Тепло

Э-рен. Имя переливается как ручей. Э-р-е-н. Леви закрывает глаза и шумно вздыхает. Яркие солнечные лучи изрядно поднадоевшего солнца бегают по лицу, рисуя под прикрытыми веками разноцветные фигуры и картинки. Капрал жмурится и устраивается поудобнее, свесив ноги с диванного подлокотника. Джагер сзади тоже пошевеливается, да так, что голова Аккермана переваливается из стороны в сторону на коленях сонного недотитана. Эрен всю ночь тренировался, поэтому уже в пять вечера он засыпает сидя, не давая спокойно вздремнуть приютившемуся у него на коленях Капралу. Леви недовольно цокает и ерзает на месте, потеряв удобную позу для сна. Только вот все без толку: уже совсем, совсем не так удобно. - Эрен… Голос Капрала от долгого молчания хриплый и чуть слышный, но Джагер мигом распахивает один глаз и непонимающе моргает. - Да? - Эрен. Тот смирно дожидается, но Леви, кажется, не спешит продолжать и только лишь недовольно сопит, даже не открывая глаза. - Что такое? Капрал молчит с минуту, затем вдруг медленно переворачивается набок и утыкается носом в спинку дивана. В полузабытье Эрен смотрит на спокойно-тихое, умиротворенное лицо, на слегка нахмуренные брови, на подрагивающие веки и никак не понимает, чего же все-таки от него хотят. Леви переворачивается на другой бок и по-детски складывает руки под щеку, но даже так – неудобно. Что, у Эрена колени, что ли, неправильные? Неудобные какие-то стали, резко так. В конце концов, окончательно рассерженный Леви возвращается в исходное положение. Снова надоедливый солнечный свет, снова цветные круги, Аккерман снова вздыхает и шумно выпускает воздух. - Эрен… Эрен спит уже как целую минуту, но усталый голос снова его будит. Очнувшись, он переводит вконец сбитый с толку взгляд на Аккермана. - Капрал? Леви не отвечает, но Эрен чувствует, что он не спит. Теплая рука Джагера ложится рядом с вечно холодными руками Леви, и тот неосознанно, в полусне-полубреду тянется к теплу, зажимает его между ледяными ладонями и, наконец, проваливается в сон. Под солнечными лучами на губах Эрена играет вполне осознанная еле-различимая улыбка.