Мой прекрасный король-Моя гордая королева!

      Удар меча по виску, на секунду вывел Нацу из тумана злости. Мышцы Торна задрожали. Доспехи выматывали его. Нацу вытер кровь ладонью. Он ясно увидел ухмылку Рика из-под забрала шлема. - А ты не так уж и силен, малыш! - Закрой пасть! - Как грубо! Не под стать такое королю. Нацу пропустил его замечание мимо ушей. Король вышел из себя. Дернув поводья, он снова толкнул коня вперед. Рик отразил удар, резко выдернув коня вбок. POV Нацу.       Я не контролирую себя. Кровь стучит в висках. Хочу убить его. Проткнуть ему грудь своим мечом, рассечь её надвое и вынуть сердце. Торн подо мной снова задрожал. Он устал. Сила силой, но вес доспехов и меня выматывает. А вот Рик, в полной экипировке, порхает снова бабочка. Но у меня есть одно самое главное преимущество. Я молод, даже раненым я могу держать оружие. Рик сделал ход, пытаясь сбить меня. Почти получилось. Но у моего коня широкая спина. Вокруг нас шумел бой, но я ничего не осознавал, кроме заклятого врага напротив меня. Надо срочно что-то придумать. В прямом бою с ним не совладать. Рик довольно искусный фехтовальщик. Мне нужно измотать его. В бухте есть одно место, где причаливают лодки. Идея пришла сама собой. Я рассек завязки доспехов и пластины съехали с тела коня. Я тут же сорвался с места. - Бежишь?! Я не убегаю. Просто хочу скинуть тебя с коня. Торн мчался вперед. Лодки швартуются в узком проходе, но если не знать, что он там, полетишь кубарем в воду. Мой Торн легко перепрыгнул через заводь, а вот Рик совершил ту самую ошибку, на которую я его вывел.       Он попытался остановиться. Лошадь провалилась в воду, а всадник рухнул назад. Раздался треск. Рик застонал. Удар о подмостки выбил из его легких воздух. Фернандес сел, скинул шлем, попутно выплевывая кровь. Его лошадь вынырнула на поверхность, но выбраться она не могла. Билась туда-сюда в узком лодочном проходе. Торн вторил её мольбам, махал головой.       А я смотрел на Рика. Фернандес не выпустил меча из руки, хоть и упал навзничь. Воздух вокруг был пронизан гарью. Крики слышались отовсюду. И почему мне это не приносит никакого дискомфорта? Ярость билась в венах, я крепче сжал рукоять Арена. Рик поднялся на ноги. Конец POV Нацу.       Лошадь затихла, силы начали покидать её. Нацу чувствовал дыхание Торна, неосознанно сам подстраивался под ритм коня. Интересно, что чувствует сейчас Торн? Испытывает ли он жалость к своему собрату? А лошади могут чувствовать жалость? Общаются они с помощью образов. Передают друг другу картинки, рисуют их головой или ушами, даже хвостом. Каждое движение что-то означает. Торн опустил голову вниз, качая ей из стороны в сторону. Лошадь Рика снова фыркнула и исчезла под гладью морской воды. Нацу сам спрыгнул с Торна. Рик смотрел на него в упор. Драгнил глубоко дышал, пытаясь восстановить утраченный контроль. Идти в главное сражение без трезвого мышления нельзя. Противник сразу поймет, что ты не собран и воспользуется этим. - В чем дело, Нацу? Ты боишься умереть? - Ты слишком много болтаешь. Я никогда не боялся смерти, тем более что на краю побывал не один раз.       Рик усмехнулся. Этот мальчишка перед ним действительно вырос. Стал королем. И впервые за все время Рик представил, что Нацу мог быть его сыном. Старшего сына Рейна не замечала, а вот в Нацу души не чаяла. Именно он примерил супругов Драгнил. А если бы Рейна не испугалась? Если бы она осталась с ним? Этот мальчик стал бы именно его, Рика, гордостью. Но сейчас на него смотрели горящие яростью зеленые глаза. Фернандес перехватил эфес меча покрепче. Пути назад нет, сейчас умрет либо он, либо сын Игнила.       А Нацу знал, кто из них умрет. Он ни за что не позволит Рику победить себя. Потому что если это случится, то погибнут все. Люси, Хаку, малышки-близняшки, Микки и самое главное сам Фиор. А разве может король допустить, чтобы его страна погибла? Как тогда он будет смотреть в глаза своим предкам? Древние духи драконов не простят поражения. Они изгонят Нацу из своего стана, он не попадет к Богу Крови, а сгинет в чистилище. Там, души слабых и немощных сожрут его. Нет, он - Нацу Драгнил. Он - младший сын Игнила и Рейны, муж Люси, отец Хаку, Фелисити и Ситлин, Микки, а еще он – король. Король Великого Фиора.       Нацу по доскам, перекинутым между мостками, перешел к Рику. Фернандес не стал ждать и нанес первый удар. Нацу парировал его, отскакивая назад. Но Рик был достаточно искусным фехтовальщиком и тут же осадил Нацу ребром меча по колену. Драгнил шикнул, но не потерял равновесия. Какое-то время они кружили, посылая скрип по мокрым доскам.       Нацу сразу понял, что Рик любит атаковать, а не защищаться. Значит нужно поддаться ему, но такой план достаточно рискованный. Рассчитать то, насколько необходимо ослабить защиту, почти невозможно. Любая ошибка может стоить Драгнилу жизни. Арен уже и длиннее меча Рика, это дает преимущество в скорости, но снижает силу удара. Доспехи его были мятыми на спине из-за падения с лошади. Значит, пластины на боках разъехались. Вот оно! Поддаться, уйти в защиту, а затем нанести быстрый удар в бок.       Рик тоже оценивал своего соперника. Главное преимущество Нацу – это молодость. Он проворнее и быстрее. Однако опыт самого Фернандеса уравнивал весы. Меч Рика тяжелый, короткий и широкий легко рубил все, что попадется на пути. Боль в спине немного сбивала старого лорда. Падение с лошади начинало сказываться. Силы ограничены, значит нельзя терять времени.       Фернандес снова подался вперед. Он нанес Нацу рубящий удар, послышался неприятный скрип. Нацу смог уклониться, и пока Рик не успел опомниться, попытался нанести ему удар кончиком меча в бедро. Арен прорвал доспех, но не добрался до плоти. Они снова отпрыгнули друг от друга.       Рик сделал шаг вперед, Нацу отпрыгнул, но слишком поздно. Скрип и резкая боль в боку заставила его рыкнуть. От тяжелого удара доспехи лопнули, и Нацу получил удар по ребрам. Хруст костей пробил перепонки, достигая мозга. Крови не было, потому что Рик ударил лезвием плашмя. Нацу почувствовал, что в глазах мутнеет от боли. Словно воздух кончился, и он никак не может черпнуть еще.       Но Рик и сам не вышел из этой стычки целым, пока он наносил свой сокрушающий удар по ребрам противника, Нацу завершил свое дело . Из левого бедра текла кровь, пачкая распоротые доспехи. Оба дуэлянта начинали выдыхаться. Из-за грязного воздуха, Нацу все никак не мог вдохнуть. А Рик терял драгоценную кровь.       Но они не собирались сдаваться. Снова сошлись, и опять отпрыгнули друг от друга. Они рубили, царапали, били. Нацу громко откашлялся, А Рик сплюнул кровь. Слишком увлеченные друг другом они не замечали, что творится вокруг. Наемники Альвареза оказались не под стать войнам Фиора. Солдаты почти справились с отрядом Рика. А черный дым с Золотых полей постепенно стал белым. Крепость, наконец, потушили, и все резервы фиорского войска начали собираться и строем направились в столицу. Фиорцы перетягивали канат на себя. Воодушевленные пополнением своих рядов, появлению знакомых командиров, войны воспаряли духом. Каждый стремился убить как можно больше вражеских солдат, окропить свой меч их кровью. Чтобы, когда закончится битва, они смогли похвастаться своими успехами.       А Рик с Нацу продолжали вести свой безмолвный поединок на смерть. Смерть. В тот день Она поживилась. Забрала столько душ, как праведных, так и грешных. Опустевшие улицы Шафрана теперь населяют лишь призраки убитых, чьи души Она пока не увидела. Каждую секунду меч рассекал чью-то шею, вспарывал брюхо либо начисто сносил голову. Кровь лилась рекой. Она просочилась в каждую трещину каменной кладки столичных улиц. Дожди еще долго не смогут вымыть её оттуда. Война это невероятно красиво и невероятно ужасно.       Солнце прошло уже половину своего пути, а Нацу с Риком все еще не могли решить, кому из них суждено покинуть этот мир. Они стояли в лучах вечернего солнца. Оно играло зайчиками на их доспехах. Алое лезвие Арена бросало блики на темную морскую воду. Торн так и стоял на подмостках, наблюдая за поединком своего хозяина. Он только изредка дергал своей черной головой, когда двое войнов сходились. Для Торна все, что происходило вокруг было потрясением, но не вызывало страха. Лошади общаются не только с помощью образов, но и чувств. Торн чувствовал настроение и силу своего наездника даже сейчас, со стороны. Но было кое-что еще. Черный конь чувствовал Смерть. Наблюдая за Нацу, Торн выжидал. Если его друг погибнет, то и сам Торн погибнет вместе с ним. Он сорвется с места, поскачет что есть мочи. Его сердце будет разбито, а чувства рассеются.       Смерть, что мягко гладила густую гриву своими костлявыми пальцами, вслушивалась в чувства этого коня. Для Неё было чуждо ощущать что-то самой. Она могла только считывать то, что чувствуют другие. И вот сейчас, глядя пустыми глазницами на двух людей, ей стало смешно. Какие глупые у них причины для убийства друг друга. Типичные представители человеческого рода. Им лишь бы делить что-то между собой. И вдруг Её плеча коснулась чья-то нежная тонкая ручка. Смерть обернулась. Образ появился всего на мгновение, но через секунду исчез. Кто это был? Впрочем, неважно. Мало ли сейчас бесхозных душ летает здесь. И каждая хочет, чтобы Смерть забрала её лично. Но так не бывает. Смерть избирательна, она любит сильные, пропитанные чувствами души. И снова её плеча коснулась чья-то рука. Смерть снова обернулась. Теперь образ перед ней стоял четкий. Смерть улыбнулась и подала свою костлявую руку в ответ. Не ждала она эту душу так скоро. - Нацу, ты же понимаешь, что следующий шаг станет последним для кого-то из нас? Рик, как и Нацу стоял, опираясь на свой меч. Вот только Арен был идеально ровным и все таким же острым. А вот меч Рика обкололся, помялся и был на грани своих возможностей. Он вот-вот сломается. - Понимаю. Но я готов, а вот ты, Фернандес? Рик засмеялся. Только этот смех походил больше на хрипы утопающего. - Ты впервые так фамильярно ко мне обратился, Нацу. - Скажи мне правду, Рик. Ты и, правда, искренне любил мою мать? - Да. Рейна была для меня всем. А вот твой отец относился к ней, как к обычной женщине. - Она и была обычной женщиной. Рик снова захрипел, пытаясь изобразить смех. - Значит и Люси обычная женщина? - Не смей трогать Люси! - Вот видишь. Для каждого из нас, Нацу, для каждого мужчины его любимая женщина богиня. Рейна была такой для меня, а Люси для тебя. Все мы рабы наших женщин. Чем сильнее мы кажемся сами себе, тем громче смеются окружающие. Запомни простую истину, Нацу. На троне сидит мужчина, а правит женщина. - Да, это я знаю. Вот только есть одно “но”. Ты никогда не будешь сидеть на троне. Ты грязный вор, изменник и лизоблюд. Тебя вышвырнули из жизни все. Мой отец, моя мать, твой сын и невестка тоже. Ты был лишь оружием в руках Лексуса и Эльзы. Пешкой для всех вокруг. Да, ты прав моя королева правит Фиором, но я рожден и являюсь королем.       Ноздри Рика начали раздуваться. Нацу улыбнулся. Это то, чего он добивался. Противник теряет контроль. Вот, что самое важное в битве. Вывести врага из себя. Чувства главный враг любого война, даже такого опытного, как Лорд Рик Фернандес.       Рик замахнулся и прыгнул прямо на Нацу. Драгнил присел, пропуская удар. Покореженный меч Рика, ударившись о наплечник Нацу, раскололся надвое. Драгнил воспользовался моментом, резко поднялся на ноги и вогнал Арен в левый бок Фернандеса. Рик крякнул, кровь хлынула у него изо рта. Он схватился за Нацу, когда тот начал продвигать меч дальше, пока лезвие не показалось с другой стороны тела противника. - Прощай, старик. Нацу дернул меч назад и оттолкнул Рика. Фернандес устоял на ногах пару секунд, а затем упал на спину. Нацу подошел ближе, ногой надавил на еле вздымающуюся грудь Рика. Тот издал последний хрип и умер. Нацу торжествующе вскинул руку с мечом над головой и закричал. Он ликовал. Но вот что-то мягко коснулось его щеки. Будто нежный лепесток лег на кожу. Взгляд Драгнила обратился к Юпитеру. Душа Нацу снова всего на миг вылетела из тела, а затем вернулась обратно. - Люси. – прошептал он и потерял сознание.