MINE

Очередной день встретил его. Марк проклинал эти потолки и обои, эту давящую ножу внутри. Он не понимал от чего болит и где; болело ли его тело или же это всё его душа. Одно было ясно точно - что-то внутри него обрарвалось. Джексон добил его, сначала он натянул его, как тоненькую нить. Тянул так сильно, чтобы проверить насколько хватит, как сильно может нить тянуться. Именитый Король не рассчитал одного. С его головы вылетел сам факт того, что нить может оборваться и не выдержать. Ненависть в перемешку с апатией заполняло сердце Марка при каждой мысли о нем. Иен не любит его, он ненавидит его; до дрожи в кулаках, до скрипа зубов. Каждая клеточка его тела была пропитана омерзением, отвращением к «Королю». Туан мрачно оглядел свой помятый вид в зеркале шкафа и снова горько усмехнулся, раз двухсотый за дни пребывания здесь. В коридоре он ловил странные взгляды на себе, ведь еще бы, он был завернут в ткани одежды и невозможно было разглядеть и сантиметр его кожи. Если бы другие увидели его синяки, то у Джексона были бы проблемы. А вот эта проблема Короля станет прямой дорогой к смерти для Марка. Он почему-то знал, что ему еще сильней достанется, поэтому и молчит, скрывает. Здесь должен был быть тонкий маневр, некий психологический ход, правда он не знал пока какой, однако Иен обещал себе найти его. Ему нужно выжить здесь и для этого нужно обхитрить самого «Короля». Именно, обхитрить, а в момент его уязвимости, нанести ему удар и отомстить. Вот только как? На уроки Джексон так и не явился, чем несказанно радовал Туана. Можно даже сказать, что его день начался хорошо, не смотря на всю ломоту в теле. Под бесконечные минуты занудства учителей, он тщательно обдумывал как начать менять свое поведение. Быть слишком дерзким - нельзя, так можно забыть о сохранности своего тела. Быть слабым - запрещено, агрессор будет лишь рад проявлению качеств жертвы у парня. Марк пришел к замечательной идеи, он будет балансировать на грани двух этих крайностей, так он и проучит Вана. С таким настроем и вышел с уроков, полностью игнорируя косые взгляды ребят. Эти тихие перешептывания его раздражали, но бороться и тратить на них силы он не хотел. К тому же, сейчас эти разносчики сплетен должны сыграть ему на руку. Марк всегда был умным мальчиком, ему будет легко сотворить в жизнь свой план. Туан услышал, как утихли голоса вокруг и отчетливо слышал стук обуви об пол. В этом проклятом месте такой почет отдают лишь одному человеку - Любимому Королю и его свите Он натянул кривую ухмылку и неспешно развернулся назад, поправив спадающий рюкзак с плеча. Его трясло, но он держался стойко, ровно держа спину, чем заслужил короткий смешок Джексона. Марка это сильно злило, ведь он столько боролся с самим собой, чтобы сейчас выглядеть так уверенно и сильно, а для Вана... Для него это новая игра, где он не против соблюдать правила, которые задает в этой игре оппонент. Джексон согласен и поэтому он легко смеется с него, победителем все равно выйдет он. А Марк, Марк для него маленький котенок, который что-то там шикает под ногами, кусается и дергает хвостом. Пытается как-то запугать его, но не выходит, потому что коту никогда не стать львом. Джексон, как настоящий хищник, в этой новой игре сожрет его с потрохами. — Я вижу ты себя чувствуешь намного лучше, Марк? — Король неспешно подошел к нему, аккуратно прикоснулся к его волосам. — Связки себе не сорвал случайно? Туан сделал два неуверенных шага назад. — На самом деле связки могут сорвать лишь, когда тебе о-очень хорошо, Джексон. Я подобного не чувствовал, все слухи о твоей крутости в постели - выдумка. Выходит так? Он вовремя прикусил свой язык и с опаской ждал следующей реакции, но ее особо не было. Только шепчущие люди вокруг всё не утихали со своими комментариями. — Ты не охренел ли? — Не нужно, Югем, — Ван с довольной ухмылкой остановил своего напарника. — Пусть высказывается, я не против. Парни непонятливо посмотрели на Короля, его поведение было другим, это заметил даже сам Марк. Ван выглядел спокойным и довольным, в глазах его был азарт и в предвкушении чего-то интересного. Туан переводил взгляд с толпы на Джексона и обратно. — Я не знаю, что ты задумал, Марк, но так даже интересней, — Ван протянул руку к нему.— Сначала я принял тебя за обычного слабака, а оказалось, что всё не так. Иен осмелел от его слов и демонстративно дал понять, что не собирается протягивать руку в ответ. — Можешь забыть о том мальчике для битья, теперь тебе не унизить меня. Иен оглядел последним взглядом всю эту толпу и быстрым шагом покинул коридор. Ноги несли его просто хоть куда-то, в душе он так радовался своему отпору. Улыбка сама появлялась на уставшем лице. Пусть он и знал, что это лишь маленькая победа в одном поединке и дальше ждет целая битва, Марк все равно был рад. Он шел в сторону кампуса, где можно было часто увидеть Джебома, который в абсолютной тишине пережевывал совсем невкусные, но собственного приготовления снэки. Дружелюбный староста не изменял своей привычке, всё также сидел на одной из скамеек. Иен быстро подбежал к нему, чуть ли не напугав друга. — Боже, нельзя ведь так пугать людей, йа! — Джебом шутливо ударил друга по плечу, заставив того еще ярче улыбнуться. — День задался хорошим? Марк натянул ворот водолазки до подбородка и закивал головой. — Я дал отпор Джексону, чтобы больше не доставал меня тупыми издевками — Иен решил промолчать о том, что все заканчивалось не только издевками. Джебом съел последний кусочек снэка и удивленно взглянул на него. Он поменялся во взгляде и с серьезным видом скомкал салфетки, которые через мгновенье с точностью полетели в мусорное ведро. — Будь аккуратен, он безумен и может пойти на что угодно, — Джебом сжал руку Марка и обеспокоенно оглядел его. — Я буду играть по его же правилам, — он громко фыркнул, но руку не вытянул с захвата. — Ты не понимаешь, — староста, как мудрый старик, повертел головой. — Когда я говорю, что он безумен, я действительно имею в виду что-то безумное. После ланча Марк в раздумьях спускался по лестнице, слова друга застряли в его голове. Неужели всё, что перетерпел он, это лишь верхушка айсберга? Может ли быть что-то еще хуже? Туан коротко хмыкнул и еще раз понял бредовость этих мыслей. Ван ведь признал его равным себе, своим соперником, а значит теперь этих унижений точно не будет. Как же сильно он хотел в это верить, до невыносимости.

ххх

— И почему он так виляет хвостом перед этим задротом? — Джексон раздраженно фыркнул и отошел от окна. — Наверное, потому что Джейби не насиловал его и не издевался над ним? — Джинён со скукой в голосе, сложил руки замком, сидя за столом. Ван от его слов даже остановил свои нервные шаги по комнате, Югем от этого аккуратно присел на стул. — Наверное, ты прав. — Ван медленно подошел к Джинену и оперся руками об стол. — Вот только свое остроумие можно заглушить внутри, иначе так можно языка лишиться. Они испепеляли друг друга взглядом, поэтому в диалог решился влезть самый младший. — Да сдался он тебе, найди себе кого-нибудь другого, — Югем посмотрел в окно, откуда было видно, как на кампусе сидел Марк со старостой. Джексон отошел от стола и снова подошел к окну, он смотрел куда-то сквозь Марка. — Сначала я хотел просто взять этого из-за его миленького лица. Отдайся он сразу, я бы отпустил его, но это гаденыш посмел задеть мою гордость и тогда мне захотелось раздавить его со всей силой, — Король сжал руки в кулаки и стал разминать их. — Его голос и тело, мне оно понравилось и мне было мало одного раза. Джинен тихо присвистнул на его слова, он считал, что Король окончательно съехал. — С тобой впервые что-то подобное, друг, — Джинен встал со стула и отряхнул рукава своей рубашки. — Хочу больше его слез и криков. Хочу, чтобы он орал и страдал в моих руках, чтобы вся его жизнь зависела лишь от моих действий, — Джексон сжал корни волос в руках и мучительно издал небольшой стон, после чего со всей силой швырнул свободный стул в дальнюю стенку. — А что делать будешь, если сломаешь паренька? — Джинен задал последний вопрос, перед тем как уйти. — Мне будет плевать, пока я могу брать его. Джинен рассмеялся на весь пустой кабинет и как-то между смехом на прощание добавил: — И всё же, какая же ты бездушная тварь, Джексон.

ххх

Прошел день после заключения новой игры и Марка начинала пугать эта запредельная тишина. Словно само затишье перед началом чего-то страшного, он буквально ждал подвоха с каждого брошенного слова, действия. Странным совпадением было к тому, что Джексон снова не появился на уроках, в отличии от своих друзей. Чувство беспокойство не отпускало его во время всех уроков. И вот тут оно дало о себе знать. Туан подошел к своему шкафчики и когда открыл его, то нашел в нем толстый конверт. Трясущими руками он вынул оттуда кучу своих фотографий, где парни его насиловали. Глаза бегали по всем этим ужасным кадрам, которые были сделаны с абсолютно разных ракурсах. Собрав всю волю в кулак и засунув все фотографии обратно в конверт, Марк шел в сторону общежития. Ноги подкашивало от всех воспоминаний в этой комнате, но он все равно нашел в себе силы грубо открыть дверь и громко ее захлопнуть. Там, на кровати в самом центре, сидел торжествующий Ван. Довольная улыбка лишь еще больше растянулась, когда запаханный Туан собственной персоной ворвался в логово опасного зверя. — Джексон, ты, черт подери! — Марк громко кричал. — Сохрани силы, друг, у меня есть к тебе выгодное предложение. — Я тебе не друг, ублюдок, — он швырнул толстый конверт на пол. — Чего ты хочешь? Джексон резко поменялся в лице, от былого веселья не осталось и капли. — Эти фотографии навсегда исчезнут, если ты мне отдашь себя на одну ночь. Он был абсолютно серьезен, а Туан не мог и слова вставить, настолько он был в шоке от его прямоты и наглости. — Почему я должен тебе верить? — Хорошо, не верь. Но эти фотки будут завтра у всех на виду, — Джексон театрально развел руками, скучающе посмотрев на Туана. — Это шантаж, Джексон, а не выгодное предложение, — Марк натянул злую улыбку, а Ван тихо фыркнул, словно в шантаже и предложении нет никакой разницы. Иен не хотел вспоминать те ужасные минуты, не хотел снова их испытывать, однако Король снова обхитрил его, поставив мат. — Ты и твои друзья? — Оу, нет. Теперь только я, — Джексон скорчил лицо милого парня и Туану хотелось от этого блевать. Отдаться этому подонку и конец всей этой дурацкой истории, Марк перевел дыхание. — Хорошо, я согласен. — Отлично. Тогда в девять жду тебя в своем доме, не теряй адрес, Марки, — от своего имени он передернул плечами и резко выхватил стикер с адресом из рук. Не желая и минуты терять в его обществе, Туан сразу же вышел из комнаты.

ххх

Марк успел забыть, что Джексон не простой избалованный паренек, он в придачу еще богатый. Невероятно дорогущие многоэтажки давили своей роскошью на парня, который желал куда-то деться, все еще не веря, что согласился на этот чертов шантаж. Иен зашел в нужный подъезд, нажал нужный номер этажа, и просто чуть ли не сгрыз все ногти от нервов. Он немного дернулся, когда лифт оповестил о открывающихся дверях. В ноги слабость ударила моментально, стоило глазам увидеть нужную дверь квартиры. Марк стер легкую испарину на лбе рукой и негромко постучался в дверь. Ждать гостя долго хозяин не заставил, буквально через пару секунд в проеме двери показался опрятный и шикарно одетый Ван. Туан подумал, что будь они в лучших отношениях где-то в параллельной Вселенной, то он бы окатил парой шуточек парня о его одежде. Ван выглядел так, словно принялся соблазнять его. — Проходи, — его тон голоса был спокойным с небольшой хрипотцой. Выглядел уставшим, он шел по коридору и одновременно расстёгивал пуговицы белоснежной рубашки. От ненавязчивости всей этой ситуации Марк сильно чувствовал неловкость и может некоторое смущение. Из головы совсем вылетело, что Джексон может быть тоже обычным человеком, который может уставать. Однако Иен все еще отчетливо помнил, как ужасно поступил с ним Ван. Он еще раз себе напомнил ради чего согласился и пришел сюда. Туан аккуратно проследовал на кухню, все еще не теряя бдительность. — Будешь что-нибудь пить? — Джексон вытащил бутылку вина и аккуратно разлил его в бокал. — Там нет наркоты, я не собираюсь усыплять тебя, — парень презрительно фыркнул на недоверчивое выражение лица гостя. — Давай, наливай, да так, чтобы я вообще забыл об этом, — на выдохе произнес Марк, а Ван лишь коротко хмыкнул, достав с полки еще один чистый бокал. Он молча протянул бокал, а Туан залпом его выпил.

***

— Раздевайся, — Джексон скинул с себя рубашку. Вся эта ситуация видимо забавляло его, но никак не Марка. Его руки словно застряли на вороте толстовки. Дрожь прошлась по всему телу, но никак не от трепета, его трясло от страха. Вспомнив, зачем он явился сюда, резким движением снял с себя толстовку. От вида худощавого и израненного тела, Ван скривился в отвращении. Было ли это отвращение к его форме тела или к себе, который нанес эти ранения - король не знал. Ему было неприятно лицезреть это и он отвел взгляд в сторону. Марк неуверенно лег на кровать и разум говорил ему бежать отсюда и просто забрать документы, перевестись куда-нибудь в другой город и конец всем проблемам. Однако уже было поздно и теплая рука Джексона прошлась по его плоскому животу. Туан резко напрягся и втянул поглубже воздух в легкие. Паника пришла к нему, когда он ощутил крепкую ткань, которой резко завязал ему руки Ван. — Марк, если будешь сопротивляться, я разошлю всем эти сранные фотографии! — один его грозный рык заставил Туана крепко сжать зубы и заткнуться. Он позволил связать свои руки и надеть на глаза повязку. Молодец, Марк, теперь ты точно в беде. — Мне нужно лишь сдержать рвотные позывы и ты отстанешь от меня? — О, да, — Джексон голодным взглядом осматривал беспомощного Марка. Иен всё размышлял в чем подвох этой встречи, не может же быть Ван таким нормальным с ним? Пока он углублялся в свои мысли, Ван медленно провел рукой от самой пятки до бедра парня, отмечая мягкость его кожи. Тогда Джексон не особо замечал всё, но сейчас у него много времени и он может с большим удовольствием и вкусом разделить его. Туан громко сглатывал, когда прикосновение ладоней по телу иногда заменяли теплые, сухие губы. В голове не укладывался образ того насильника и какого-то странного парня сейчас. Король разорвал цепь мыслей, когда поцеловал парня, чувственно прикусывая нижнюю губу. Он хотел оттолкнуть его, но вспомнил о связанных руках и о самом уговоре. Это было низко и ужасно, Туан не дурак и понял мотив его поступков. Джексон хотел, чтобы Марк сам молил его, умолял ублажать его. От этого осознания в горле накопился комок, который он сдерживал, чтобы не показать слабину этому козлу. А Ван будто и не ощущал или же не хотел чувствовать его эмоциональную борьбу, он продолжал испивать его, целуя поочередно его ключицы, шею и скулы. Иен понял, что он в дерьме, когда почуял, как стало жарко телу и как все сильнее забывалась та изначальная неловкость. Он как мантру повторял, как же ненавидит его, как сильно готов задушить его руками, и видимо это как-то помогало, потому что Джексон так долго возился с ним, а Марк еще не возбудился. Каждый раз, когда ему становилось приятно от очередного поцелуя или прикосновения, Иен напоминал себе, что это тот самый насильник, который надсмехался над его слабостью. Так прошло пять минут, затем еще пятнадцать, а пытки Джексона становились все изощрёнными и более старательными. — Ты так стараешься, словно я какая-та изнеженная девка, — Марк не мог не отпустить едкий комментарий. Ван поставил небольшой засос на шее, у Иена от него сперло дыхание в легких, чуть было не сорвался. — Не словно, а именно та самая девка, — его голос сильно хрипел от возбуждения, а руки плавно опустились к резинке трусов. Туан хотел снова что-то вставить, но вместо этого легко простонал. Иен зажмурил сильно глаза и пытался успокоить бешено бьющее сердце. Оно билось сильно больше от страха и панике, нежели от возбуждения. Марк не хотел, но вспоминал прошлые эпизоды, от этого он чувствовал себя более грязным, словно ему доставляло это все удовольствие и поэтому он снова здесь. Ком в горле давил так сильно, что хотелось кричать всему миру, что это не так. Он улавливал сбитое дыхание Джексона, от чего в лишний раз убеждался, что избалованный богач еще тот эгоист, который заботится о своем удовольствии. Туан тихо простонал, когда его рука сильнее обхватила член, а губы сильнее втянули кожу на шее. Иен подумал, что идея, где он представляет всё так, словно это происходит с кем-то другим, не такая уж и плохая. Ему нужно перетерпеть это и он сможет заново начать жить.