Сказка на ночь.

Сиэль сидел в мягком, удобном кресле перед старинным камином и наблюдал, как огонь поглощает обуглевшиеся куски дерева. Древесина тихонько потрескивала — этот звук, по-своему успокаивал и вводил в некий транс. За окном шёл сильный ливень, поэтому гостившие в графстве Фантомхайв Лау и Лан-Мао, не смогли уехать к себе. Лау долго рассказывал графу о таинственных преступлениях, которые зачастили в городе. Якобы кто-то по ночам забирается в дома и убивает хозяев, пока те мирно спят. Сиэль объяснял ему, что умереть во сне — не самая жестокая и страшная смерть. Лау поправил своё изысканное кимоно, достав наконец-таки руки из огромных, свисающих рукавов и приобняв сестру, произнёс: «Рядом с ней — мне ничего не страшно. Смотри, чтобы твой преданный Дворецкий оставался начеку, а то знаешь ли, ведь никто убийцу этого так и не видел, может быть он и не человек вовсе? Все может быть…» Последнюю фразу гость монотонно протянул, потом закурил, пуская вальяжно кверху круги дыма, и начал философствовать, — это сводило графа с ума. Когда пришло время прощаться, погода явно была не на стороне Сиэля, не выгонять же их было в такой ураган? Себастьян проводил гостей в комнату, а после вернулся к своему хозяину. Появился в дверях он тихо, словно подкрался, как тень: — Юный господин, Вам пора ложиться спать. Вашу кровать я уже подготовил, — вежливо, как обычно, произнес он своим спокойным, низким голосом. — Сейчас, — ответил граф, но все также продолжал сидеть и о чем-то размышлять. — Как ты думаешь, Себастьян — убийства про которые рассказывал Лау, совершает человек? — Я этого не знаю. Хотите, чтобы я разузнал об этом поподробнее? — Нет. Пока её Величество Королева Виктория, не посчитает это важным, мы не станем вмешиваться. — Тогда позвольте узнать, что Вас так гнетёт? — Ничего, забудь. Себастьян посмотрел на свои часы, висящие на серебряной цепочке, с гравировкой герба семьи Фантомхайв, и вежливо поклонившись, повторился: — Все-таки уже поздно, пойдемте я провожу Вас в вашу спальню. Мальчик встал, оперся о ручку в форме черепа, своей персональной, заказной трости и последовал за Дворецким. Дождь прекратился, и через приоткрытое окно стал доноситься прохладный, свежий воздух. По стеклу продолжали скатываться крупные капли дождя. Сиэль, все никак не мог выбросить из головы слова Лау. Себастьян бережно накрыл своего хозяина одеялом, и погасил рядом с его кроватью восковую свечу. Как только дворецкий собрался уходить, Сиэль крепко схватил его за руку, останавливая: — Постой, Себастьян! — после этой выходки, он даже не осмелился посмотреть в лицо демону, взгляд его был прикован к полу. Просьбу, которую он собирался произнести, просто язык не поворачивался озвучить, но ведь в конце концов, он его слуга и должен выполнять любой приказ. Набрав воздух в лёгкие, он тихо процедил, — я хочу, чтобы ты остался со мной — это приказ! Себастьян внимательно посмотрел на своего господина, изумленными глазами. Неужели, этот высокомерный, жестокий мальчишка, который столько всего повидал в жизни — проявляет страх? Конечно, Агни не раз напоминал ему, что Сиэль ещё ребёнок и нужно быть внимательней, по отношению к нему… Взгляд демона смягчился: — Слушаюсь. Неужели, россказни Лау Вас так напугали? — Вот ещё! Не забывай с кем разговариваешь, Себастьян! — Прошу прощения, милорд. — Моя душа должна принадлежать по контракту тебе, а не какому-то — ночному убийце. — Хотите сказать, Вы так заботитесь обо мне? — саркастично произнёс демон и улыбнулся. — Замолчи, Себастьян, это в твоих же интересах! Я уже сказал, что мой сон ты будешь охранять, пока ситуация не прояснится. Думаю, Скотланд-Ярд его быстро поймают. Себастьян промолчал и медленно снял свой двубортный фрак, оставшись в сером жилете, надетым поверх белоснежной, идеально-выглаженной рубашке. Его черные, угольные волосы спадали на бледное лицо, сквозь рассыпчатые, свисающие локоны, сверкнули красноватые глаза, с узкими зрачками. В этот момент показалось, что он собирается не охранять, а нападать — будто какой-нибудь хищник из семейства кошачьих. Но демон лишь сел в кресло рядом с окном, и стал наблюдать за хозяином. Прошел уже битый час, но Себастьян чувствовал, как мальчишка всё ещё не спит: — Почему же Вы до сих пор не уснули? Что Вас тревожит? — спросил он, стараясь вежливо показать свою заботу, но на самом деле, им двигало лишь обычное любопытство. — Не могу заснуть, в голову лезут дурные мысли. Себастьян, расскажи мне что-нибудь, отвлекли меня! — заявил Сиэль, похожий в этот момент на привередливого и капризного ребёнка. — Я не особо умею рассказывать людские сказки, но раз Вы так просите, — он глубоко вздохнул, — хорошо. «Одной глухой ночью, на крыше старого дома разговаривали Демон и Ангел. Они рассуждали о жизни, но неожиданно увидели, что внизу сидел хозяин этой гнилой лачуги, вид у него был отчаянный. Этот человек схватил дрожащими руками нож, и собрался покончить со своей никчемной жизнью. — Вот видишь, — произнёс Демон. — Люди совершенно не ценят то, что имеют. — Нужно его остановить и помочь ему, — вмешался Ангел, ожидая совета от собеседника. Демон, хищно улыбнувшись, сказал: — Так вперёд! Помоги, — он махнул рукой, мол, ступай. Ангел спустился к несчастному мужчине, на своих светлых — словно у лебедя крыльях. Человек вначале испугался творения божьего, но, потом поняв, что он с добрыми намерениями, объяснил свою трагедию. Мужчина рассказал Ангелу, что уже очень давно влюблен в одну прекрасную девушку, но он потерял её и не может найти, тогда человек попросил у святого крылья на одни сутки, чтобы найти свою любовь. Ангел посмотрел на Демона, и тот снова положительно кивнул. Так, этот смертный получил крылья, обещав, что вернет их на следующую ночь. Сутки проходили безрезультатно, хозяин дома не возвращался и, похоже, не собирался отдавать такой уникальный, божественный дар. На крыше дома, все так же сидели Демон и печальный, бескрылый Ангел. — Почему он не вернулся? Он ведь обещал, — тихим голосом проговорил святой. — Я видел его недавно с твоими крыльями и узнал, что девушка его никогда не любила, и вовсе не терялась. Мужчина просто был беден и скромен, а кому такие нужны? Зато, когда она увидела его с крыльями, то решила, что он особенный — что он ангел. Такой-то ей был и нужен. — Почему же ты меня тогда не остановил? Ты ведь чувствовал подвох и ложь… — изумился Ангел, а Демон лишь, улыбнувшись произнес: — Никогда не доверяй людям, и никогда не слушай демонов.» — Как Вам сказка, мой юный господин? — спросил Себастьян. — Обычно, люди рассказывают то, что помогает успокоиться и заснуть. — Граф, но ведь я не человек. Вы забываетесь. Дворецкий встал с кресла и приблизился к мальчику, он бережно снял с его правого глаза повязку, обнажая пентаграмму с контрактом. Печать на тыльной стороне левой руки, ответно сверкнула: — Не забывайте — кто я, и какова моя демоническая сущность, — демон провёл своими длинными — словно у музыканта пальцами, по голубовато-чёрным волосам своего господина. — Себастьян, какого черта ты делаешь? — Сиэль отодвинул руку демона от своего лица. — Пытаюсь Вас успокоить, как вы и приказали мне, — рука Дворецкого провела по белой, ночной рубашке мальчика, и стала медленно растягивать на ней пуговицы. — Себастьян, прекратить немедленно! — Сиэль ударил демона по щеке, но тот, словно не почувствовав пощёчины, продолжил. Чтобы мальчишка не брыкался, демон прижал его хрупкое, детское тельце к кровати, накрыв своим сильным телом. Себастьян все ждал, когда граф по настоящему прикажет — отстраниться, но этого не произошло. Тогда демон до конца расстегнул прозрачную рубашку, обнажая юное тело, своего господина, и принялся умело водить вкруговую, пальчиками по его нежно-розовым соскам. Вначале, сапфировые глаза мальчика внимательно наблюдали за выходками слуги, но потом, словно решив — будь что будет, он лег, закрыл глаза и наслаждался процессом. Рука Себастьяна коснулась худенького, плоского живота мальчишки и стала спускаться всё ниже. Сиэль сам раскрыл колени, давая возможность, для дальнейших, более откровенных действий. — Вы так развратны, но мне это очень нравится. Ещё один человеческий грешок. Ваше детское личико говорит о невинности и скромности, а сердце и тело говорят обратное, — не удержался и произнес демон. Руки Себастьяна уже примостилась на аккуратном, пока ещё мягком члене партнёра, движения ладонями были трепетными и профессиональными, отчего член стал плотнее и тверже, убрав свои руки, он прильнул губами к уже возбужденному стволу. Себастьян активно работал, своим длинным языком. В какой-то момент Сиэлю даже показалось, что его язык, словно змеиный, но он быстро отбросил эти мысли в сторону. Ему было сейчас на все плевать. На всё, кроме сексуальных действий, своего дьявольского дворецкого. Из его уст стали доноситься сдержанные стоны, дыхание мальчика участилось, а сердце бешено билось, словно он испытывал некий адреналин или волнение. Губы Себастьяна все плотнее сжимали его член, а руки продолжали массировать юную грудь. Граф от удовольствия, запустил свои узкие ладони в его шелковистые волосы, но Демон перехватил его тонкие запястья и отстранился. — Себастьян, почему ты прекратил? — в недоумении спросил Сиэль. — Думаю, я уже выполнил приказ, теперь Вам приятно и хорошо, дурные мысли Вас больше не преследуют. Или Вы хотите, чтобы я продолжал? — спросил Себастьян, улыбаясь коварной улыбкой. Как же Сиэль хотел, чтобы это удовольствие не прекращалось, но просить ласк от демона — это просто унизительно. Вместо просьбы и приказа, граф молча притянул к себе демона и поцеловал его холодные, тонкие губы. Сиэль жадно изучал, своим теплым язычком ротик партнера. Демону явно этот шаг, со стороны хозяина льстил, он даже злорадствовал внутри себя, но Сиэль страстно его желал, а все что он хотел, он привык получать. Тем-более, это ведь его слуга, и долг слуги — покорно повиноваться своему хозяину. Эта ночь длилась словно вечность. Белое одеяло упало на пол, составляя компанию, одежде дворецкого, которая была с него так быстро снята, в порыве акта. Кровать тихонько поскрипывала, под их ритмичными движениями и толчками. Лишь два контрастных стона, прерывали ночную дремоту. На следующее утро, неохотно открыв глаза, перед Сиэлем пристал, как всегда, элегантный и опрятно одетый дворецкий. — Не знаю, что на меня вчера нашло, но забудь об этом. Ты понял меня? — было первым, что граф произнес ещё сонным и хрипловатым голосом. — Я не понимаю о чем Вы? — удивился Себастьян и поднял вопросительного, свою чёрную, тонкую бровь. — О том, что мы выделывали ночью… — буркнул покрасневший Сиэль и отвел от него свой взгляд. Демон улыбнулся и хотел было рассмеяться, но видимо, сдержал свои смех в мерах приличия: — Мой юный господин, сдаётся мне, что Вам приснился довольно-таки интересный сон, вот и всё. Видимо моя сказка вам очень понравилась, — снова он еле сдавил смешок. — По крайней мере, Вы спали крепко. Сиэль покраснел, поняв, что сильно опозорился перед Себастьяном. Это ведь не первый такой развратный сон, который ему снился про него, и как он мог так облажаться и проговориться? Но Себастьян не стал больше издеваться и отправился накрывать на стол, зная, что от Мэйлин, как обычно, толку не будет. За трапезным столом, в общем зале, компанию графу к завтраку составили Лау и Лан-Мао. Дворецкий приготовил тёплые оладьи, политые горячим, карамельным сиропом и свежезаваренный, индийский, чёрный чай с бергамотом. Лау ел медленно, девушка же, сидела рядом и к еде даже не притронулась. Прожевав, Лау произнёс: — Ну и как Вам спаслось, после моей истории? — Довольно спокойно, — умело соврал граф, и отхлебнул глоток горячего чая. — Вас ничем уже не испугать… Жаль, придумывая её, я надеялся, что моя история Вас хоть немного напугает. Сиэль поперхнулся чаем, Себастьян хотел было помочь господину, но тот показал рукой, что все в порядке: — Так это все было лишь твоей выдумкой? — спросил Сиэль, — Знаешь что… — но дворецкий прервал его на полуслове: — Очень забавная история получилась, но мой господин не так наивен, чтобы верить в эти сказки, не так ли? — он повернулся к графу и ожидал ответа, тот взяв себя в руки, буркнул «Да». Демон лишь улыбнулся. — Всего лишь ночные выдумки — не стоит их бояться…