Вынырнуть в жизнь

      День казался бесконечным, я не поехала к своим молочным монстрам, надоели. По дороге домой опять задумалась и проехала нужную остановку, потом шла пешком, смотрела, как ветер носит осенние листья, и снова слышала в этом шуме мягкий шепот волн.       Дома не раздеваясь, даже школьный рюкзак за спиной, сижу на диване в гостиной и не могу найти в себе силы встать. Мама выходит из кухни, смотрит на меня, улыбается, затем помогает снять куртку, садится рядом, обнимает за плечи и тихо произносит:       — Рассказывай!       — Мама, я не знаю, что рассказывать, но он удивительный, так интересно говорит, и голос, необыкновенный голос, я никогда не слышала, чтобы у человека был такой красивый голос. И имя, красивое, очень красивое имя, — я не понимаю, почему мне не хватает слов, почему я говорю, как слабоумная, мысли в голове путаются, что со мной происходит?       — Франи, девочка моя, да ты влюбилась! — мама улыбаясь гладит меня по голове, как когда-то давно, когда я пятилетняя рассказывала про мальчика, который подарил мне леденец и поцеловал в щечку.       — Нет, мама, как я могла влюбиться, я его даже толком не рассмотрела.       Мама смеётся:       — Это совсем не обязательно, даже если у него глаз стеклянный и одна нога короче другой, в таком состоянии ты ничего не заметишь.       — Нормальные у него ноги и глаза темные, красивые. Что смешного? Неужели всегда так бывает? Почему я всё время думаю о нем? Почему веду себя, как идиотка? Это можно контролировать?       — Ой, а кто-то мне недавно говорил, что ничего не чувствует, никто не нравится, любовь это выдумка и бывает только в книжках и в кино, — мама опять улыбается.       — Перестань издеваться, лучше скажи, как выйти из дурацкого состояния. Почему я не могу о нем не думать? Видела человека меньше часа, он меня даже не вспомнит никогда, а я нахожусь в прострации и глупых мечтах.       — Я не издеваюсь, как ты могла подумать. Хочу сказать, что неразделенная любовь, такое же сильное чувство, как и любовь взаимная. С ней бесполезно бороться - она либо есть, либо нет. Если чувство настоящее, то это огромное счастье, хоть проживать его и непросто. Не нужно сопротивляться, просто слушай своё сердце.       — Ладно, мама, хватит красивых слов. Ничего не случилось, проехали. Я к себе пойду, завтра по философии работу «Умение критически мыслить в современном мире» сдавать. Пойду подумаю, как применить философские мысли к собственной жизни. Обедать не буду, к молочникам не поеду, скажи папе, я плохо себя чувствую. — Мама грустно смотрит на меня, опять думает: «сложный возраст, она совсем меня не слышит». Да слышу, просто, вы взрослые всё знаете, всё видели, считаете, что если мы мелкие, значит, «глупые и смешные».       Сижу в своей комнате, на компьютере закольцованный ролик — Трис бежит за поездом, волосы развеваются на ветру, снова бежит, снова и снова. Любимый момент в фильме, я сама сделала это видео, оно завораживает меня, но сегодня, смотрю на неё и представляю, что это я догоняю бесстрашных, это мне сейчас протянет руку удивительный мужчина. Но вижу не любимого актера, а совсем другого. И вновь Трис бежит, бежит, бежит… Я схожу с ума.       На следующее утро проснулась с тяжелой головой. Всю ночь мне снился поезд, я бегу за ним, на площадке последнего вагона сидят герои моих комиксов, веселые молочно-кислые бактерии, злорадно улыбаются, показывают мне разноцветные языки и задорно орут: «Нас не догонишь».       В комнату заглядывает мама:       — Как ты? Выглядишь не очень. Если хочешь, можешь остаться дома, я позвоню мистеру Уолтеру.       — Нет, спасибо, не нужно. Извини, пожалуйста, я вела себя вчера, как истеричка. Не обращай внимание, со мной все в порядке. Правда.       — Это нормальное состояние влюблённой девушки…       — Мама, ты опять! Не говори со мной как с тяжелобольной. Ни в кого я не влюбилась. Забудь!       — Хорошо, быстро одевайся и завтракать, папа может подвезти тебя, он поедет в сторону школы.       Только папы не хватало, сейчас начнутся расспросы: почему грустная, что болит, почему к молочникам не поехала. Как сказать, что я больше туда вообще не собираюсь. Отложим объяснение, скажу голова болит, что является обманом лишь частично. Мой мозг настолько туго соображает, что пять минут назад я стояла в своей комнате в куртке, с рюкзаком и в носках, рассматривала себя в зеркале и силилась понять, что со мной не так? Жаль отражение пальцем у виска покрутить не может: «Штаны надеть не пробовала»?       В машине папа удивленно смотрит на меня; моё настроение для него непривычно, обычно мы болтаем всю дорогу, смеёмся, он вспоминает забавные истории про любимую науку, старается заинтересовать меня. Наивный, зря старается, все уловки «шиты белыми нитками», я не люблю химию и вряд ли смогу полюбить.       Сразу сказала, что голова раскалывается, отворачиваюсь к окну и закрываю глаза. Через несколько секунд проваливаюсь в пустоту: ни снов, ни мыслей, ни эмоций.       Просыпаюсь, папа тормошит меня:       — Франи, открывай глаза, приехали, — целует меня. — Хорошего дня, девочка!       — Спасибо, папа, до вечера.       Подхожу к школе, возле входа, как обычно, ждут мои друзья. Поль держит Лили за руку, что-то рассказывает, она с нежностью смотрит на него.       Обычно я не обращаю внимание на откровенные проявления чувств. Только целующиеся в метро парочки, особенно однополые, вызывают легкое недоумение, неужели нельзя найти более малолюдное место? Но сегодня, мои друзья вызывают бурю эмоций, внутри незнакомое чувство, похоже это зависть. Я тоже хочу так смотреть на парня, и пусть он держит меня за руку. Фран, ты ли это?       — Привет, Франческа! — похоже, меня наконец заметили.       — Привет! Круто смотритесь вместе, рада за вас, — Лили смущается, она знала о симпатии Поля ко мне и теперь ей неловко. Мы обмениваемся традиционным приветствием, успеваю шепнуть:       — Расслабься, я действительно рада, — она облегчённо улыбается. Послушайте, я вчера плохо себя чувствовала, на бизнесе ничего не поняла, что за проект у брата Барбары? — стараюсь говорить равнодушно, чтобы они не догадались.       — Это очень классный бизнес, но до начала урока три минуты, к мадам Бонне лучше не опаздывать, расскажем после, — Поль обнимает Лили, они идут впереди, я плетусь сзади.       Были какие-то уроки, что-то объяснили преподаватели, я опять смотрела в окно, рисовала смайлики на полях тетради, думала о том, чем же таким интересным он занимается. Рассматриваю спину Барбары, наверное хорошо иметь старшего брата. Однако, как брат он мне совсем не интересен. Что со мной происходит? Почему я превратилась в вязкую бессмысленную субстанцию с единственной пульсирующей жизненной точкой в мозгу. Если мама права и это состояние называется любовью, я не хочу, не хочу, не хочу… Я хочу вернуться к себе настоящей: веселой, критически мыслящей, независимой Фран. Прошел только день; до следующего занятия по бизнесу — неделя, и не факт, что на него придет Даниэль, это может быть лысый фармацевт или заумный программист или девушка-дизайнер. И тогда две недели, или три, или четыре. Вечность!       Большая перемена, жду своих друзей, надеюсь, они расскажут что-то интересное. Неожиданно ко мне подходит Барбара:       — Привет, Фран! Удивлена? Ты знаешь, я наблюдала за тобой все время, и сделала вывод: ты мне почти нравишься, предлагаю заключить перемирие и начать нормально общаться. — Я не верю своим ушам, эта стерва посмела заговорить со мной. Неужели она думает, что я ничего не знаю. Она реально хочет со мной дружить? Или в действии новый план Эмиля. Тем временем она продолжает:       — Через два дня в субботу у меня день рождения. Хочу устроить небольшой праздник. К брату обращаться не буду, я уже взрослая и вечеринка мне нужна взрослая, с выпивкой и танцами. Мама уехала на неделю к отцу в Базель, дом в моём распоряжении. Хочу пригласить тебя, не переживай, Эмиля не будет, я в курсе, что произошло в Монтрё, бедный малыш, — она ехидно смеётся, — а ты молодец, не ожидала, что так технично отошьёшь его. Чтобы тебе не было одиноко, я приглашаю твоих друзей Поля и тихоню Лили. Будет мой парень Андре, Амаль, Ана с Риком, ну и Дани, мама наказала брату присмотреть за нами.       Моё сердце сейчас выпрыгнет из груди, она даже не догадывается, что последняя фраза решила всё. Как сохранить равнодушное лицо, когда хочется прыгать от счастья. Невероятным усилием сдерживаю улыбку:       — Очень неожиданное приглашение, я подумаю.       — Что тут думать, у Барбары один раз бывает восемнадцать лет, — она смеётся, удивительно, но её смех не кажется мне противным. С ума сойти, я готова бежать в гости к этой змеюке.       — Хорошо, если ты не против, сначала поговорю с друзьями.       Лили и Поль не в восторге от приглашения:       — Франческа, ты хочешь туда пойти? Зачем? Они смеялись над тобой, всё время помогали Эмилю, ты представляешь, если бы в Монтрё на твоём месте оказалась другая. Их план был идеально продуман и все бы получилось. Ты готова забыть? И японскую девочку с искалеченной судьбой? — подруга смотрит на меня с недоумением. Я лихорадочно соображаю, как их уговорить. Стараюсь говорить легко и убедительно:       — Нельзя жить прошлыми обидами. Я считаю, что унижение, которое он испытал в Монтрё, пусть небольшая, но компенсация за злодейства. Не собираюсь дружить с Барбарой, но хочу посмотреть на французскую вечеринку. Я на востоке жила шесть лет, здесь, наверное, всё по-другому. К тому же, и вам, не помешает немного развлечься, побыть вместе, — последние слова стали решающими, Поль уже согласен, вижу, как загорелись его глаза. Теперь мы вдвоем ждем решения Лили, моё сердце выпрыгивает из груди. Подружка, моя дорогая подружка, скажи, пожалуйста, что я хочу услышать. Она смотрит на своего парня, тот с улыбкой кивает головой. Её глаза становятся мечтательными:       — Вас больше, придется подчиниться. Я не в восторге, но черт с вами, давайте сходим, посмотрим как веселится золотая молодежь, — она опять улыбается Полю и становится очаровательной, чувства преображают людей, они выглядят счастливыми. Только я ощущаю себя безмозглой амёбой, влюблённой непонятно в кого.       Не помню, как прошло оставшееся время в школе. Дома, с порога кричу:       — Мама, мамочка, ты где? Скорее иди сюда.       — Что за шум? Что-то случилось? — мама выходит мне навстречу.       — Скажи, где моё платье, то бирюзовое с пышной юбкой, я одевала его на семнадцатилетие. Надеюсь, мы не оставили его в Китае.       — Конечно нет, оно в чехле, в моём шкафу. Ты куда-то собралась? Не думала, что захочешь надеть его ещё раз. — Надо сказать, я тоже не собиралась вспоминать о нем. Мама купила платье в Милане два года назад, когда мы ездили к бабушке, потом прятала от меня и показала только перед днем рождения. Оно нереальное, расшитый шелком жесткий верх и юбка из нескольких слоёв тончайшего фатина. Мама говорит с сожалением об этом платье, потому что я устроила позорную истерику и чуть не выбросила его в мусорный бак. Мои друзья подготовили мне сюрприз на день рождения, все оделись в одежду для паркура, перед этим научились выполнять простейшие трюки и хотели делать их вместе со мной. Я ничего не знала, надела это платье, родители еще и лимузин заказали, приехала как принцесса, а все в спортивной одежде. Сюрприза не получилось, друзья чувствовали себя неловко, кататься по городу не захотели. Я не спала всю ночь, накрутила себя, что мама виновата: испортила мой праздник, придумала дурацкий наряд и этот лимузин. Перед родителями потом, конечно, извинилась, и с друзьями всё было хорошо, но платье это я больше не видела и не вспоминала.       — Мама, меня пригласила на день рождения одноклассница. Я хочу быть самой красивой, поможешь мне?       — Что-то я не понимаю, ещё вчера ты переживала из-за несчастной любви, а сегодня уже собираешься на праздник. Быстро же ты успокоилась, — она с удивлением смотрит на меня.       — Как ты не понимаешь, это же восемнадцатилетие его сестры, и Даниэль будет там.       Улыбка исчезает с маминого лица, она в момент стала серьезной.       — Можешь не сомневаться в собственной привлекательность, ты и в обычной одежде очень красивая. Я во всём помогу. Но мне необходимо поговорить с тобой не об этом. Пожалуйста, выслушай меня без эмоций и не перебивай. Я очень хорошо знаю, как проходят подобные вечеринки. Скорее всего, родителей не будет, а будут алкоголь, музыка и молодые парни. Я доверяю тебе и всегда поддержу любой твой выбор, но мне нужно сказать одну важную вещь. Часто на таких веселых праздниках происходит… — Моей маме не хватает слов? Это на неё не похоже. — Не буду подбирать выражения, у меня никогда не было проблем в общении с тобой. Я хочу сказать о сексуальных отношениях…       — Мама, ты о чем, у меня даже мыслей об этом нет. Я видела человека раз в жизни, он мне понравился, но при чем здесь секс? Я с ним не разговаривала ни разу, он о моем существовании не знает, как ты додумалась до этого?       — Франи, без эмоций. Я не сказала, что ты думаешь об этом. Просто хочу поговорить о некоторых нюансах. В современной жизни многое изменилось. Молодые люди считают сексуальные отношения частью обычной жизни и не придают этому особого значения. И я не имею ничего против. Ты достаточно взрослая и разумная девушка, сама решишь, когда и с кем. Мое дело сказать тебе о безопасности. Твоё здоровье — только твоя забота. Никогда не надейся, что парень всё предусмотрит. Ты, понимаешь, о чем я говорю.       — Понимаю! Но это не актуально.       Мама поднимается с дивана:       — Подожди! — выходит из комнаты, через несколько минут возвращается, в её руках небольшой цветной пакетик. — Вот, положи в сумочку. Я должна быть уверена, что ты об этом не забудешь.       Открываю пакет, в нем три блестящих квадратика и какие-то две таблетки. С первым всё ясно, ещё в средней школе рассказали и на бананах продемонстрировали, но зачем лекарства?       — Это китайский препарат, нейтрализует любой алкоголь или наркотик. Выпиваешь одну таблетку и всё в порядке. Я помню, что ты мне рассказывала про японку, и не хочу повторения этой истории. Никому их не показывай, препарат нелицензированный, его продажа в Европе запрещена. Я дам тебе ещё одну, выпьешь перед вечеринкой.       — Ты меня как спецагента готовишь, будто я не на день рождения иду, а в логово врага с секретной миссией. Забыла сказать, я не одна, моих друзей тоже пригласили, а жуткого Эмиля там не будет. Обещаю не напиваться и в постель к первому встречному не запрыгивать. Тебе стало спокойнее?       Мама смеётся:       — Матерь божья, твой отец рассудка бы лишился, услышав всё это.