левой. Но смысл лгать? Софи попыталась создать с помощью магии хотя бы одну искру, но её силы не действовали. Баронг понимала, что у этой битвы один исход.       Но увидев, как озадачена и напугана её любимая сестрёнка, Соф собрала вою в кулак, улыбнулась и подмигнула: — Не бойся. На обед у нас будет жареный зомби. — София. — Эмма называла сестру полным именем очень редко. Шатенку даже немного передёрнуло — она уже так привыкла к «Софи», что её настоящее имя уже казалось чужим. Миля улыбнулась и бросилась на шею Баронг. — Я тебя люблю.       Девочка крепко-крепко обняла сестру и прижалась к ней, будто она могла защитить Эмму от всех бед, ужасов и кошмаров. Соф еле сдержала слёзы. Сердце больно сжалось. — И я тебя. — Она обняла сестрёнку в ответ.       Баронг выпустила сестру из объятий. Нужно было как-то успокоить Милю. — Раз, два, три, четыре, пять — Вот и я вожу опять. Ты беги да без оглядки, Сегодня мы сыграем в прятки.       Эмма и правда немного успокоилась, услышав любимую и такую родную считалку. Она боялась отпускать сестру. Софи улыбнулась и поцеловала Милю в лоб.       Девушка поднялась с колен, подобрав с пола камешек. Соф прицелилась, замахнулась и бросила камень в другую сторону амбара. Зомби привлёк стук камня о пол, и они толпой отправились в противоположную от девушек сторону. — Беги. — Баронг кивнула Эмме и направилась к лестнице.       Перехватив поудобнее мачете, девушка выдохнула.       «Ну, что же, я теперь охотник. Моя судьба — умереть в бою. Хотя, стоит жить ради такой смерти» — Баронг горько усмехнулась и, поднеся к губам два пальца, пронзительно свистнула.       Может показаться, что она сошла с ума, но нет. Кто-то очень дорогой для Баронг был в опасности. В такие моменты от неё можно ожидать всего и ещё чего-то.       Все зомби обернулись и уставились на девушку, которая медленно спускалась по лестнице.

***

— Брат, зачем нам это? — Потому что так надо! Ты размяк, Кастиэль. Прежний ты никогда не отвлекался на чувства и мысли. Я тебя прям не узнаю. — Я изменился… — Это видно.       Бальтазар наносил всё новые и новые удары, а Кастиэль не атаковал совсем. Он лишь отбивал удары и нападки своего друга.       Бальтазар был прав: Кас действительно винил себя в его смерти. Ангелу было больно от мысли, скольких своих собратьев он убил, но Бальтазар… его смерть легла на душу Кастиэля невыносимым грузом, ведь что может быть хуже, чем руки запачканные кровью брата? — Ты стал подобным им, этим лысым приматам. Ты действительно привязался к ним. Особенно к этой девчонке. Софи, верно?       Кас лишь молча отбил новую атаку. Ангелы ходили по кругу.

***

— Фух, успели!       Гого влетела в лабораторию и бросилась к рабочей панели компьютера. — Диктуй заклинание. — Dimitte interius ira, — медленно и чётко произнёс Сэм.       Томаго начала поиск заклинания. Девушка была удивлена, ведь у младшего Винчестера была действительно феноменальная память. Он знал кучу преданий, мифов, легенд, без проблем запоминал тексты на латыни. — Вот. Нашла. Контроль над разумом с помощью гнева. — Это типа то, которое она наложила на одну из своих учениц**? — спросил у Гого мужчина. — К счастью, нет. Здесь всё проще. — Девушка пересмотрела записи. — Вот, есть обратное заклинание. Только нужно найти несколько ингредиентов… — В бункере есть всё необходимое. — Ребята! Ау! — Из коридора послышался голос Дина. — Вы где? — Разберись с заклинанием. Я его задержу, — бросила Сэму Гого и пулей вылетела из лаборатории.

***

      Лилась кровь, ломались кости, хрипели и умирали зомби, а окровавленный мачете всё так же иногда пускал блики, когда на него падали лучи заходящего солнца, которые местами пробивались сквозь окна амбара. Софи находилась в центре кровавого месива. Она успела ранить с десяток зомби, нескольких убить, снеся им головы.       Также охотнице было на руку то, что зомби были очень медленными. Баронг была вся в крови, грязи и в том, что оставалось от зомби. Волосы растрепались, но всё ещё были связаны, чёлка слиплась от пота и крови. Одежда местами была порвана, но Софи не останавливалась. Осталось ещё четыре зомби, три, два… и-и-и! Есть! Последний зомби упал на пол.       Баронг хмыкнула и вытерла нож о лежащего вблизи мертвеца. Спрятав мачете за пояс, девушка направилась искать свою сестру. — Эмма! Выходи! Я разобралась с зомби!       Девушка поднялась наверх, где предположительно могла спрятаться Миля. — Эмма! Ну же, всё в порядке! Выходи, не бойся!       Софи навострила слух. Вдруг звенящую тишину амбара пронзил детский визг.       Баронг выхватила мачете и сломя голову рванула туда, откуда прозвучал крик.

***

— У тебя всегда была дурацкая привычка отрицать очевидные вещи. Ты думаешь, что это закончится чем-то хорошим? «Счастливый конец» в этой истории Софи точно не светит, так зачем ты к ней так привязываешься? Пройдёт несколько лет, она умрёт и что дальше? Ты ведь будешь разбит! Ты не успеешь её спасти, просто не хватит сил. Она уже сейчас играет с силами, что не подвластны ей. Это не твой уровень. Тебе не одолеть то зло, которое грядёт. Баронг уже начала перевоплощаться и не в лучшую сторону. Она ожесточилась, стала злее, агрессивнее, почувствовала вкус крови, получила в свои руки могущество Вселенского масштаба. Она не сможет остановиться. И ты это знаешь.       Кастиэль сжал губы. Он действительно думал об этом. Софи уже не была столь чистой и невинной как при их первой встречи. Она стала охотницей, а значит и убийцей. Осознавать это было для ангела слишком тяжёлым бременем. Но Кас был уверен лишь в одном. — Да, во многом ты прав, Бальтазар. Но ты не знаешь одного: сколько бы крови не было на её руках, сколько бы грехов не было у неё за душой и сколько бы боли мне не приносила привязанность к ней, я всё равно буду рядом с Софи. Я буду биться с ней спина к спине, буду рядом, когда Софи будет нуждаться во мне, без страха доверю ей свою жизнь. И я уверен, что она готова сделать всё это и для меня. Но даже если я ошибаюсь, то мне всё равно. Для меня Софи навсегда останется маленькой девочкой, которая жить не может без сладкого, очень сильно любит сериалы и просто обожает смотреть на звёзды. И именно её я буду оберегать вечно. — Слишком громкие заявления, Кас. Это говоришь не ты. А твоя человеческая сущность. Ты больше не ангел. Ты — человек. Кастиэль, ты не достоин быть ангелом. Ты больше не достоин даже своих ощипанных крыльев.       Кас сжал клинок. Теперь он знал, что нужно делать.

***

— Что, Дин, зрение подводит***? — В проходе появилась девушка. — О, Гого, — протянул Винчестер. — А где Сэм? Небось отсиживается где-то по углам? — Не пори чушь! Ты ведь и сам прекрасно знаешь, что уж кто-кто, а твой брат никогда от опасности прятаться не станет. — Видимо, как и ты. — Что с тобой происходит? — Глаза открылись. — Дин начал медленно подходить к Гого. — И что же ты, просветлённый наш, понял? — Девушка всё так же стояла на своём месте. — Понял, что охота на нечисть просто не имеет смысла. Скажи мне, за что мы боремся? За идею, которой формально и не существует? — Винчестер нанёс первый удар.       «Ну почему Баронг лежит без сознания, когда она так нужна?» — спросила у себя самой Гого, ловко отбивая атаку. Да, философские дискуссии были для неё сложнее, чем схватка. — Может самой идеи и не существует, но вот смысл в охоте всегда был. — И какой? «Спасать людей, охотиться на нечисть, семейное дело»? — Охотник продолжал атаковать. — Это ваш с Сэмом девиз. Знаешь, почему охочусь я? — Поначалу Томаго лишь блокировала удары, но теперь и сама перешла из защиты в атаку. Одним ловким движением она выбила из рук Винчестера нож. — Мне нужно заглушить боль, выпустить злость и контролировать тьму, что навсегда засела в моей душе.       С силами вервольфа Гого была достойной соперницей охотнику. Используя свои способности на полную мощь, Томаго без проблем уложила бы Винчестера на обе лопатки. Но она не хотела калечить своего друга, ведь это был не он. Дин всё ещё был под действием заклинания. Нужно было всего лишь задержать его. — Конечно, ты ведь и не человек вовсе. Ты теперь монстр, — усмехнулся Дин, вытирая кровь с разбитой губы. — И как это? Быть тем, что ты должна истреблять?       Девушка стиснула зубы и с разворота ударила мужчину в пресс с ноги. Винчестер отлетел назад. — Честно сказать? Хуёво, — ответила Гого, подходя к Дину.       Томаго собиралась отправить его в нокаут, но охотник перехватил её кулак и, использовав силу Гого против неё самой, повалил брюнетку на пол. Винчестер поднялся на ноги и, схватив девушку за шиворот, швырнул её об стену. Раздался хруст и болезненный стон. Томаго не успела сгруппироваться и, упав на пол, сломала правую руку. — Ты всего лишь мелкая надоедливая дрянь. — Винчестер рывком поднял Гого с пола и сжал её горло, ударив девушку спиной о каменную стену. — Ты не способна даже защитить себя, не говоря уже о других.       Ноги Томаго уже не касались пола. Девушка беспомощно хватала ртом воздух. Лицо будто окаменело, вены начинали пульсировать, а глаза застилала мутная пелена слёз. Томаго не знала, то ли слёзы текли из-за давления на шею, то ли из-за боли и обиды. У девушки даже не было сил отбиться. Гого лишь слабо схватила Винчестера за локоть. — Дин… — из последних сил прохрипела она. — Нет…       Но Винчестер даже не ослабил хватку. Казалось, что в его глазах горел настоящий огонь злости. — Da imperium irae!       Томаго почувствовала, что Дин уже отпустил её. Девушка упала на колени, пытаясь откашляться и прийти в себя. — Вовремя ты, — с отдышкой произнесла Гого, взглянув из-под чёлки на Сэма. — Прости, я спешил, как мог, — ответил младший Винчестер. — Цела? — Жить буду. — Томаго придерживала сломанную руку. — Дин. Дин! Очнись! — Сэм попытался привести бессознательного брата в чувства. — Ну… Сэмми, хватит орать… — простонал Дин, открыв глаза. — Ладно, у нас там ещё две жертвы заклинания Ровены. — Томаго качнула головой в сторону библиотеки. — Нужно и с ними что-то делать.

***

— Ты не он. Ты не Бальтазар. — Совсем ослеп, что ли? Я стою перед тобой. — Нет, ты — всего лишь иллюзия в моём сознании. Настоящий Бальтазар никогда бы не сказал мне такого. Я слишком хорошо его знаю.       Кастиэль вступил в схватку с Бальтом. Теперь ангел знал, что перед ним не его брат, не его друг, а всего лишь искажённая подсознанием и заклинанием ведьмы оболочка. Не больше чем просто образ или мираж.       Ангелы держались наравне. Атака, защита, защита, атака, защита… оба воина держали оборону и наносили новые удары по противнику. Даже в тусклом свете помещения ангельские клинки проносились, словно молнии.       Кастиэль всегда думал, что самый страшный противник — этот противник, которому нечего терять. Но лишь сейчас ангел понял, что всё с точностью до наоборот: непобедимый противник — это тот, кому есть что терять. Именно ради этого он способен на невозможное и будет драться до последней капли крови. Тому, кто уже всё потерял, всё равно на исход сражения, а вот тот, кто бьётся за самое дорогое, готов даже положить в этой борьбе свою жизнь. Он погибнет — но спасёт то, что ему дорого.       Раньше Кас боролся за идею: сначала за идею Небес, затем за идею свободы. Но, идея — это лишь громкие слова. Кастиэль начал биться за семью. За Винчестеров. Два обычных человека, которые приняли его как друга. Они стали для ангела настоящей семьёй, а он для них — братом. Но теперь у Каса был ещё один стимул — обыкновенная девушка, которая так внезапно появилась на жизненном пути ангела. Это милое, ранимое, мечтательное и немного наивное дитя (ведь по сравнению с возрастом ангелов любой человек ещё ребёнок) смогло вытащить Кастиэля из бездны и дать стимул двигаться дальше.       Кас без промедления наносил всё новые и новые удары. Его противник едва успевал защищаться. И вот Бальтазар пропустил один удар, дав Касу несколько секунд. Ангел перехватил руку противника и вывернул её. Ангельский клинок звякнул о пол. Бальтазар удержал равновесие, но Кас заломил ему руку за спину. — Нет, ты не сделаешь это, — усмехнулся он Касу. — Ты слишком слаб. Сломлен, разбит. Тебе не хватит смелости, чтобы…       Речь ангела оборвалась. Ангельский клинок легко прошёл между рёбер. Кастиэль резким движением достал свой клинок из тела Бальтазара.       Кас вздрогнул. Ангельский клинок вновь был омыт кровью его брата. — Прости… — с досадой прошептал голубоглазый ангел. — Нет, ты прости, — ответил Бальт, опустившись на колени. — Теперь поздно… цепочка запустилась уже давно…       Бальтазар упал на пол, и мрачную комнату осветил яркий свет сгорающей благодати. Кас опустил голову и сжал губы. Это было невыносимо больно…       Сколько раз ещё он вот так будет наблюдать за смертями дорогих ему людей? От мысли, что однажды он будет смотреть на то, как смерть забирает Софи, у Кастиэля что-то неприятно заныло внутри. Люди говорят, что так болит душа. Но ведь у ангелов нет души… Или всё же есть?       Раздался щелчок. Большая дверь приоткрылась. Ангел направился к выходу…

***

— Эмма!       Софи еле вписалась в поворот. Сейчас эту девушку испугался бы даже сам Люцифер. Яростный взгляд, окровавленная одежда, растрёпанные волосы, оскал и острый мачете в руках. Лицо Баронг в моменте перекосила гримаса ужаса.       Девушка без промедления набросилась на зомби и одним ударом снесла ему голову. Рвано дыша, Соф перевела взгляд в сторону. — Нет…       На грязном деревянном полу амбара лежала Эмма. Маленькое тело тряслось от рыданий. Софи в секунду подлетела к сестре. — Миля! Миля!       Баронг перевернула Эмму на спину. — О Господи…       Часть пола и вся футболка Мили была в крови. Справа на боку была открытая глубокая рана. — Нет, нет, нет… — твердила Соф, стаскивая с себя кофту. Чистой стороной одежды девушка зажала рану своей сестры. — Соня… — Эмма горько плакала, содрогаясь всем телом. — Соня, мне больно… — Тише, малышка, тише… — Софи уже не могла сдержать слёз. Девушка сидела на полу, держа на руках свою любимую младшую сестрёнку. — Я что-то сделаю, что-то придумаю… — Соня, мне страшно… — Знаю, солнышко, знаю. — Баронг рыдала от безысходности. Что она могла сейчас сделать? Рана наверняка задела и внутренние органы, так что девочка истекала кровью. Её жизнь угасала на глазах. И Соф никак не могла предотвратить это. Ей оставалось лишь зажимать рану сестры и молча наблюдать за тем, как она умирает.       Софи сильнее прижимала Эмму к себе, будто закрывая её от лап смерти, что тянулись к душе её сестры. — Нет, нет… — беспомощно шептала девушка. — Сонь, спой мне. Пожалуйста…       Баронг хотела возразить, но она просто не могла. Это была последняя просьба её младшей сестрёнки. — So just give it one more try to a lullaby And turn this up on the radio. If you can hear me now, I’m reaching out To let you know that you’re not alone.       Девушка старалась петь спокойно и тихо, но частые всхлипы пробивались сквозь слова песни. Соф качала Эмму со стороны в сторону будто бы убаюкивая. Малышка уже закатила свои зелёные глазки и прикрыла веки. Баронг билась в истерике, задыхаясь от собственных слёз, но не прекращала петь. — And if you can’t tell, «I’m scared as hell 'Cause I can’t get you on the telephone», So just close your eyes, Oh, honey, here comes a lullaby, Your very own lullaby.****       Соф растягивала слова и делала паузы подлиннее, будто надеясь, что это продлит жизнь Мили хотя бы на одну секунду. Но было уже поздно. Сердце малышки перестало биться. — Прости меня, прости, Эмма. Умоляю! Это я во всём виновата… — Баронг поправляла волосы девочки, содрогаясь от рыданий. Она наклонилась и легко коснулась её холодного лба своими губами. — Прости меня… спи крепко, малышка…       Девушка пожила тело сестры на пол и поднялась на ноги. В душе был просто ураган эмоций. Такое было впервые. В душе порвалась одна струна. И это было чертовски больно. Баронг не помнила, как спустилась по лестнице на первый этаж, но там её ждала целая орава голодных и озверевших зомби. Без промедления они бросились к девушке.       Но вдруг всё как будто застыло, и Софи почувствовала тепло, которое исходило из груди. Руки покрылись синими венами, а кончики пальцев засияли.       «И где же они были, когда я в них так нуждалась?!» — мысленно прокричала в отчаянии Баронг, проклиная свои силы.       Реальность вновь ожила. И голодные зомби тоже. Софи закрыла глаза и закричала. В свой крик она вложила всю свою злость, всё отчаяние, весь страх, всю боль…       Девушка вновь открыла глаза. Всплеск силы был настолько сильным, что разрушил всё вокруг неё. Теперь Софи окружала лишь пустота…

***

— Как она? — В комнату Софи вошёл Сэм. — Всё так же, — горько вздохнула в ответ Гого. — А как Кас? — Только что очнулся. Дин остался с ним. — Это хорошо. А Дин в порядке? — немного несмело спросила Томаго.       Сэм кивнул. — Поговоришь с ним? — спросил мужчина. — Позже. — Гого, ты ведь понимаешь, что это было заклинание? — Я всё понимаю, просто… Сэм, я так не могу… всего полчаса назад он пытался меня убить. Мне просто нужно время… — Понимаю. — Винчестер опустил голову. — Нужно дождаться, когда очнётся Софи.       Гого медленно кивнула, уходя в свои мысли. Она не винила Дина ни в чём из случившегося: ни в сломанной руке, ни в боли от ссадин и синяков, которые остались после схватки. Но этот взгляд… пронзительный взгляд зелёных глаз, которые просто горели злостью и ненавистью, вызывал у девушки страх. Страх, отдающий морозом по коже и по душе…       Из плена мыслей Томаго вернулась из-за Софи. Баронг металась на кровати со стороны в сторону. Шатенка морщилась, словно от боли, открывала рот в немом крике, затем стискивала зубы и всхлипывала. Тело Софи била мелкая дрожь. В комнате лопнули две лампочки, перевернулся стул, и со стола упало несколько книг.       Сэм был взволнован и немного сбит с толку. Гого тоже растерялась. Вдруг Баронг резко села на постели, распахнув глаза, которые были полны слёз. Дыхание девушки было рваным, а плечи содрогались. — Соф… — Томаго несмело потянулась к подруге. Девушка положила руку на плечо Софи. — Как ты?       Ответ пришёл сам собой. Баронг захлестнули рыдания. Она уткнулась лицом в плечо Гого и крепко обняла её. Томаго тоже обняла свою подругу и попыталась её успокоить. Сэм покачал головой и опустил взгляд. — Я принесу воды. — Он поднялся со своего места и направился к выходу.