Симбионт

Утро Кларк с самого начала не задалось, ну как не задалось, просто ее разбудил звон женского голоса: — Клаааааарк, вставай соня, — нагло врываясь в комнату, чуть ли не кричала Октавия. — Боже, отвали и дай хоть немного поваляться в кровати в свой же, кстати, комнате, — недовольно бурчит Гриффин, заглушая пару слов в подушку. — Ну уж нет, дорогуша, мой парень уже заждался, — стягивает одеяло, тем самым забирая все уютное тепло, шатенка. — В этом месте вообще есть нормальные люди? Или вы все тут уже свихнулись, — уже откровенно возмущается Кларк, но позже вникает в недавние слова и уже заинтересованно продолжает, — так стоп, ты сказала парень? В смысле парень, что я успела пропустить за ночь? — Ну да, Линк, я же говорила, — как ни в чем не бывало, тараторит Блейк. — Доброе утро, Кларк, — неожиданно врывается в разговор третий голос, и повернувшись в сторону откуда он исходил, Гриффин вспоминает о вчерашних событиях, сопровождая это далеко не тихим вздохом, — оуу, ты бы хоть приоделась, Принцесса, — напоминает о себе Рейвен, заглядывая в дыру в стене. — Что? Там обнаженная Кларк? Я должен это видеть, — послышался мужской голос, явно принадлежавший Беллами, а после какой-то глухой удар, грохот тела и весьма злобный комментарий Рейес «Гребанный пошляк», видимо, лицезреть приятную картину ему все же не удастся. Гриффин, уже прогоняя остатки сна, плетется в сторону шкафа, выуживает оттуда первую попавшуюся одежду, быстро натягивает на себя, бросает быстрое «Можете проходить» и скрывается в ванной. Вглядываясь в свое отражение, некогда блондинка быстро распаляется, замечая, что ее волосы так и остались кроваво-красного цвета. «В таком темпе я точно ее убью». Немного успокоившись, девушка уже заканчивает с утренними процедурами и, в той же манере как и несколько минут назад, возвращается в комнату. Какой-то парень усердно копошится в стене, закладывая кирпич за кирпичом, а шатенка, стоя буквально в паре метрах от него, заворожено наблюдает за каждым движением. Гриффин видит его только со спины, но точно может заметить, что тот принадлежит к людям. Тело слегка перекачено, по ее мнению, а кожа слишком смуглая для человека. — Хэй, Окти, а ты не знаешь, где Лекса? — как бы невзначай, интересуется голубоглазая. — О, ты уже вернулась, эмм, наверное у Индры ночевала, а тебе-то какое дело до нашей Королевы? — Просто надеюсь, что она не натворила чего-нибудь, а мне потом не перепадет, не хватало еще проблем из-за этой психованной, — Блейк буквально видит как распаляется девушка перед ней с каждым новым словом, она даже замечает легкий ветер, который начал гулять по комнате, и она бы продолжила свою гневную тираду, если бы не Линкольн, как всегда вовремя врывающийся в разговор. — Ну я тут все, это конечно не произведение искусства, но все же лучше, чем ничего, верно? — его спокойный и размерный голос, кажется, может успокоить любого, такое действие он производит и на разбушевавшуюся девушку. — Спасибо, Линкольн, это было мило с твоей стороны, — улыбаясь, отзывается Гриффин, вглядываясь в лицо парня, которое было не то что хладнокровное, а скорее умиротворенное. «Интересно, а этот парень умеет выходить из себя? И на всех ли так действует?» — пролетело у нее в голове. — Да, ничего особенного, друзья Октавии — мои друзья, так что обращайся, — отвечая такой же теплой улыбкой, отзывается парень. — Ты у меня лучший, — Блейк тут же вовлекает парня в долгий поцелуй. — Боже, можно хотя бы не в моей комнате? — притворно возмущается Гриффин, намереваясь продолжить какой-нибудь язвительной шуткой, но, услышав стук двери об стену, оборачивается на звук. — Ну и что вы тут устроили? Какого хрена в моей комнате вообще находятся люди? — шатенка первые пару секунд ошарашено стоит в дверном проеме, ловя на себе испуганные взгляды, — ох да, дыра, и это все, что вы смогли придумать? — язвительно произносит темноволосая, внимательно приглядываясь к месту, где еще недавно была та самая дыра, хотя несовершенность проделанной работы была заметна невооруженным взглядом. Шатенка изящно подходит к столу, нагибается слишком откровенно к самой нижней выдвижной полке и, покопавшись там немного, достает какую-то склянку с порошком. В той же манере подходит к стене и, высыпав горсть содержимого себе в руку, сдувает это на недавнюю дыру. Поверхность обволакивает легкая дымка и, уже через секунду пропадая, открывает вид на стену, которая приобрела первоначальный вид. Сказать, что Гриффин была удивлена — ничего не сказать, она буквально разинула рот от восхищения, остальные же протянули весьма долгое «Оуууу». — Хэй, Гриффин, подними челюсть с пола, я еще и не такое умею, — разрывает тишину эльфийка, подмигивая ошарашенной девушке. — Эм, думаю, нам пора, — вклинивается Линк, предугадывая дальнейшее развитие событий и забирая свою девушку куда подальше. — Знаешь, Кларк, если бы не я, эту «починку» легко было бы заметить, и тогда тебе влетело бы по полной, так что можешь не благодарить, — плюхаясь на кровать, гордо произносит шатенка, внимательно наблюдая за реакцией соседки. — Знаешь, Лекса, если бы не ты, то этой дыры вообще не было бы, — вызывающе вздергивая брови, отзывается та. — Тут ты права. Повисла угнетающая тишина, Гриффин изучала все расписание на день, но никак не могла отделаться от чувства, что за ней пристально следят. Подняв голову, она встретилась с неотрывно изучающим взглядом шатенки. Если секунду назад ей было просто не по себе, то теперь становилось как-то жутковато. — Так ты у нас стихийник? Воздух, как я поняла, — неожиданно нарушает молчание эльфийка, всматриваясь лишь в голубые глаза. — Ты видимо тоже? Огонь, — констатирует факт квартеронка. — А ты у нас гном, чтобы отвечать вопросом на вопрос? — в словах уже прослеживалось раздражение. — Кто бы говорил, — парирует девушка, с саркастической усмешкой. — Ну да, большего от квартеронки я и не ожидала, — в такой же манере отвечает эльфийка, подходя к столу. — Да пошла ты, Твое Величество, — все что бросает Гриффин, перед тем, как скрыться за дверью. Эльфийка, прямо скажем, задыхаясь от возмущения, хотела было что-то ответить, но, не увидев предмет своего раздражения, обессилено падает на кровать, бубня себе под нос что-то типа «Вот же сучка». * Первые пары у Гриффин прошли более или менее спокойно. Прерываясь на долгожданный обед, настроение у голубоглазой было приподнятое, так что беседа с новоявленными друзьями прошла в спокойной обстановке. И даже переглядки с эльфийкой не вызывали раздражение или недовольство, кажется это было неотъемлемым элементом их встреч. Впереди была только одна пара, так что оставалось отсидеть её и со спокойной душой заняться своими делами. Пройдя в огромную аудиторию, Гриффин невольно залюбовалась картиной нагой эльфийки, висящей над кафедрой на одинокой стене. Конечно, как не заметить настолько выбивающийся из общей картины предмет. Девушка была изображена со спины, каждый изгиб изящного тела был выведен с филигранной точностью. Создавалось ощущение, что если протянуть руку, то можно прикоснуться к бархатистой, покрытой мелкими капельками росы, коже. Ощутить запах спадающих с плеч волос. «Интересно, все эльфийки выглядят так обнаженными. О Боги, о чем я думаю» — проскальзывает в голове девушки. Когда все студенты уже заняли свои места, а во всем помещении стоял обычный гул, в аудиторию вошел лысый орк, при виде которого все в аудитории мигом заткнулись. Поднимаясь на кафедру, профессор плотоядно осматривает каждую девушку в помещении, ненадолго задерживая взгляд на Кларк, от чего та поежилась. — Для тех, кто еще не знает, меня зовут профессор Пайк. Я преподаю основы выживания. Я научу вас, как разжечь огонь, как из подручных материалов сделать место для ночлега, и еще многим полезным вещам. Настоятельно рекомендую конспектировать все, что я буду рассказывать, на зачете вам это пригодится, — расхаживая по кафедре, рассказывает орк, сопровождая почти каждую фразу ехидной улыбкой, а на последних словах и вовсе оскалившись. — Извините, профессор, можно спросить, — лениво вытягивая руку, обращается голубоглазая. — Мне конечно рассказывали, что к нам взяли очень выдающуюся своими способностями квартеронку, но я никак не ожидал увидеть взбалмошного подростка, явно привлекающего к себе внимание столь необычным цветом волос. Так, что вы хотели спросить? Хорошему настроению девушке пришел конец, распаляясь от каждого слова профессора, она буквально чувствовала, как в ней закипает кровь. Но под гнетом окружающей обстановки она мгновенно берет себя в руки. — Я конечно понимаю, что для варварской расы, практически полностью утерявшей секреты собственной магии, навыки, которым вы нас хотите обучить, несомненно важны. Но мы все-таки находимся в Академии Искусств, и любой из нас может при необходимости приобрести дешевенький амулет огня. Конечно, для обычного орка он будет стоить баснословных денег, хорошо, что всем студентам независимо от расы выплачивают стипендию, а то им пришлось бы посещать ваши лекции регулярно, — с лицом, не выдающим ни капли эмоций, под дружный еле сдерживаемый хохот сокурсников, выдала Кларк. — Ах ты… Пошла вон отсюда!!! — рычащим голосом, брызжа слюной в разные стороны, указал трясущейся в гневе рукой на дверь Пайк. — С превеликим удовольствием, не очень и хотелось тратить здесь время, — с легкой победной улыбкой Гриффин поднялась и, подцепив сумку кончиками пальцев, нарочито медленно проследовала к выходу. В приподнятом настроении,с блуждающей по лицу улыбкой, голубоглазая довольно быстро добралась до своей кельи в общежитии. — Добрый вечер, Ваше Величество, — практически смеясь, поприветствовала соседку девушка. — Ты больна, квартеронка? С чего вдруг такое хорошее настроение, переспала с кем-то? — брови эльфийки буквально взлетели от столь необычного приветствия. — Не совсем так, скажем… я словесно поимела профессора Пайка, — улыбка как будто прилипла к обрамленному волосами цвета свежей крови лицу. — То есть ты радуешься тому, что унизила орка, находящегося под покровительством ректора? Настроение Кларк моментально обрушилось под тяжестью услышанной информации. Она хотела что-то сказать, но её отвлек раздавшийся в коридоре голос «Студентка Гриффин, немедленно явитесь к ректору». — Кажется, кое-кто скоро освободит меня от своего присутствия, — злорадно улыбаясь, произнесла Лекса. На ватных ногах, плетясь по длинным устланным коврами коридорам, голубоглазая, теребя рукав, обдумывала слова, которыми она будет оправдываться перед главой Академии. Тихонько постучав в древнюю, как и само здание, дверь личного кабинета ректора, она пробежала взглядом по прибитой к ней латунной табличке «Ректор Маттиас де Монтихо». — Профессор де Монтихо, вы меня вызывали? — подходя к столу, заваленному книгами, свитками, писчими перьями и всякой мелочью, промямлила студентка. — А? Кто вы милочка, и зачем пришли? Кажется, я вас раньше не видел… Вы у нас работаете? — отозвался сухонький, с обмотанной несколько раз вокруг шеи густой бородой и уже редеющей курчавой шевелюрой седых волос, гном. Весь его вид говорил о прожитых столетиях, кожа напоминала ссохшийся пергамент, на руках, испещренных шрамами, проступали вены, а морщины, казалось, боролись за место на скукожившемся лице. И только глаза, которые никак не могли остановится на одной точке, были невероятно живыми. — Эмм… Я Кларк Гриффин, студентка первого курса, профессор, — полностью растерявшись от вопросов старика, ответила девушка. — Ааааа, так это вы что-то не поделили с нашим проказником Пайком. Дорогуша, мне совершенно не хочется во всем этом разбираться, так что поговори лучше с милашкой Линарочкой, — рассеяно пробормотал ректор и тут же, схватив первый попавшийся свиток и хитро ухмыльнувшись в бороду (так чтобы собеседница не заметила), развернул свое кресло к окну. Все еще недоумевая, Кларк послушно побрела к декану. Всю дорогу её мучил только один вопрос: «Как он стал ректором Академии?». Думая об этом, она, забыв о своих проблемах, дошла до деканата. В реальность её вернул строгий женский голос: — Гриффин! Перестаньте витать в облаках. Вы уже были у ректора? — смотря на девушку с укором, сказала Дроу. — Да профессор Линара, профессор де Монтихо отправил меня к вам. — Отлично. Вы не хотите объяснить, что сегодня произошло? Хотя избавьте меня от этого. Вы ведь понимаете, что вам придется извиниться перед профессором Пайком? А вот и он, как кстати. — по коридору приближался все ещё рычащий от гнева взмыленный орк. — Я хочу, чтобы эту наглую выскочку сегодня же выкинули из Академии!!! Таким не место… — с ходу начал было орать разъяренный мужчина. Его прервал спокойный, жесткий и властный голос декана, — Немедленно успокойтесь, Пайк, не стоит терять достоинства, переходя на личности. Вы все-таки Профессор. К тому же студентка Гриффин уже осознала свою ошибку и готова перед вами извиниться, я права? — Дроу выразительно посмотрела на девушку. — Конечно, я прошу извинить меня за слова, которые оскорбили вас, профессор. Я просто не подумала, что назвав орков варварами и усомнившись в их платежеспособности могу обидеть несомненно важного для академии чело…кхм, орка. — с абсолютно невинным видом, специально переминаясь с ноги на ногу, потупив взгляд и перебирая пальцами локон волос, пролепетала Кларк. — Да вы посмотрите! Она ещё и издевается! — взбеленился было Пайк. — Хватит, профессор! Я считаю инцидент исчерпанным.- остановила его Линара, у самой же в голове промелькнула мысль «А эта Гриффин молодец. Давно пора было поставить этого извращенца на место.» Орк не посмел спорить с деканом и, плюясь, бормоча ругательства себе под нос и расталкивая идущих по своим делам студентов, удалился. Дроу проследила за ним взглядом, а, когда он скрылся за поворотом, вновь обратила свое внимание на нарушительницу спокойствия. — Я надеюсь, такого больше не повторится. И постарайтесь больше не злить профессора Пайка, это может вылиться в большие проблемы. Вы свободны. — развернувшись на каблуках, декан вошла в свой кабинет. Все ещё не веря в свою удачу, Кларк поспешила ретироваться в направлении столовой. Когда она, как обычно, заняла угловой столик, в её мыслях вновь всплыл профессор Маттиас. Она пыталась понять, как гном, да ещё и с явными отклонениями в психике, стал главой столь уважаемого учебного заведения. От этих раздумий её отвлек звонкий голос Октавии: — Эй, Кларк, очнись! Ты какая-то потерянная, что-то случилось? — Да так, познакомилась с ректором… — задумчиво протянула голубоглазая. — Аааа, так вот в чем дело. Знаешь что. Ты не смотри, что наш добренький дедуля выглядит, как сушенный инжир. Он очень сильный и, насколько я знаю, единственный известный среди гномов маг. Ты ведь знаешь, что гномы единственная раса, которая не владеет иной магии, кроме рунной? Так вот, профессор де Монтихо — исключение. Его очень уважают и боятся, потому что многие помнят, как он один уничтожал целые армии и разрушал города, — с каждой фразой подруги Гриффин все больше расширяла глаза от удивления. — Ты серьезно? Не очень верится. Он создает впечатление не совсем вменяемого… — Уж поверь, как-то в детстве я видела, на что он способен. Это, кстати, стало одной из причин, почему я пошла в Академию, — ответила Октавия, откусывая внушительный кусок мяса от свиной ноги, которой она размахивала во время разговора. Возвращаясь вечером в общежитие, Кларк чувствовала себя абсолютно разбитой. Комната встретила её мечущимися по стенам отсветами свечи, запахами ингредиентов для зелий и нежным ароматом эльфийских духов. — Ты всё ещё здесь? А я уж было надеялась, что больше тебя не увижу, — сначала удивившись, а затем сразу вернувшись к своей обычной манере общения, сказала ей Лекса. Гриффин хотела было выдать в ответ какую-нибудь колкость, но вместо этого спокойно проговорила: — Ты знаешь, Лекс, не думала, что скажу это, но сегодня твои нападки кажутся не более, чем обыденностью, — и не в силах больше стоять, рухнула, даже не раздевшись, на кровать. Схватившись за обеими руками голову девушка издала протяжный стон, в очередной раз подумала «Боже, что за дурдом, куда я попала?» и минутой позже провалилась в спасительный сон.