Русско-шотландская свадьба

-Чего? - спросил Карл. - Да вы где были, алкаши! Какой еще людоед? Уроды несчастные! - крикнул он и , расплакавшись, убежал. -Да что мы такого сказали?! - удивился Купер. -Точно... Эй! Да он нас любит просто, и обижается что мы так поздно! Тетя Клава осмотрела Купера и Захаева. Выглядели они не очень даже для себя:все чумазые, в грязной одежде, в ботинках, шнурки на которых выскочили. -Идите, умойтесь, любители охоты на оглоедов... -Людоедов! -Заткнитесь!

***

Через некоторое время вернулись любовнички. Они приехали очень поздно - задержались в ресторане. МакТавиш, кинув свое пальто на пол, упал рядом с ним, и, закрыв глаза, начал говорить Макарову, что он хочет спать. -Мне, ес честно, не интересно, что ты там хочешь, главное - чего хочу я, потому что я - мужик! - сказал Владимир. -Ах ты сволочь! Не равноправие! - начал кричать Соуп, но русский пнул его ногой, а тот обиделся, перекатился на бок и начал хлюпать носом как обиженный. Макаров оставил его там и вошел в кухню, где сидели его родители. -Здрасте, - сказал он. Его отец встал из-за стола. Александр и Мария выглядели очень ухоженно, как на свадьбу, которая могла и не состояться из-за Юрия, потому что он часто скользил около Макарова в одежде, которую даже Гас не надевает. Макаров-старший подошел к сыну и обнял его, сказав: -Наконец-то наш сын нашел себе вторую половинку! Ну, где она? -Кто - она? - спросил Макаров-младший. -Твоя девушка! Ты ведь не бросил ее где - нибудь в коридоре? Владимир посмотрел на Клаву, и тут понял, что у него две проблемы: Соуп не девушка. Он бросил Соупа в коридоре. -Пап, эм... Я не знаю, как тебе сказать, но... -Володимир! - крикнул Тавиш из коридора, - солнышко, возьми меня! -Что? Кто это, - спросила Мария. -Джон, - ответила Элла, заходя в кухню с чаем. - Ваш невестка. Родители Владимира посмотрели на него с непонятным выражением. -Ты что, пидор? - спросил отец. -Сам ты пидор, - крикнул на него МакТавиш, уже пришедший из коридора. -Предлагаю обсудить все утром... - Сказал Прайс. Всю ночь ни Макаров, ни его родители не могли уснуть - все думали о том, что они скажут друг другу завтра. Но завтра так и не наступало, ночь все шла и шла. Владимир тыкал Джона в бок, тот никак не реагировал. Русский уже хотел было столкнуть его с кровати, но когда стал толкать его, Соуп взял его руку и положил себе на бедро. Макаров начал его гладить, но тот схватил его руку и, повернувшись, спросил сонным голосом: -Ты что, охренел? Хули ты меня трогаешь? -Что? - возмутился Володя, - да ты сам облапал себя! Мной! Моей рукой! -Хватит орать! - прикрикнул Джон, закрывая рот Макарову. - Вообще не хочу с тобой спать! Как мы дальше - то будем? -В смысле? - Макаров, освободясь от его руки и положив ее на кровать, поднял одну бровь. - Ты имеешь в виду - свадьбу? -Ну, после свадьбы, - Джон поднялся, сел около подушки и обнял одну свою ногу. -А, так я не хочу жить с тобой. Я думал - мы разъедемся. -В смысле - разъедимся? - спросил Соуп. - А я хотел жить вместе, я ведь даже стал к тебе привыкать! Я начал тебя любить! А ты - сволочь неблагодарная! - с этими словами, почти раздраженным от слез голосом, Джон выскочил из кровати и убежал в ванную, закрывшись там, он начал хлюпать носом и все время высмаркивался в туалетную бумагу. Макаров все слышал, он подошел к нему специально, но когда начинал стучать по двери, то Джон просто кричал: - Уйди! Не хочу тебя видеть, слышать, знать о тебе!

***

С утра Соуп стих, как море, но он все еще таил обиду за вчерашний разговор и никак не мог понять - почему? Почему его это так задело? Неужели он и правда любит Макарова? Все уже давно встали и позавтракали. Только Макаров не ел, а перебирал кашу вилкой, которую для шутки его отец положил ему в тарелку, но Владимир не оценил шутки, а все думал о Джоне, которого вчера очень задел разговором. Александр смотрел на него и не понимал, почему он такой кислый, потом Клава позвала его для разговора, и он ушел, а Владимир все так же сидел и теребил вилкой кашу, даже на подъебы Кириленко он не обращал внимания. Когда Карл, Прайс и Клава объяснили Макаровым все, что происходит, они ни капельки не расстроились и Мария только сказала совсем не в шутку, а с очень серьезными намерениями: -Ну что, за костюмами? -За костюмом, и платьем, - поправил Александр.