Электрическое напряжение

Ночную тишину разрушил женский вскрик, разбудив спящего мужчину. Люси тяжело дышала, пытаясь прийти в себя после кошмара. Странно. Уже давно она не видела их, а точнее с того самого момента, как вышла замуж. Но сегодня вдруг снова увидела, и в груди появилось плохое предчувствие. - Люси? - Лексус спрашивал все ли в порядке, не задавая глупых вопросов. - Все нормально. Просто кошмар. Спи. Люси трясло. Ей никак не удавалось остановить дрожь, и хотя было темно, она не обольщалась, понимала, что для Лекса темнота не преграда чтобы разглядеть ее. Ей не хотелось тревожить мужа, ведь он очень остро реагировал на что-либо опасное в ее отношении и их дочки. Глубоко вздохнув, поднялась с кровати и подошла к окну, в котором виднелся молодой месяц. На ее плечи легли такие знакомые и любимые руки, заставив вздрогнуть от неожиданности - она не слышала, как Лекс встал вслед за ней. - Что ты видела? - Не помню. – Люси прижалась к сильному телу, подсознательно ища защиты. - Врешь. – прошептал мужчина, стискивая руками плечи жены, прижимая теснее к себе. - Нет. Просто внутри что-то гложет, как будто должно произойти нечто плохое. - Мы справимся. Ты же знаешь, я ничему и никому на свете не позволю навредить моей семье. - Знаю, – нежная улыбка расцвела на губах молодой женщины. В этом она была уверена также, как в том, что завтра взойдет солнце. – но все же… - Хочешь, помогу отвлечься? – спросил Лекс, спуская руки на бедра, которые сводили его с ума. - Хочу! – весело рассмеялась Люси, думая, что ее муж абсолютно не меняется. Коротко усмехнувшись, Лекс поднял ее на руки и понес в кровать. Мужчина очень сильно хотел Люси, он всегда ее хочет, не насытившись ею даже за прошедшие года. Шелковая сорочка полетела в сторону, открывая прекрасную фигуру, не испортившуюся после родов. Наоборот, ставшую только сексуальнее. Итак, немаленькая грудь стала больше из-за молока, а крутые бедра расширились, подчеркивая талию и легкую округлость животика. Тело Люси сносило ему крышу от силы желания, с которой он хотел обладать ею. Сделав глубокий вдох, Лекс почувствовал ее аромат, смешанный с его собственным, и его накрыло. Только его. Никто больше не касался его жены, кроме него. Никто не заставлял выгибаться в своих руках. Никто не слышал ее стонов, когда она сгорала от страсти. Никогда ее губы не выкрикивали чужое имя на пике оргазма. Только он. Только его. И от этого он терял себя в момент их близости. Поцелуи вдоль всего живота, влажный след на ее груди, ее прерывистое дыхание – все это так знакомо, но все равно как в первый раз. Сопротивляться возбуждению невозможно. Ее руки на его шее, в волосах – нежные, ласковые, дарящие удовольствие. Ее глаза с расширившимися зрачками, которые он может различить, смотрящие на него с любовью почти восемь лет. Дрожь, сотрясающая их тела. Ее шепот, молящий войти, не ждать, не мучить, не играть. И его улыбка, полная осознания своей власти над ее телом. Это любовь, соединившая их жизни, длившаяся уже не один год, не угасая. Это его Люси – единственная, кого он будет любить до конца, затмившая и затмивающая всех других. Только ей он позволяет брать над собой верх в постели. Только она может проверять его выдержку, пытая своими ласками. Только ей это позволено. Вот и сейчас, Лекс уступил, лег на спину и посадил ее сверху. Поцелуи Люси путешествовали по мощной шее, спустились вниз к соскам, которым она уделила внимание, поцеловав каждый, вырвав из горла мужа шипение, и пошла еще ниже. На головке члена выступила белая капля, первый знак его уступки. Взяв в рот головку целиком, Люси начала нежно посасывать ее, обводя язычком вокруг уздечки. Лексус застонал, не выдержав, толкнулся, раз, еще раз. Одна рука собрала длинные волосы жены, помогая, а другая вцепилась в простынь, чтобы хоть как-то продержаться. Почувствовав, как Люси взяла его полностью, он начал толкаться, медленно, осторожно, даже сейчас стараясь не навредить. С каждой секундой его выдержка подходила к концу. Поняв, что сейчас кончит, он постарался выйти, но она не позволила, лишь ускорила свои движения. И Лекс сдался, кончив с протяжным стоном. Тяжело дыша, он подтянул довольно улыбающуюся девушку к себе и поцеловал, ощущая свой вкус на ее губах. Не давая ей передышки, резко вошел, ощущая сбившееся дыхание. Положив обе руки на круглую попку, он начал вбиваться в нее, не меняя скорости. Короткие поцелуи, дыхание на двоих и ее стоны, которые она не в силах сдержать. Доходя до конца, до самой матки, он сам застонал, от того как сильно она его сжала, кончая в его руках. Замерев на несколько доли секунды, чтобы ее дрожь передалась и ему, он продолжил проталкиваться сквозь тесно сжимающуюся плоть. Люси уткнулась ему в плечо, постанывая, и прикусила кожу, причиняя легкую боль. Это стало последней каплей, и оба вновь растворились друг в друге. Спустя несколько минут Лексус накрыл обоих одеялом, так и оставшись внутри нее, удерживая на себе. - Стало полегче? – весело поинтересовался мужчина. - Да! – расхохоталась Люси, целуя его в уголок губ. - Тогда спи, солнышко. Я рядом. Завтра вставать рано. - Это точно. Дари нужно будет собрать, и отвести в школу, первое сентября все же. - Тем более. Не каждый день единственная дочка идет в первый класс. Засыпай.