Of Truth and Love

Он ехал вдоль реки, бросая взгляды на прохожих. Но вскоре совсем стемнело, и он не мог различить никого в темноте. Поэтому припарковался рядом с площадкой для пикника, прямо напротив дорожки, ведущей к берегу. Выйдя из машины, пошел ближе к воде, бросая пристальные взгляды на случайных прохожих, пытаясь разглядеть в них ЧаХё. Все лавочки были заняты, людей было много и Дину пришлось накинуть на голову капюшон. Он увидел девушку, одиноко стоящую под фонарем и остановился, чтобы внимательнее ее рассмотреть. У неё были длинные волосы, а на носу — очки. Не ЧаХё. Он пошел дальше, людей стало меньше, и вскоре он был совсем один. С таким успехом можно искать её всю ночь. Река слишком длинная. Плеск волн влек подойти ближе к берегу. Дин остановился у кромки воды, глядя на огни на другом берегу реки, слушая шум машин. Ему показалось, что это место идеально подходит для сброса негатива, и он решил, что ЧаХё могла бы быть здесь. Он достал свой телефон и набрал её номер, надеясь, что она ответит и скажет ему, что она уже дома. «Почему я раньше не догадался позвонить?» подумал он. ЧаХё ответила после пары гудков. — Что надо? — пробурчала она. — Где ты? — Почему ты никогда не отвечаешь на мои вопросы, Квон Хёк? Сердце Дина забилось чаще, когда он услышал свое настоящее имя. Он попытался не выдать свои чувства, заговорив снова. Нужно дать ей понять, что он волнуется, и постараться игнорировать её грубый тон. — Где ты?! Я искал тебя. — Я прямо за тобой. Дин чуть было не выронил телефон. Он обернулся, и кто-то тут же ткнул его пальцем в щеку. ЧаХё всё ещё держала телефон у уха, на лице не отображалось никаких эмоций. Она подняла руку и сдернула капюшон с его головы. — Как так получилось, что я тебя не заметил? — Потому что я назвала тебя Квон Хёк. Ты чуть в обморок не упал. Ты слишком предсказуем временами, Дин, — сказала она, пройдя мимо него. — Как ты… вообще… — Я заметила твою машину, когда ты подъехал к парковке. Я сидела недалеко. Даже видела, как ты подошел к той девушке в очках. Дин окончательно растерялся. Значит, она шла за ним. И тут до него дошло. Он остановился и посмотрел на неё. Она подняла на него глаза, в которых все ещё невозможно было различить эмоций. — Ревновала, значит? Злишься, что я подошел к другой девушке? — сказал он, ухмыляясь. ЧаХё уставилась на него и даже слегка раскрыла рот. Потом поджала губы, развернулась и зашагала прочь. «Так и знал» улыбнулся про себя Дин. Он пошел за ней к берегу, ЧаХё остановилась, скрестив руки на груди. — Я угадал, ами? — спросил он, встав в метре от неё, всё ещё улыбаясь. — Замолчи, пожалуйста, — попросила она, пытаясь сохранить спокойствие после того как поняла, что краснеет. Она не могла поверить в то, что произошло, но он был прав. Когда она увидела, с какой заботой он разглядывал девушку у фонаря, она почувствовала себя, будто ее предали, и сердце сжалось. Поэтому она пошла за ним, чтобы сказать ему все, что о нем думает. Но он позвонил, и она поняла, что не должна так себя вести. Он просто болван. Почему она вообще ревнует? Что это вообще такое, ревность? Дин подошел ближе и приобнял её за плечи. Она уже хотела было повернуться и посмотреть на него, но Дин наклонился к ней и оставил легкий поцелуй на её щеке. ЧаХё замерла. — Это тебе за то, что поцеловала меня тогда, помнишь? — прошептал он ей на ухо. Но ЧаХё, кажется, даже не услышала. Он отпустил её и отошел немного, — Присядем? — предложил он. ЧаХё всё ещё стояла, словно статуя. Тогда он подошел к ней, но она никак не отреагировала. Он помахал рукой перед её лицом, — Эй, Чжин ЧаХё, ты как? Ей казалось, что её сердце вот-вот выскочит из груди, и она не могла сделать вдох. Перед глазами все поплыло, и она почувствовала, как подгибаются колени. Дин поймал её до того, как она упала. — ЧаХё! Что случилось? Ты в порядке? — забеспокоившись, спрашивал он, все еще держа её. Она ухватилась за него, моргая, пытаясь прогнать темноту. Она слышала его голос, и дыхание постепенно пришло в норму. Ей стоит всерьез сказать ему, чтобы он перестал вести себя так беспардонно и не подходил к ней близко. Но когда она подняла на него взгляд, то увидела беспокойство в его глазах, и её сердце буквально растаяло. — Прости, просто… Кажется, я устала, — солгала она, пытаясь скрыть настоящую причину. — Ты ужинала? Ты очень бледная. — Все нормально. Не нужно так переживать, — сказала она, отпустив его, все еще чувствуя, как быстро бьется сердце. — ЧаХё… Я всегда о тебе переживаю, — произнес он голосом, полным нежности. Она услышала эту заботу, но попыталась не придавать этому значения. Она сейчас не могла думать ясно и знала, что это все из-за него. А еще она чувствовала свою вину за то, что заставляет его переживать. — Хочешь еще побыть здесь? — спросил Дин, поняв, что она не заговорит первой. — Я тут торчу уже несколько часов, так что с меня хватит. — Пошли в машину, — он протянул ей руку. ЧаХё приняла её, потому что у неё всё ещё кружилась голова. Они медленно пошли обратно к дороге, Дин негромко напевал незнакомую ей песню. — Все еще холодно, как для весенней ночки, да? — спросил он. ЧаХё кивнула, — ХёСоб сказал мне, что ты приходишь сюда, когда злишься. — Я знаю. Он написал мне, что ты, возможно, приедешь. — О… Сообразил же. Я не говорил им, что еду к тебе. — ХёСоб мне всё рассказывает. — Я уже знаю и о том, что Хёк — твой бывший. — Я догадалась. ДэДжун рассказал тебе, скорее всего. — Я удивлен, что вы расстались. Вы похожи на идеальную пару. — Нет ничего идеального, Дин. Можно лишь постараться приблизить что-то к идеалу. — Ты этим руководствуешься? — спросил он, останавливаясь. ЧаХё встала рядом с ним и отпустила его ладонь. — Я пытаюсь, Дин. Пытаюсь делать все правильно. И хотела начать с ДэДжуна, своей семьи. Но это слишком сложно. — Я не понимаю, почему ты так разозлилась на него. ЧаХё пошла к дороге. Дин все еще стоял на траве, немного ниже. Она повернулась к нему и оказалась с ним одного роста. Посмотрела ему в глаза и вздохнула, снова увидев в них беспокойство. Она видела, как он о ней заботится. — Я уже говорила тебе, что мы больше не живем с родителями. Он жил у своих… То есть, наших родственников в Инчоне. Я жила с семьей ЧиХо. С тех пор, все, чего я хотела — чтобы ДэДжун снова появился в моей жизни. Хотела, чтобы мы жили вместе. Дин видел, как тяжело ей дается этот рассказ. Поэтому молчал. Она начала делиться с ним, и он не мешал ей. Он помнил, что у неё не так много друзей, кто понимает её. И если все его попытки ни к чему не приведут, и они, в конце концов, просто останутся друзьями… Что ж, он проживет с этим. Все, что ему сейчас было нужно — чтобы ЧаХё поняла, что может ему доверять. — Я всего лишь хочу, чтобы он понял, что я забочусь о нем, что поддержу его. Мне сложно, потому что не хватает денег, и я все еще хожу в университет. Но я стараюсь изо всех сил, — добавила она, — В прошлый понедельник я попросила его прийти домой пораньше. Я приготовила нам ужин, хотела, чтобы мы поговорили о том, что делали в тот день. Просто поели, как это делают обычные семьи. Но он пришел домой поздно, и я уже уснула. Я сделала то же на следующий день, но история повторилась в точности. Дин услышал, как задрожал её голос и взял её ладонь в обе свои. — Я изо всех сил пытаюсь, но ему, кажется, совсем нет до меня дела, Дин. Все, чего я хотела — просто стать ближе. Так обидно. Я ему не показывала, как мне обидно. Мне всегда казалось, что я должна показывать ему, что я сильная, что могу позаботиться о нем. Но это не так, Дин. Я не сильная. Слезы потекли по её щекам, и она расплакалась, опустив голову. Дин подошел ближе, заправил прядь волос за её ухо и погладил по щеке. — Все, чего я хочу — чтобы он знал, что я люблю его и поддержу его, независимо от того, какой выбор он сделает, — сказала ЧаХё. Она подняла голову и посмотрела на него глазами, полными отчаяния, — Можешь… обнять меня, Дин? Он не стал ничего говорить и просто прижал её к себе покрепче. ЧаХё больше не плакала, а просто положила голову ему на грудь. Она удивилась, попросив обнять её, сама так до конца и не поняв, почему сделала это. Она никого не просила до этого. Но чувствовала, что в ту минуту это было всё, что ей нужно. Она хотела обнять его в ответ, но что-то ей не позволяло. Её даже начал смущать тот факт, что Дин заботится о ней, а она о нем — нет. — Спасибо, — прошептала она. — Пожалуйста, ами, — тихонько ответил Дин. ~ Они сидели в машине, ничего не говоря. Просто смотрели на спокойную реку и огни высоких зданий. — Никогда не видел реку Хан ночью вот такой. Тихой. Спокойной. Красивой, — сказал Дин. — Вот поэтому я и прихожу сюда. Отсюда открывается прекрасный вид. Дин улыбнулся, когда заметил, как уголочки губ ЧаХё слегка приподнялись. Но также увидел и усталость в её взгляде. — Тебе нужно отдохнуть. Я отвезу тебя домой. — Я еще не хочу домой. — ЧаХё, мне всё ещё нужно закончить кое-что в студии. Так что придется тебя подвезти. А тебе необходимо поспать, ты слишком много плакала. — Подвези меня к ХёСобу. — Что?! К ХёСобу?! Никогда, — вскрикнул Дин. ЧаХё посмотрела на него и закатила глаза. — Прошу тебя, Квон Хёк. Мы с ХёСобом как брат и сестра, мы даже спали на одной кровати раньше. У нас дома даже есть вещи друг друга. Так что пожалуйста… Отвези меня к нему. — Ты не можешь у Зико остаться? — Они скажут ДэДжуну, что я у них. Я не хочу его видеть. — А у Хёка?! — спросил Дин, заводя мотор. — Хочешь, чтобы я осталась ночевать у Хёка? У своего бывшего парня? — приподняв брови и улыбнувшись, спросила ЧаХё. Дин замер, взявшись за руль. Хёк. И ЧаХё. В одной комнате. — Нет, нет. Точно не Хёк, — прошептал он. — Так и знала, — улыбнулась ЧаХё. — Тогда оставайся у меня, — решил Дин. — ЧТО? Нет! У тебя я точно не останусь, — ответила ЧаХё. — Почему? Меня не будет дома, я буду в студии всю ночь, — сказал он. — Нет. Я не доверяю тебе, — сказала ЧаХё, — Отвези меня к ХёСобу, — настаивала она, скрестив руки на груди. Сердце Дина сжалось. Я не доверяю тебе. Эта фраза звучала в его сознании… и было больно. Он изо всех сил пытался дать ей понять, что поддержит её в любой ситуации, но она все еще не доверяет ему. — Хорошо. Поехали к ХёСобу-хёну, — сказал он, выезжая со стоянки. ЧаХё снова удалось разозлить его. Они ехали молча. Когда Дин припарковался рядом с домом друга, ЧаХё взяла его ладонь в свою. — Прости, Дин. — За что? — спросил он, не поднимая на нее глаз. — За то, что сказала, что не доверяю тебе. Я знаю, что причиняю тебе боль. Поэтому прости. Дин, наконец, посмотрел на неё и снова увидел это. Тот же заботливый взгляд, полный доброты. — Не обязательно извиняться, — сказал он. — Я ценю твою дружбу, но… Пожалуйста, не думай обо мне плохо, когда я чем-то не делюсь с тобой. Мне… правда, сложно, понимаешь? Мне очень жаль. — Понимаю, ЧаХё. Не нужно беспокоиться, — улыбнулся он, но уже начал сомневаться, в самом ли деле понимает её. — Я хотела спросить, — начала вдруг она, — Ты свободен завтра? — Завтра? С 9 утра до 2 часов дня. А что? — Ты мог бы кое-куда поехать со мной? Нужно кое-что купить. Я уверена, твой вкус не подведет, — улыбнулась ЧаХё.