Правдивая история Наруто.

Он должен был набрать людей. Он понимал, что весь мир шиноби — это балаган, в котором убивают, лишь чтобы убивать. Нет, армия ему не нужна. Его цель — собрать компактный отряд, который сможет покончить с этим устоем. Кабуто не смог завербовать Саске, поэтому он просто запер его в подвале под убежищем. Он опасался, что этот гад снова возродит Орочимару после взрыва в Конохе. Где же найти безжалостных, готовых убивать без зазрения совести, людей? Конечно же он пошёл в школу. Подростки — пугающе жестокие создания. Под видом иностранного преподавателя Кабуто проник в школу. Подобные заведения не пользовались особой популярностью, так как пойти в академию шиноби было куда проще, туда вообще всяких дебилов набирали. Например, тот же Наруто вряд ли прошёл бы тест на наркотики, проводящийся в обычной школе. Кабуто сделали оратором, дабы он рассказал о зарубежных методах обучения. Присутствовали все классы, вместе с педагогами. Само собой очкарик заочковал. Забавно, он выступал на рок-концерте, но перед толпой недоразвитых людишек у него начала проявляться боязнь сцены. Кабуто планировал провести вербовку в свой отряд во время речи, но от волнения мысли его путались. Он не мог собраться и говорил что попало, от правил параллельной парковки, до плюсов и минусов легализации однополых браков. Когда он дошёл до наглядной демонстрации запретных техник, его прервали.  — Ради бога, остановитесь! — взмолился директор, — расскажите нам про образование.  — Об-образование гнойных выступов на коже п-происходит в результате…  — О школьном образовании! Прошу вас! Кабуто вспомнил, что если тебе тяжело выступать перед аудиторией, нужно представить всех голыми. Он собрался и видел теперь множество голых школьников и, само собой, школьниц. У него встал. Волнений от этого только прибавилось. И тут он вспомнил, подслушанную у Джирайи, мудрость: если представление всех голышом не помогло, разденься сам. Он медленно начал стягивать с себя одежду.  — Что вы, ради всего святого, делаете?! — кричал офигевающий директор.  — Я не знаю! — отвечал не менее офигевающий Кабуто. Когда он стянул с себя штаны, на его глаза выступили слёзы. Но он вспомнил свою речь. И вот, плачущий, расстёгивая рубашку, а потом, снимая трусы, он говорил: Друзья мои, мы должны покончить с безумием, что охватило этот порочный мир! Мы — достойные люди, способные изменить всё до неузнаваемости! Его нервы по прежнему были на пределе, так что он начал, сначала тихонько, а потом сильнее, пританцовывать.  — Я поведу вас к светлому будущему! Я…  — Уберете его со сцены! — орал поседевший директор, — И ПРИНЕСИТЕ МНЕ ЕГО СЕРДЦЕ!!! Кабуто рыдал и танцевал, Стояк не сильно спасал положение. Мысли путались, он запел: Я вас люблю, вы мои братья. Пойдём, изменим этот мир! Со мною вы хлебнёте счастья. Орочимару мой кумир! Зал взорвался криками учителей, упоминание Орыча, разоблачило Кабуто, как его приспешника. Делать нечего, только бежать. Он пробивался через толпу, преграждающих дорогу, детей. Он кромсал и рубил их своим кунаем, продолжая при этом плакать. Школа — точно не вариант. Кабуто знал много способов раздобыть воинов. Например, воскрешение мёртвых. Эдо тенсей слишком не надёжен, марионетки часто выходят из-под контроля. Придётся наделать зомби. При этом, давать им разум никак нельзя, а то они сожрут друг друга в поисках мозгов. Да, зомби, жрущие мозги — это стереотип, но эти тупые твари не пытаются добиться соблюдения их прав. Придя на кладбище, Кабуто начал ритуал. Печати техники, изобретённые им имели странные формы и названия. Большинство представляли собой поднятый средний палец и звучали как: абракадабра и матерные слова. Тем не менее, техника оказалась действенная. Те из трупов, что ещё не полностью разложились, начали подниматься из могил. И через пару минут перед Кабуто стояла сотня другая живых мертвецов.  — ВЫ ВСЕ — МОИ СУЧКИ! — объявил он, — И СЕЙЧАС Я ВЫБЕРУ ЛУЧШИХ ИЗ ВАС! Армия ходячих мертвецов начала сражаться друг с другом по указке очкастого некроманта. И когда последняя горстка зомбей собиралась порвать оппонентов в клочья, он остановил их.  — Вы доказали свою силу, — он кинул им мешок с мозгами тинейджеров, — теперь мы создадим отряд. Кабуто достал свиток, раскрыв который, он получил разноцветную форму.  — Я буду красным рейнджером, а вы как хотите. Дальше следует умопомрачительная история с битвами, огромными роботами, любовной линией между Кабуто и жёлтым зомби рейнджером, а так же кланом телепатов, выступившем против их отряда, но всё не срослось, так как зомби было невозможно приучить к лотку. Представляете какое гуано выходит из переваренных мозгов? Кабуто знает. В конце концов он сдался, и всё вернулось на круги своя. Но не надолго. Одной тёмной ночью, Кабуто проснулся от шороха в дальней части убежища. Что в очках, что без, тьма была непроглядной. Он направился в сторону звука. Чем дальше в глубь, тем сильнее всё расплывается, становится фальшивым. «Я вернусь» — раздался тихий шёпот. «Я вернусь и отшлёпаю тебя». Страх наполнил Кабуто от ног до яичек, выше его тело наполнялось холодным ужасом. Стены расплывались, пол (или это был потолок) превратился в змей.  — Гендзюцу! — понял он. Неужели Саске выбрался из подвала?!  — Кабуто, иди ко мне. — голос шёл из-за угла, который уже трудно было назвать углом.  — Иди ко мне, мой сладенький. Он шёл на голос, он знал, что это иллюзия, но больше ему ничего не оставалось. Завернув за угол он увидел… Орочимару?! Но это был не он, точнее это была она! Лицо принадлежало Орычу, но тело явно выдавало в нём женское начало.  — Ну здравствуй, Кабуто.  — О-орочимару сан?  — Как грубо! Я же девушка, сказал Орыч, чисто девичьим голосом.  — П-простите…  — Ничего, глупыш, я тебя прощаю, — подмигнул он… она… неважно. Она взяла Кабуто за руку.  — Как ты мог меня бросить? — на её лице читалась грусть.  — Я не…  — Ты даже не пытался меня возродить. Почему?  — Я… — Кабуто не понимал, что происходит. -Но…но, — замямлила Орочимару. Кабуто хотел было что-то сказать, но не успел. Его губы были плотно прижаты к губам Орыча. Щёки обоих горели. Девушка положила его руку себе на грудь.  — Я люблю тебя! — прокричала она, закончив поцелуй.  — Что это значит? — Кабуто был сбит с толку. Он много чего ожидал от Орочимару, но не любовного признания.  — А ты? — её голос дрожал, — Ты меня любишь?  — Я… — он весь красный, — я… — он очень возбуждён, — Я ЛЮБЛЮ… — фраза оборвалась. Кабуто очнулся от гендзюцу из-за боли в левой ягодице.  — Саске?! — учиха впивался зубами в его жопу, — какого х*я ты творишь? Блеснув во мраке красными глазами, Саске зашипел и на четвереньках уполз в подвал.  — Он вернётся и отшлёпает тебя, — крикнул он на последок. Чёрт, больно, и кровь идёт. Кабуто смазал свою булку кремом «Звёздочка» и отправился спать. Конечно же, он запер подвал и наложил на него несколько печатей. Сон никак не шёл. Образ Орочимару не покидал его голову. Он пару раз вздрочнул на неё, но Орыч с сиськами всё равно стоял перед глазами. Кабуто зажёг свет и решил немного почитать. В темноте этого не было видно, но теперь заметно. Укус на заднице опух. Он пульсировал и рос. Кабуто запаниковал. Он пытался выдавить злосчастный фурункул, вскрыть его, сжечь, но ничего не помогало. К утру его орех был размером с него самого. Кабуто не мог ходить и даже стоять. Он уснул, но громкий взрыв его разбудил. Это бомбанула задняя часть очкарика. И что бы вы думали? В жопке Кабуто всю ночь зрел новый Орочимару.  — Я вернулся и отшлёпаю тебя, — сказал он, — ты ведь не пытался меня воскресить?  — О господи! Моё седалище!  — Мне начинает казаться, что ты не очень годишься на роль моей правой руки.  — Мой зад взорвался нахер!  — Напомни, зачем я тебя вообще держу у себя?  — Я ж щас сдохну! По коридору раздавался быстрый топот четырёх конечностей.  — Орочимару сан, — сказал вбежавший в комнату Саске, — я ждал вашего возвращения.  — Что с тобой? — спросил Орыч. Трудно было не заметить, что Саске передвигался на четвереньках, и имел бороду, доросшую до ног. Из одежды на нём была старая проссаная простынка и повязка с символом Конохи.  — Кабуто долго держал меня в подвале, хозяин. Он не кормил меня, так что я питался крысами и насекомыми. Ходить приходилось под себя, но гордый клан Учих, так просто не сломить, недавно я смог выбраться через брешь в барьере.  — Да, вижу гордость ты сохранил, — согласился Орочимару.  — Ну вас нахер, — поднялся Кабуто, — вы оба психи! Я ухожу.  — А может это ты псих, а мы абсолютно нормальные? — предположил Орыч, пока Саске играл с его болтающимся членом. Кабуто просто вышел из комнаты, забинтовал свой рваный зад и покинул убежище. Больше этого ненормального никто не видел, но ходят слухи, что он стал проктологом.  — Что теперь? — спросил Учиха, — это конец?  — Нет, мальчик мой, это только начало. На следующий день Саске умер, отравившись чумной крысой. Он попал в место, которое трудно назвать нормальным, но при этом, это были небеса. Повсюду разбросаны использованные презервативы и шприцы, что говорило об этом месте как о квинтэссенции любви и радости. Саске встретил бога, который позволил ему переродиться в новом мире. Мире фальшивом, ненастоящем, будто его придумал какой-то двинутый автор фанфиков. Тем не менее, он согласился. Новая история Учихи началась в деревне Коноха, которая никогда не была взорвана Орычем, где Саске не был писателем и где всё было по канону.