Вынырнуть в жизнь

      Оказалось, что вечерняя прогулка совсем не такая, как я себе представляла. Это не катамаран, который я видела в Китае, а большой теплоход с двумя огромными закрытыми палубами. На нижней - ресторан, на верхней - танцпол. Пока не совсем стемнело, теплоход подошел к Шильонскому замку. Красивое место. Все высыпали на палубу, опять фотографируются. Потом потянулись на ужин. Молодые, голодные волки, готовые друг друга съесть. В этот раз кормили нормально — шведский стол с овощами, мясом, рыбой, птицей, фруктами, десертами. Одноклассники в прекрасном настроении, замечаю у парней на столе большую бутылку с колой. Вокруг неё какой-то ажиотаж — передают со стола на стол, наливают друг другу. Выглядит очень странно.       — Поль, скажи, в бутылке с колой алкоголь?       — Ну, конечно, намешали с виски. Специально не прячутся, расчет на то, что тьютор и мадам не заметят, что делается у них под носом.       Как можно не понять, половина парней навеселе, девчонки хихикают, как ненормальные. Потихоньку салон пустеет, все торопятся танцевать.       Ко мне подходит Эмиль:       — Что скучаешь, моя принцесса, меня ждешь? А я уже здесь, хочешь глоточек для настроения? — алкоголь сделал его ещё более беспардонным и навязчивым, хватает меня за руку, тянет за собой. Сама не поняла, почему не сопротивляюсь. Ну, во-первых, очень люблю танцевать, во-вторых, опасная близость этого поганца для меня больший адреналин, чем паркур. Безумно нравится наблюдать, как он бесится от собственного бессилия.       Удивлена, но Эмиль отлично танцует, похоже где-то занимался, видна природная пластика и чувство ритма отличное. Композиция сменяется на медленную, на танцполе остаются только пары. Красавчик очень умело ведет, часть движений из танго, они мне незнакомы, но я хорошая ученица, к тому же с координацией всё в порядке, иначе, какой же я трейсер. Вполне улавливаю ритм, вокруг нас всё больше свободного пространства, когда музыка затихает, мы на танцполе почти одни, нам аплодируют.       Эмиль жарко дышит мне в ухо:       — Молодец, Фран, не ожидал, хорошо танцуешь. Сегодняшний вечер будет незабываемым, — он целует меня за ухом, потом поправляет прядь упавшую на лицо. — Непослушный локон, глаза цвета моря, влажный язычок, скользящий по пересохшим губам… Я запал на тебя с первого взгляда и с каждым днем нравишься мне всё больше. Уже представляю, какая ты на вкус, - он тянется к моим губам. Я отталкиваю его:       — Послушай, разве я сказала, что ты мне интересен? Не нужно играть роль моего парня, ты даже пробы ещё не прошел.       Он опять грубо сжимает мою руку, в глазах злоба:       — В этом кастинге у меня нет конкурентов. Если мне понравилась женщина, она будет со мной. Хочет или нет, мне неважно. Поняла? — он резко разворачивается и идет к выходу из зала. Натыкается на своего друга, обнимает его за плечи, эмоционально о чем-то говорит, размахивая руками. Рик кивает головой, потом достает что-то из кармана, передаёт Эмилю, затем они вместе подходят к Ане, она роется в сумочке, протягивает им какую-то карточку. Какую-то карточку? Можно не сомневаться, это ключ от моего номера.       Настроение никакое, больше не хочу ни танцев, ни разговоров. Самодовольный нахал добился своего - я думаю о нем. Но лучше ему никогда не знать мои мысли. Размышляю: справлюсь сама или попросить помощи у Поля. Наверное, дружеская поддержка не помешает, вспоминаю историю с Рисой: от Эмиля и его друзей можно ожидать чего угодно. Я уже жалею, что устроила эксперимент с этим чудовищем, вдруг не справлюсь, и всё закончится плохо.       Теплоход пристаёт к берегу. До отеля близко, тихо идем по ночным улицам. День был бесконечно длинным, мои одноклассники так устали, что не слышно ни болтовни, ни смеха. У всех одна мечта — добраться до подушки. Мы с Полем шепотом обговариваем наш план.       В номере быстро переодеваюсь: снимаю узкий топ и пиджак, но брюки оставляю, они достаточно удобные, сверху надеваю свободную рубашку. Слышу тихий стук в дверь, это Поль. Лихорадочно мечемся по комнате, выбирая, где ему лучше спрятаться. Ванная — нет, шкаф для одежды — нет, под кровать — ещё более глупо. Вспоминаю, что отель в старом доме, значит подоконники должны быть очень широкие, так и есть — лучшее место трудно придумать. Шторы прекрасно скроют его.       — Сиди тихо, не вздумай всё испортить. Как договорились, обозначаешься в одном случае, если я тебя зову. Пожалуйста, Поль, без инициативы. Ещё раз повторяю: я справлюсь сама, ты только меня страхуешь. Хорошо?       — Ладно, не самый лучший план, но я согласен.       Задергиваю шторы, выключаю верхний свет, оставляя лампу у кровати, успеваю проскользнуть под одеяло. Слышу возню возле двери, она открывается. Свет в коридоре позволяет хорошо рассмотреть незваного гостя. Он один. Выглядит как-то странно, неужели ещё выпил для храбрости. Расстёгивает рубашку, я сквозь ресницы наблюдаю, снимает ботинки, вытаскивает ремень из брюк.       — Франческа, не притворяйся, ты же не спишь. — Стаскивает одеяло, одновременно наваливается на меня всем телом, губами впивается в мои губы, рукой начинает сдирать с меня штаны. Я со всей силы бью его ногой в пах. Шесть лет в Китае не прошли впустую. Я знаю некоторые приемы самообороны из восточных практик. Моя нога словно ударяет по камню, Эмиль издаёт нечеловеческий вопль:       — Сука! — держит руки между ног, катается по полу и жутким голосом продолжает орать. Не ожидала такой реакции, для мужчин этот удар очень болезненный, но чтобы так орать.       Поль спрыгивает с подоконника:       — Прекрати немедленно, что ты вопишь, как баба. Сейчас охрана прибежит, сам виноват, какого черта припёрся к ней.       Эмиль не успокаивается, из его глаз катятся слёзы:       — Таблетка, это всё таблетка. Я сейчас умру. — Ничего не понимаю, какая таблетка, он что, болен и ему нужно принять лекарство. Поль с трудом сдерживает смех:       — Эмиль, ты законченный идиот, сколько ты выпил? Целую или половинку? — и обращаясь ко мне: — Он виагры нажрался, хотел на тебя впечатление произвести.       Черт возьми, ну почему все парни такие придурки, как можно было додуматься до такого? Я смотрю на него, такой жалкий, сидит на полу, держится за свой драгоценный орган, раскачивается из стороны в сторону и воет, как раненый зверёныш. Куда делись заносчивость и снобизм? Передо мной глупый, закомплексованный мальчишка, жутко неуверенный в себе.       — Эмиль, не стоило тебе приходить сюда, неужели не понятно, что не ты будешь первым. — Вечно у меня язык впереди мозга. Сказала и думаю: Франческа! Что ты несешь? Он на секунду даже выть перестал, Поль тоже удивлённо таращится на меня:       — Первым? Я ничего не понял, герой-любовник с таблеткой для храбрости и девственница-амазонка. Встретились два инвалида, — он смеётся.       — Проваливайте оба! Надоели, я спать хочу. Поль, твои комментарии меня бесят. Уходите. Эмиль, ключ положи на стол. Пошли вы… я хорошо усвоила уроки французского, то ругательство, которое они услышали, вызвало бы удивление даже у портовых грузчиков.