Доброе утро, профессор

— О Палмолив, мой нежный гель, ты даришь запах орхидей... — раздавалось из душа громкое и весьма немелодичное пение. Волдеморт принимал ванну, намыливая шампуником сверкающую лысину. Шампунь-кондиционер с запахом клубники и фотографией Долорес Амбридж на этикетке был его любимым. Да-да, эта министерская лягушка открыла свою компанию по производству средств гигиены. И Тёмному Лорду её товар оказался по душе. Северус Снейп со священным ужасом прислушивался к крикам из ванной. Там что, кого-то пытают? Но голос так знаком... ААААА, спасите, спасите от этих воплей!! Медленно поднявшись с диванчика, на котором он до этого дремал, мужчина, закрывая уши подушками, попытался убежать подальше. Но бежать было крайне неудобно — голова кружилась, а ноги ни с того ни с сего пустились в импровизированный пляс. Да что ж это такое, им что, кто-то это разрешил?! Профессор попробовал усмирить разбушевавшиеся конечности, но те активно сопротивлялись воспитательному процессу. Не подействовали ни угрозы "Я вам щас... Вы щас у меня... Ик... Покажу я вам, в общем, да!", ни снятие ста баллов с Гриффиндора (у профессора Снейпа уже рефлекс — чуть что, сразу баллы снимать с бедных львят), ни заклинания, которые неизменно летели мимо. Утомившись, Северус наконец оставил свои ноги в покое и уполз в другую часть Малфой-мэнора на четвереньках. Но там его поджидала новая беда... Беллатриса Лестрейндж, напевая какую-то маггловскую (!) детскую (!!!) песенку, пекла кексы с малиной. Запах подгорелой выпечки разносился по кухне вместе с тяжёлым чёрным дымом, но Пожирательница этого, кажется, не замечала. Она носилась туда-сюда по комнате, посыпая всё мукой и рисуя клубничным джемом сердечки. Снейп прищурился, протёр глаза, икнул, помотал головой и в шоке вытаращился на коллегу. Та продолжала петь и обмазывать всё джемом. Вдобавок ко всему, Белла надела поверх чёрной мантии в пол маленький розовый фартучек с принтом каких-то странных особей женского пола с крыльями и размашистым росчерком "Феи Винкс". Северусу поплохело. На беду, Беллатриса его заметила... — Севвичка! — восторженно вскричала она и полезла к нему, по пути захватив... Соску?! — Севвичка, иди ко мне, маленький! Снейп заорал и предпочёл спасаться бегством на своих двоих, заплетающихся. Лестрейндж помчалась за ним. В руках у женщины появились подгузник и погремушка. Мозг зельевара в унисон с инстинктом самосохранения орал "БЕГИ! КАК ХОЧЕШЬ, НО БЕГИ!". Наконец мужчине удалось устроить обвал потолка, части стены и шкафа, так что Белла оказалась позади. Северус, тяжело дыша, прислонился спиной к стене. Что. Это. Такое. Было?! Ааа, как голова-то трещит... В ушах звенело что-то по мотивам "Джингл беллс", правый глаз дёргался, ноги ещё желали движения и, кажется, танцев, руки — придушить всех к Мерлиновой бабушке, вдобавок ещё и тошнило. Снейп, держась за стенку, тумбочку, что стояла рядом и здравый смысл, что отсутствовал напрочь, поднялся на ноги. Но не тут кобыла, не так быстро, сэр! Входная дверь, что так "кстати" оказалась напротив, с грохотом распахнулась и, врезавшись в стену, сошла с петель. "С ноги открывали", — с уважением подумал профессор. На пороге стоял профессор Дамблдор. Его серебристая борода развевалась на ветру, чёрная мантия в сердечках колыха... В сердечках?! — Мой мальчик! — прощебетал директор голосом Помоны Стебль. — Лимонную дольку, мой мальчик? У Снейпа отвисла челюсть. Альбус принял это за согласие и уже басом вызвал "лимонную дольку в студию". Пританцовывая (что напоминало танго напополам с брачными плясками дикобраза), в дом вбежала Минерва МакГонагалл в костюме засахаренного лимона. Северус сглотнул. Выглядело всё это величественно и достаточно устрашающе. Мужчина перевёл взгляд на директора... Тот потихоньку мутировал в Хагрида в костюме балерины. "Кранты Лорду", — запоздало понял профессор. — Только вместе мы сильны, чудеса творить вольны! — взревел полувеликан и пустился отбивать чечётку. По стенам пошли трещины размером, как показалось Снейпу, с лапы Арагога. Тут раздался страшный грохот и радостный визг. Беллатриса таки пробила защиту в виде обвала и теперь направлялась к ним, угрожающе потрясая соской. Через пятнадцать минут неравной борьбы, ценой собственной крови, нервов, пучка волос и двух кресел, зельевару удалось отбиться от любвеобильной (в хорошем смысле!!) чересчур заботливой Пожирательницы. А вот Хагриду и профессору МакГонагалл не так повезло. Их крики о помощи разносились по мэнору, но вскоре смолкли под натиском соски. Снейп тяжело вздохнул, ещё немного послушал звуки из прихожей и поплёлся вглубь дома. Там он рухнул на диван и накрыл голову подушкой. Видимо, не стоило вчера пробовать на себе экспериментальное зелье.