Do not forget about me/Не Забудь Меня

Когда Реджина вышла из палаты Эммы и направилась в кабинет Вейл, то хотела задать пару вопросов. По дороге туда Миллс думала о том, как сказать Генри про его мать, чтобы несильно его шокировать. Думала, как они будут жить дальше, она знала, что Эмма рано или поздно узнает, что тут творится. Кто они друг другу, что здесь её родители. Брюнетка решила сначала поговорить с сыном, а после этого они с ним придумают выход из этой ситуации. Пока Реджина была в своих мыслях, она не заметила, как уже стоит у двери Виктора. Тяжело выдохнула и без стука зашла в кабинет. — Мисс Миллс? Вы что-то хотели? — Виктор не ожидал, что к нему так быстро придет мэр. — Да, Вейл. Как долго может длиться амнезия? — она подошла ближе к столу и села на кресло для посетителей. — Начиная от нескольких минут до недель, месяцев, а может, и лет. У всех по-разному. После того, как она отдохнет, я назначу ей томографию и пару анализов, — после сказанного брюнетка закрыла глаза и тяжело выдохнула. — Сколько её будут здесь держать? — Думаю, двух недель хватит. Но если с её самочувствием все будет в порядке. — Понятно, — Миллс встала с кресла и не попрощавшись ушла из кабинета. Она была сейчас в мыслях. В её голове не укладывалось, что Эмма могла их забыть. Когда Реджина уже была возле машины, то дала волю своим чувствам. Слезы градом покатились с прекрасного лица Королевы. Открыв дверь машины и сев в неё, она облокотилась на руль продолжая плакать. Через некоторое время, когда уже не осталось сил и слез, Миллс завела двигатель машины и поехала домой. Она должна привести себя в порядок, Реджина должна дать их ребенку поддержку. Когда брюнетка оказалась дома, то сразу направилась в спальню. Быстро приняв душ она сделала легкий макияж, чтобы убрать следы слез и мешков под глазами от бессонной ночи. Спустившись и убрав вчерашний накрытый стол решила присесть на диван и обдумать разговор с Генри. Миллс не успела понять, как уже уснула. Эта ночь забрала много сил. Через пару часов Генри пришел домой. Зайдя в него, он не услышал ничего. Сегодня был выходной, его мамы должны быть дома. Когда Миллс младший открыл шкаф, чтобы убрать своё пальто, он увидел пальто Реджины, а куртки Эммы не было. Брюнет решил пройти по дому и найти свою мать. Решил, что проверит сначала второй этаж. Генри первым делом пошел в комнату к родителям. — Мам, ты тут? — постучав сначала в дверь, а потом заглянув в комнату. Понял что там пусто. И так пусто было во всех комнатах второго этажа. Спустившись на первый этаж, Миллс направился в гостиную. И нашел одну из своих мам. Она спала на диване свернувшись в клубочек и Генри, смотря на это, только улыбнулся. Сходив за пледом в комнату он укрыл Реджину. Взяв свой телефон он решил позвонить своей второй маме. Но телефон был недоступен. Пожав плечами и убрав телефон, брюнет направился на кухню, чтобы перекусить. Спустя пару десять минут проснулась Реджина. Увидев. Что она укрыта пледом. Она улыбнулась, но вспомнив про Эмму её улыбка пропала. Встав с дивана она пошла искать сына. Найдя его на кухне и видя, как он за обе щеки уплетает вчерашний ужин, Миллс улыбнулась и, подойдя к нему, обняла со спины. — Привет, малыш, — поцеловав сына в щеку, она отошла к графину, чтобы попить воды. — Привет, мам, — улыбнувшись, ответил он, — а где Эмма? — сразу заметив изменения в лице матери, он встал и подошёл к ней. — Мам, что с тобой? — задав вопрос, он обнял её. Когда она оказалась в его объятиях, слезы снова покатились из глаз. Реджина только крепче к нему прижалась. Генри не понимал, что происходит, всё, что ему оставалось, так это обнять покрепче мать. Через некоторое время брюнетка успокоилась, разорвав объятья. — Генри, нам надо серьезно поговорить, — взяв его за руку она повела его в гостиную. — Мам, что происходит? Где Эмма? Вы поругались? — он сильно волновался за своих мам. Он думал, что они как обычно поссорились. Но видя, что мать плачет после упоминания Эммы, Миллс младший понял, что тут что-то хуже. — Присядь, — они уже стояли в комнате, Реджина не стала ждать сына и первая села на диван. Ему ничего не оставалось, как сесть на диван и приобнять её за плечи. Он старался дать хоть какую-то поддержку, видя, как ей тяжело. Через пару минут Королева, набравшись нужных слов и смелости, заговорила: — Генри, с Эммой мы не ругались. Только не волнуйся, сейчас все хорошо, — она сильнее прижалась к нему. — Сейчас? Что произошло? Мам, расскажи что происходит? — Да, сейчас. Вчера вечером она попала в аварию, — она тяжело выдохнула, ей было трудно вспоминать события этой ночи, — в данный момент она в больнице. Операцию прошла успешно, состояние её стабильно. У неё черепно-мозговая травма. Утром она пришла в себя. — при упоминании, что любимая пришла в себя, Реджина грустно улыбнулась. Генри слушал мать и не перебивал её, ему было тяжело осознавать, что одна из его мам в больнице. Но улыбнулся, когда узнал, что сейчас её состояние стабильно, и с ней все хорошо. — Так, почему мы тут? Поехали к ней, мы должны быть с ней рядом, поддержать её. Давай, одевайся и поехали, — он уже встал и ждал, когда его мама сделает так же. Но она продолжила сидеть на диване. — Мам? — Малыш, это не всё, — Генри сразу вернулся на диван. — Что ты недоговариваешь? — Он занервничал, понимая, что не все так хорошо. — Из-за травмы головы она потеряла память. Она забыла про нас, забыла шесть лет, — они молчали. Она ждала, когда он что-нибудь скажет, а он пытался осмыслить это. — Мы сможем это преодолеть, — он снова её обнял и поцеловал в макушку, давая ей эту самую поддержку, в которой она сейчас нуждалась. — Мы же семья и поможем ей. Мы сможем это пройти, но только если мы будем все вместе. Она все вспомнит, но только со временем. Мам, а что ты сказала про себя? Ну, кто ты ей? А ты сказала про то, что у неё есть семья? — она напряглась после этих вопросов, Реджина сказала, что они «иногда общались». — Эм… Генри, я рассказала про тебя. И она была рада, что ты её нашел, — натянуто улыбнулась и взъерошила волосы одной рукой: так любит делать Эмма. — Мама, а что насчет тебя? — он понял, что она пытается уйти от ответа. — А что я? — она встала и пошла из комнаты. — Мама. Что ты ей сказала? — он поднялся и пошел за ней. — Генри, — она остановилась и развернулась. Увидев его взгляд она поняла, что ей придется отвечать на этот вопрос. Тяжело выдохнув и ещё раз поняв, что Генри с Эммой очень похожи, потому что сейчас он делал такое же выражение лица, как и она, когда задавала ей вопросы, — я сказала, что мы с ней иногда общались. — он был в шоке от сказанного ею. Придя в себя, он начал задавать вопросы: — Ты серьезно? Но почему ты соврала? Зачем? — Да, серьезно. Потому что. Сейчас это так надо, потом мы ей расскажем, — она сама не понимала, зачем так сказала. — Ты решила за неё. Сейчас ты лишила её любимого человека, — Генри не мог понять её. — Малыш, нельзя заставить любить. И ты это прекрасно знаешь. Если, как ты раньше говорил про нас с Эммой, « если мы были предназначены друг для друга», то мы пройдем это, а если нет, то я отпущу её, — ей было тяжело говорить это, но она понимала, что так будет правильно. — Но ты же любишь её, — брюнет пытался доказать ей, что она неправильно сделала, не сказав про их отношения. Но в глубине души понимал, что его мать правильно поступила. — И поэтому я поступлю так, как сказала. Ладно, я пообещала ей, что ты навестишь её. Ты поедешь к ней сегодня? — она развернулась и продолжила путь в спальню. — Да, конечно. Жду тебя на кухне, — он точно осознал, что его мать поступает правильно. Спустя время Миллс спустилась вниз к сыну. Потом, одев куртки, они направились к машине. По дороге в больницу они заехали в магазин и, купив Эмме много чего вкусного, продолжили свой путь. Когда Реджина вышла из её палаты, Эмма задумалась, что как она жила шесть лет, а может, кто-то у неё был, что, наверное, забыла все весёлые моменты с сыном. И это её огорчало, от много мыслей у неё разболелась голова и она попыталась уснуть. Она всегда говорила себе, что сон — это лучшее лекарство от всего, если ты попал в сложную ситуацию, то ложись спать. Спустя четыре часа её разбудил врач, провел осмотр и задал пару вопросов, а затем ушел. Спустя десять минут к ней заходили незнакомые люди, говоря, чтобы она поправлялась и приносили кто цветы, кто фрукты. А Эмма ничего, кроме слова спасибо, не могла говорить. Поняв, что в этом городе её все знают, то она точно необычный человек в этом городе, назревал вопрос, кем она тут была. Сейчас медсестры пытались накормить её какой-то гадостью. — Мисс Свон, вы должны поесть, — уже сотый раз она говорила это. — Я не собираюсь это есть, я хочу ещё жить, — и Эмма это говорила уже сотый раз. — Но вам надо есть и набираться сил, — девушка уже не знала, как заставить Эмму есть. — Я согласна, что мне надо есть и набираться сил, но я не собираюсь травиться этим, — Эмма показала на тарелку с едой. Они даже не заметили, что дверь была приоткрыта и за ними наблюдали. Генри и Реджина, смотря на эту картину, улыбались. — Но... — хотела сказать ещё что-то девушка, но её перебили. — Ладно, хватит цирк устраивать, — Реджина зашла первой, а за ней Генри. Он с широкой улыбкой смотрел на Эмму. — Вы можете быть свободны, — посмотрев на медсестру, сказала Королева, — сынок, поставь пакеты возле кровати. — Генри кивнул и направился к кровати матери. — Хорошо, мадам Мэр, — медсестра тоже кивнула и вышла из палаты, оставив семью наедине. Эмма с интересом наблюдала за этим, но её внимание больше было зациклено на подростке, который зашел с Реджиной. — Спасибо, Реджина, что вы спасли меня от неё, — взглядом она показала на дверь, в которую вышла медсестра. — Не стоит, — она подарила улыбку Свон, — мы вам привезли еду намного лучше. — Спасибо. А это, как я понимаю, Генри? — блондинка перевела взгляд на сына. — Да, вы правильно поняли. Это ваш сын, — Генри уже сидел на стуле возле кровати матери и молча наблюдал за ними. — Привет, мам, — он улыбнулся и взял её за руку, крепко сжав, — как ты? — Эмме было непривычно услышать, как её называли матерью, но в груди потеплело. Она в ответ сжала руку сына и улыбнулась. — Привет, пацан. Все хорошо. Расскажи лучше о себе, а то я думаю, твоя мама сказала, что у меня проблемы с памятью, — Свон с благодарной улыбкой посмотрела на Миллс. Та тоже улыбнулась в ответ. Реджина не хотела им мешать и решила уйти. Когда она направилась к выходу, её остановил родной голос. — Реджина, ты куда? — Эмма не поняла, куда направилась мать её сына. — Ам… я хотела дать вам пообщаться наедине. И поэтому, чтобы вам не мешать, пойду прогуляюсь. — Ты не будешь нам мешать, да, Генри? — он только кивнул в знак подтверждения слов матери. — Садись, я думаю, вы двое мне расскажите про себя и про мою жизнь в этом городе, — с улыбкой сказала Спаситель. Королева кивнула и села на стул с другой стороны кровати.