Метрополис-3: Война

Пустота. Кромешная тьма. Не слышно никаких звуков. Красота-а-а… Ха-ха-ха! Я же говорил, что я ещё всем вам покажу! Что я ещё… Чёрт. Я мёртв? Ну да, я мёртв… Конечно. Умер от нехватки кислорода! Как это тупо! Я не такой смерти хотел! Только не так! Я попробовал сделать шаг. Кажется, получилось. Получилось! Я посмотрел на себя: моя майка и шорты всё ещё были на мне. — Как-то страшно… — огляделся я по сторонам. Вокруг меня была сплошная темнота. Я попробовал пойди направо, но через два шага уперся в стену. То же самое было и слева. — ЭЙ! — крикнул я в пустоту. — Здесь… з-здесь есть к-кто н-нибудь?! Я неуверенно начал идти вперед, спотыкаясь на ровном месте. — Я совсем не так представлял себе рай! Чертов Фин с его лисиным зрением! — Да ты неудачник, Хорьковиц! Ха-ха-ха-ха! Я вздрогнул. — Кто здесь? А? — Так-так-так… неужели это Его Величество Король палёных дисков — Дюк Хорькович! Голоса были довольно знакомые. Кажется, я их уже где-то слышал… Ну конечно! Уайлд… — Слышь, ты! Заткнись! — крикнул я. — А кто это говорит? — эхом отдался голос. — Никак Дюк?! Мёртвые же не болтают! Знаешь об этом? Голоса ударили мне в голову. От страха, у меня подкосились ноги и я упал. — У тебя никогда не было друзей, Хорьковиц! И ты умер, зная это! — А знаешь почему?! Потому что ты лицемер и единоличник! Всегда думаешь только о своей шкуре… — Нет! Это неправда! Вы мне лжёте! Все! Я схватился за голову. — Трус! — Крыса, ха-ха-ха-ха! — Жил как крыса… — И сдох как крыса, ха-ха-ха-ха! — Одной головной болью меньше! — Нет! Нет! Нееет! Простите! Простите меня за всё! Пожалуйста! Я начал рыдать и просить прощения у известных мне голосов. Я знал их все. И я поплатился. — Не пристало мёртвым извиняться! — холодно ответил мне голос. — Пришло время расплаты, Хорьковиц! Из темноты повеяло ветром. Он пронесся мимо меня, пробирая до костей. Оттуда же послышались тяжелые шаги. Через мгновенье, передо мной предстало существо ростом в несколько метров. С шестью лапами и головой крысы. — Нет. Нет… — побледнел я и начал отползать назад. — Тебя нет! Проползя пару метров, я уперся в стену. Её же тут не было! Откуда она… Тварь склонилась надо мной, обнажив острые зубы и облизнулась длинным чёрным языком. Этот язык оно направило на меня. — Нет! Пожалуйста! Не надо! — я зажмурил глаза. — ТЕБЯ НЕЕЕТ!!! Последним, что я почувствовал, было прикосновение языка твари.

***

Дюк открыл глаза. Над ним склонился чей-то силуэт. Когда же зрение нормализовалось, от увиденного хорёк чуть не завопил. Силуэтом оказался Карацюпа. Пёс, увидя, что Хорьковиц пришел в себя, ещё раз лизнул его в морду. — Фе! Фе! Хватит! — начал вытирать с себя собачьи слюни хорёк. — Ну всё, отвали! Собака заскулила и отошла от Хорьковица. — О-о-ох! Чё произошло-то? Стоп. Какого… Кхе-кхе! Что с моим… — Это скоро пройдёт. — услышал он. Дюк оглянулся и увидел, что с краю дрезины сидит Финник и затачивает маленький ножик. — Ты наглотался отравленного воздуха. Но это ничего. Скоро твои лёгкие очистятся и всё будет нормально. — спокойно ответил Фин. Дюк встал и огляделся. — Где это мы? — хрипло спросил он. — На Новокузнецкой. А точнее — на Венеции. Я не в курсе, почему её так прозвали, мне плевать. Но у меня есть одна мыслишка. Давай за мной! Я тут видел одного типа. Коротышку. Хорёк недоуменно посмотрел на лиса. — Так, погоди-погоди… А где остальная банда? — За припасами ушли. Меня с псом оставили сторожить дрезину. Ну, и на случай, если ты оклемаешься. Я, честно говоря, думал, что ты уже труп, хе-хе. Окончательно придя в себя, Дюк выпрыгнул из дрезины и поднялся вместе с Фином на платформу станции. Карацюпа не был против уходу обоих, поэтому улёгся в углу дрезины и задремал.

***

Выйдя в центр зала, Фин и Дюк огляделись, чтобы оценить станцию. Она им сразу понравилась, хотя бы потому, что была жилой: просторные прямоугольные арки, вырубленные в мраморных стенах образовывали шеренги массивных пилонов со строгими вертикальными линиями. Вдоль центра зала тянулся ряд торшеров, расположенных под мозаичным панно напротив арочных проходов. Станция была, конечно, красивая. Может быть даже уютная. А вот её население немного смутило друзей: люди, почти поголовно одетые в кожаные куртки с нарисованными сзади крестами. — Видимо, это у них символ такой. — подумал Финник. — Ты смотри! Небритые лица, бросающие на пришельцев ощетинившие взгляды. Было ясно одно: жители Новокузнецкой были не рады ТАКИМ гостям. — Я, кстати, пока ты был в отключке, — начал вдруг Фин. — Наслушался от тебя такого! Ты действительно просил прощения? — Да… — сквозь зубы прошипел хорёк. — Что-что? Я не расслышал. Сам Дюк Хорьковиц просит прощения? — Всё ты расслышал, ушастый! — буркнул Дюк. — И я тебя прошу: никогда больше не будем разговаривать на эту тему! И почему это тот коротышка показался тебе подозрительным?! Фин лишь усмехнулся. — Суетливый он какой-то… всё время терся у дрезины. Как только увидел, что я его заметил, убежал. — Куда? — На Третьяковскую. — пояснил Фин. — Мы сейчас туда и идём. Тут в животе у хорька заурчало. — Блин… есть хочется! — простонал Хорьковиц. Тут Финник и вовсе рассмеялся. — И это мне говорит тот, кто сожрал недельный запас грибов! На такой ответ, Дюк слабо оскалился. Однако идущий впереди Фин этого, к счастью, не увидел. — Ла-а-адно, не хнычь! — ухмыльнулся Финник. — Я тоже хочу. Вот, кажется, торгаш. Они подошли к одной из торговых лавок. Облысевший мужик с седыми усами торговал рыбой, которой пахло на всю станцию. — Чё надо, блохастые? — тоном спросил торговец. Фин нахмурился. — И Вам тоже здрасте. — спокойно ответил он. — Давайте мы с моим коллегой сделаем вид, что не слышали этого, а вы продадите нам вот… скажем, эту рыбу. Почём она у Вас? — показал он на одну из лежавших в ряд рыбешек. — Пять. — отрезал мужик. Фин пошарил в карманах. Вынув из одного смятую пятидолларовую купюру с изображением Златогрива, лис протянул её торговцу. — На хер мне твои зелёные бумажки сдались?! — уже на повышенном тоне говорил мужик. — Задницу подтирать что ли?! Патроны гони! Пять штук! Есть — платите. Нет — валите на хрен! Тут Фин не сдержался. — Знаешь что, мистер? — лис забрался на прилавок. — Вали-ка ты сам на хрен! Вместе со своей рыбой! Не буду я тебе платить ни фига! И вообще… Финник принюхался. — Рыбка твоя — те ещё помои! Воняет на всю Венецию! Он сказал эти слова так, что их услышали чуть ли не все жители станции. — Пошли отсюда, Дюк. Обслуживание здесь ни к чёрту. И они пошли дальше, оставив позади себя обалдевшего торговца. На Венеции подобные стычки случались чуть ли не по нескольку раз на дню, поэтому даже на таких, как Фин, люди не обратили внимания. Фин и Дюк сами не заметили, как поднялись по лестнице, ведущей на Третьяковскую. — Держи. — Фин протянул хорьку его заточку. — Пускать в ход только в самом необходимом случае! Тот просверлил его недоверчивым взглядом, но всё же кивнул в ответ. У входа на станцию дежурило двое охранников в кожанках. Увидев идущих на них зверей, один из них вскинул автомат. — Гляди, Алекс! Ещё двое! А мне казалось, что у меня глюки! Они подошли к пришельцам. — Откуда такие нарисовались? — спросил тот, которого звали Алексом. Фин довольно спокойно начал отвечать: — Слушайте, мы у вас тут новенькие. Хотим станции посмотреть. Можно нам пройти? — Ага. — влез в разговор Дюк. — Очень нужно. Фин заметил, что левая лапа Хорьковица потянулась за заточкой, торчащей из-за спины. Охранник подумал. Посовещался с напарником. — На Третьяковку? Можно. Только патроны вперёд. По десять с рыла. Фин мысленно чертыхнулся, осознавая, что пройти им не удастся, в связи с отсутствием «валюты». — Думаю, это лишнее. — послышалось со стороны Третьяковской. Как и Фин с Дюком, охранники обратили внимание на подошедшего: карлик плотного телосложения, со свисающей до колен бородой, одетый в жилетку и толстовку с капюшоном, вежливо обратился к постовым. — Здорово, Ложкарь! — улыбнулся один из охранников и указал оружием на лиса с хорьком. — Знаешь их? — Да. — улыбнулся карлик и подмигнул зверям. — Они со мной. — Ну раз с тобой… — пожал плечами охранник. — То ладно. Но хоть обыскать… — Уверяю тебя, Миш. — отмахнулся коротышка. — Это лишнее. Охранники вздохнули, но всё же пропустили Финника и Дюка к карлику и тот повёл их за собой. — Сюда! — скомандовал толстячок и указал на железную дверь, над которой было написано «СУХОЙ СКЛАД». — На саму станцию времени идти уже нет… Его оборвал лезущий во всё Дюк. — Эй-эй-эй! Не так быстро! Кто ты вообще такой, чтобы мы тебе верили? А?! Фин опять ударил себя по лбу, а карлик повернулся к хорьку и поднял его за шкирку. — Хотя бы потому… — улыбнулся он. — Что я за вас обоих отбашлял тем громилам по сорок патронов каждому. Если бы не моё вмешательство, ваши головы бы давно висели в комнате у нашего босса. Уяснил? Хорьковиц сглотнул и кивнул. После этого, коротышка поставил его на пол. — Теперь — давайте быстрей. Вашему другу нужна помощь. — Другу? — задал вопрос Фин, когда они вошли в небольших размеров влажное помещение. Перед ними была дверь, ведущая на склад. — Какому ещё другу? Коротышка не стал отвечать, а вместо этого вручил Фину револьвер. — Стрелять умеешь? — усмехнулся он. — Ого… Да. Да, умею! — Эй! — встрял Дюк. — А мне?! — Обойдешься своей заточкой, которую ты так мастерски прячешь за спиной. — ответил Ложкарь. Из-за двери послышались глухие удары и чей-то знакомый крик. — Ну что? — спросил Ложкарь у обоих. — Врываемся? По-эффектному! Он разбежался и ударом своего тела выломал дверь и, попав в помещение, не удержал равновесие и свалился на пол. — Твою же… Пусти его! — закричал он. Фин ворвался в помещение следом за карликом. Перед ними стоял высокий человек, прижимающий к стенке лиса. Рядом с ними валялся труп другого человека. — Что за… — воскликнул Финник. — УАЙЛД?!