Nazi Alert

Остров Гуам, Тихий океан, 2 сентября 1946 года. - Как вы думаете, ****-сан, американцы ждут нас? - Бросьте эту чушь! Они заняты сейчас обороной Гавайев и Филиппин. Точнее, там расположены самые крупные их силы. А на Гуаме янки по-прежнему кутят, пьют виски и наслаждаются жизнью. Они всерьёз полагают, что никакой угрозы их благоденствию нет. - Пусть думают, что хотят! А ваша катана хорошо наточена на всякий случай, так ведь? - Безусловно. Катаны наших воинов тоже готовы ударить. Мягкотелые защитники Гуама почувствуют, как их тела разрубаются надвое. - А из них рекой льётся виски! Ах-ха-ха-ха-ха-ха-а-а-а-а!!! Я бы с удовольствием попил. А, кстати, что насчёт туземок? - И эту чушь забудьте раз и навсегда! Мы ни одной шаболде не позволим совращать воинов императора! Если императору будет угодно, мы всех туземок депортируем в метрополию и займёмся их перевоспитанием! В случае успеха возможно будет вернуть туземок назад. Вы с этим согласны? - Конечно, ****-сан! Когда высадимся-то? Я больше не могу ждать. - До берега осталось плыть две мили. Потерпите. Причудливой формы амфибия величественно рассекала воды Тихого океана. В ней держал курс на одну из "жемчужин Америки" один замечательный японский офицер. "Какой он к чёрту замечательный?!" - удивились бы вы. Действительно, с виду наш инкогнито ничем не выделяется в среде офицерского корпуса. Всегда себе на уме, всегда в сторонке от шумных компаний, всегда на работе... Про него не пишут газеты, не заливаются радостным лаем дикторы. Да кто это вообще такой? Так или иначе, на этого человека-загадку возложили немалой важности миссию. Пока пылают Филиппины и дымятся Гавайи, гарнизон Гуама наслаждается отдыхом и ничего не хочет знать о каких-то там япошках. А в это время мобильный сборочный цех в сопровождении четырёх паромов приближается к берегам острова. Рулевые докладывают о расположении полевого штаба на одном из прилегающих островков. Штаб никем и ничем не охраняется и повёрнут задом в сторону врага. Советник намекает командующему: - В прицелах мы видим хороший повод для диверсии. А в Вашем распоряжении есть трое ниндзя и трое инженеров. Офицер задумался: - С наличными силами можно взять командный пункт в открытую. Или Вы боитесь крови? - Никак нет, господин! Мы предлагаем взять штаб, лишить янки связи и отвлечь их внимание. Когда враг придёт в себя от замешательства, Гуам будет наш. - Хорошо! Второй паром, - дал он по радио указание, - причальте к острову и высадите инженера. - Повинуемся, - ответили на том конце. Транспорт пристал к берегу безымянного островка. Когда инженер сошёл на берег, командир сказал ему стоять на месте и ждать возвращения судна на исходную позицию. Подождав двадцать минут, инженер зашёл внутрь через чёрный ход. - Трогаем, трогаем! - сказал командующий. Японская группа кораблей сделала поворот "все вдруг" на 80 градусов влево. На горизонте замаячили силуэты американских транспортников. Японский стяг над командным пунктом заставил их снарядить целую экспедицию. Всё пространство налилось звуками сирены и возгласами янки. Японцы же незамеченными проскользнули на западный берег острова. Внимание их привлекло здание с вывеской "Банк", над коим развевалось звёздно-полосатое знамя. Судя по всему, оно служило дополнительным источником финансирования местных военных. Но куда девались халявные деньги? Рядовой Сатору Камато пустился в размышления: - Кажется, я понимаю, куда делись деньги из банка. Янки спустили их все на гулянки и на туземок. В противном случае эта зона имела бы надлежащим образом поставленную оборону. - Не говорите, Камато-сан! - согласился с ним гранатомётчик Иноуэ. - Может быть, инженер повернёт поток денег вспять? А командир как будто читал мысли Иноуэ: - Инженеры, захватите банк! Разорите безалаберных янки до последней нитки! Сказано - сделано. Второй инженер зашёл внутрь и водрузил японский стяг на крыше. Не обращая внимания на истерично завывавшую сигнализацию, японцы прошли дальше и заметили просторную бетонную площадку. Возможно, неприятель задумывал здечь грандиозную постройку. Но - опять же - сладкая тыловая жизнь смешала все планы американцев. "Что это могло быть здесь?" - подумал командир. Наконец, он объявил: - Обоснуемся тут. Процесс развёртывания базы начался. Ничто и никто не мешал японцам спокойно обживать этот клочок земли...

***

Американцы были серьёзно деморализованы. Они "прокутили" всё время на Гуаме, не готовясь к вторжению. Неизвестно, на спиртное тратили они накопления или на что-то другое, однако японцы понимали, что деньги уходили налево. В результате внезапного нападения янки потеряли практически всё: и связь, и единственный источник доходов. Они были обречены здесь на медленную и мучительную смерть. Отсрочить её могло только не вовремя начатое развёртывание японской базы. Но и оно было начато точно в срок. Когда амеры пришли в себя и вернулись на базу, было уже поздно. Незваные гости не только основали свою базу, но и уничтожили 60% вражеских зданий. Этот бой поражал своей скоротечностью и нелепостью. Экипажи "Матильд" и "Виллисов", ведшие вперёд пехоту, единственные оказывали какое-либо сопротивление. Но их было немного, а верховное командование выделило ответственному за операцию достаточно гранатомётчиков. - Хорошие баррикады получились! - сказал солдат Иноуэ, оглядывая останки бронетехники. - Теперь ваш ход, господа стрелки! Десять солдат с криками "банзай!" достали катаны и ринулись на троекратно превосходящих амеров. Дали о себе знать природная англосаксонская трусость солдат и тыловая распущенность. Не перенёсшие тяжёлого психологического удара янки массово подняли руки вверх. Лишь девять из них открыли огонь из "Томпсонов", но их быстро заткнули катанами. Остальные приняли решение не рисковать собой и сдались. Двадцать автоматов оказались на земле. Двадцать пар рук взметнулись в воздух в знак мира. - Хм, я почему-то не удивился, - молвил рядовой Камато. - И я тоже, - сказал другой стрелок по фамилии Ямада. - Как не удивляются сейчас на Филиппинах и в Индокитае. - Ну их к чёрту! Лучше посмотри на янки, какие они подавленные сейчас! - Камато обошёл амеров, размахивая клинком. - Поднимайтесь, трусы! Поднимайтесь! Живо! Победители обступили солдат плотным кольцом. Янки подчинились и встали. Навстречу им вышел командующий собственной персоной. - Эх, ребята, ребята... - произнёс он. - Стыдно мне за вас! Вас было так много, и вы так позорно капитулировали... Вот что значит война по-англосаксонски - сильны, когда против сражаются дикари с палками и копьями, а когда напоролись на равных себе - всё, конец... Стыдно за вас, трусы! Стыдно очень! Командующий не находил больше слов. Закончив нотацию, он построил пленников в шеренгу и погнал под конвоем к западному берегу. Там их ждала группа транспортников, чтобы перевезти трусов в метрополию. Поздно вечером весь Гуам был безоговорочно отдан в руки японцам. Инкогнито с честью выполнил своё первое в жизни задание. Хирохито сам рад тому, что не ошибся в выборе ответственного за Гуам и в дальнейшем будет на кого положиться. (продолжение следует)