Случайная

      Проснулась я от того, что что-то мне упиралось в бедро. Я открыла глаза и увидела перед собой лицо Мэтта. Да так близко, что, казалось, наши кончики носов сейчас соприкоснутся. Так, если передо мной Мэтт, то что мне упирает?.. О БОЖЕ! И что же мне сейчас делать? Я как можно аккуратней стала вылазить из объятий парня. Но только стоило мне пошевелиться, как глаза парня открылись и недоуменно уставились на меня. Я тут же покраснела, ведь в мое бедро по прежнему упирался его… Ну в общем вы поняли.       Вдруг лицо Мэтта изменилось, и он тут же отскочил от меня на другой конец кровати. Он не отводил от меня шокированных глаз. Я тоже уставилась на него. Затем, немного придя в себя, сказала:       — Прости, что разбудила, — и быстро выскользнула из-под одеяла и убежала в ванну.       «Ну, Дом, я тебе когда-нибудь устрою доброе утро», — ругалась я про себя, подставляя лицо утреннему душу.       Весь день я избегала Мэтта. Даже ближе к вечеру, когда парни купили пива и вина, и мы все дружно сели на диван возле телевизора смотреть какую-то комедию. Я отсела подальше от брюнета. Чтобы лишний раз не вспоминать сегодняшнее утро. Мэттью, видимо, тоже было неловко, так как он тоже меня избегал. Дом сразу заметил наше необычное поведение и еще днем спросил у нас:       — Ребят, что с вами?       — Ничего, — ответил Мэтт, скользя по мне взглядом.       — А чего тогда вы так странно себя ведете? Поссорились что ли?       — Нет, — ответила блондину уже я. — Тебе показалось. Все так же.       — А как вам спалось? Стоит ли меняться?       Я задумалась, а Мэтт тут же ответил:       — Нет, не стоит. Нам нормально спалось.       «Зачем? Зачем Мэтт это сказал?» — я удивленно уставилась на друга.       — Хорошо, — просияла наглая белобрысая морда. — Тогда, девчонки, может, поищете какой-нибудь фильм? Только прошу: не эти розовые сопли, какие вы обычно любите смотреть, а нормальный, например, какую-нибудь комедию, чтобы всем интересно было.       — А вы куда?       — А мы сходим до магазина.       Ночью, когда все уже расходились спать, мы с Мэттью пьяные, но не в тартарары, доползли до кровати.       — Я лягу на пол, — сказал парень.       — Не тупи, ложись на кровать.       — Но? — хотел было уже возразить брюнет.       — Ну, подумаешь… Со всеми парнями с утра такое бывает. Что теперь из этого трагедию делать. Ложись давай.       Мэттью даже не стал спорить, а плюхнулся на кровать. Видимо он не собирался переодеваться. Я все же сходила в ванну, переоделась и тоже легла.       — Знаешь, — начал Мэтт. — Ты такая хорошая.       — Ну, — захихикала я. — Начался пьяный бред.       — Да нет, это правда. И пусть мне будет с утра неловко, а мне, скорее всего, с утра будет неловко, но я хочу сказать…       — Мээээттт… Не надо…       — Ты самая замечательная девушка из всех, что я видел.       — Да ладно? Лучше Ами?       — А при чем тут Ами? Ты ей завидуешь?       — Просто она такая красивая.       — Ты тоже красивая.       Стало тихо. Я молчала и переваривала то, что сказал Мэтт. Было слышно, как за окном поднялась вьюга, а молчание затянулась, стало неловко.       — Ева? — прервал тишину парень.       — Да?       — У тебя что, какие-то комплексы?       — Боже! Мэтт! Давай спать.       — Давай.       И снова тишина. Я уже стала проваливаться в сон, как Мэтт сказал:       — Тебе незачем забивать себе голову никчёмными комплексами. Потому что ты самая красивая, добрая и умная девушка на свете.       Сердце мое бешено забилось, но я ничего ему не ответила, а только притворилась спящей. Но заснуть после таких слов долго не могла, в то время как Мэтт уже видел десятый сон.       «Ну и как мне жить после твоих слов, Мэттью Джеймс Беллами?»