Дома

      У Стива в голове пусто.       Мысли давным-давно кончились, испарились, остались там, далеко, вместе с Баки. И это даже радовало. Впервые за несколько недель Роджерс мог не думать ни о чём, что сильно радовало. Всё. Все в безопасности, за ним никто не гоняется, никто не хочет убить. Друг в надёжном месте. Все остальные тоже.       И сейчас он с тяжёлой сумкой вещей на плече идёт домой. Начинает накрапывать небольшой дождь, который, скорее всего, перерастёт в грозу, и тогда плакали все те дела, которые он хотел сделать утром в саду. Большинство фонарей на шоссе не работают. Но вскоре Стив всё равно сворачивает с дороги на более узкую и неприметную.       И почему-то только сейчас в совершенно пустой и незатуманенной голове возник ещё один вопрос: как он будет объясняться перед Марией. Ведь целую неделю не отвечать на звонки и пропадать невесть где — это не выйти за хлебом. Конечно же, она потребует с него всю правду, но сильно волновать девушку Стиву не хотелось.       Хотелось просто обнять её, поцеловать, а потом мирно заснуть. Казалось, он может проспать вечность, если не больше. А на самом деле проснётся завтра рано утром, по привычке. Отоспался уже один раз. Больше не нужно.       Идея жить вдалеке от города сейчас казалась Стиву как никогда прекрасной. Им обоим требовался отдых, причём не только от изнурительной работы, но и от «коллег по цеху» которые тоже порой сильно раздражали. Роджерс быстро открывает дверь заранее выуженным из сумки ключом и проходит в коридор.       А дождь усиливается.       Она ждала его.       В комнате горел один единственный торшер, мало что освещая. Мария сидела на диване в гостиной, уже зевая от усталости. Но как только Стив вошёл в дом, она тут же встала и подошла к нему. Девушка знала, что он придёт. Специально не ложилась спать.       — И кто меня сдал? — спрашивает Роджерс, ставя сумку на пол и вплотную подходя к Марии.       — Сэм, — отвечает она. — Но я и без него многое успела узнать, уж поверь.       Стив поверил. Что ему ещё оставалось делать.       У Хилл сердитый вид. Она сводит брови к переносице, изображая присущие ей строгость и холодность. Но Роджерс знает, кто же на самом деле скрывается за всем этим гримом. И грим этот спадал каждый раз, когда Стив оказывался рядом с ней.       Ещё ни один мужчина не оказывал на Марию такое влияние. Фьюри наоборот требовал только исполнения обязанностей безо всяких эмоций. У девушки не было никого, с кем бы она могла стать по-настоящему собой. До недавнего времени.       Пауза затянулась.       Мария ждала хоть какого-нибудь ответа со стороны Стива, но тот молчал, лишь прожигая её тёплым и любимым взглядом, слегка улыбаясь. С таким Стивом невозможно было быть серьёзной, хоть убей. Но Хилл решилась держаться до последнего. Глупо было бы предполагать, что после всех тех новостей, которые она узнала о своём мужчине, который в свою очередь пытался тщательно скрыть, она бросится к нему на шею.       — Тебя могли убить. За тобой гонялись чуть ли не половина штатов! Мог хотя бы позвонить…       — Позвонил бы, если б мог. Мар, там всё очень трудно… — он берёт её за руку, перебирая тонкие тёплые пальчики в своей холодной ладони. — Но сейчас пока что всё более-менее разрешилось. Всё, что мне нужно — залечь на дно и какое-то время не высовываться. В общем, постараться сделать то, что у меня никогда не получалось. Прости, я понимаю, каково тебе. Прости.       Он подаётся вперёд и нежно её целует. Сначала аккуратно складывая правую руку на талию девушки, будто боясь её сломать, а потом крепко прижимает к себе. Мария утыкается ему лбом в плечо, а Стив целует её в макушку. Для того, чтобы Хилл перестала плакать.       Тебя могли убить…       «Как будто я так просто тебя брошу», — пронеслось в голове у Роджерса.       Ожидания Стива не оправдались. Ближе к утру дождь кончился, облака улетели далеко за горизонт, уступая место ярким лучам алого солнца. Красивая картина, идеально для рисунка. Но Стив этого не видел.       Он впервые за несколько недель спокойно спал, обнимая девушку за талию. И одновременно, глубоко в душе, корил себя за то, что они проводят вместе ничтожно мало времени, но им обоим это время доставляет огромное удовольствие.       Ещё вечером, засыпая, он пообещал себе быть хорошим мужчиной для своей женщины и любить её, заботиться о ней так сильно, насколько это возможно. Мария знала, на что шла, влюбляясь в Стивена Роджерса. Она влюблялась и в Капитана Америку, у которого не было ни семьи, ни дома, а были долг и жажда отдавать дань своей стране. Завести с кем-то отношения мог Стив. Вот только жаль, что обе эти личины — один и тот же человек.       Сейчас этот человек просто хотел быть счастлив. Быть счастливым долго-долго. Жить, не думая ни о чём.       Вот и в это прекрасное утро у Стива в голове пусто.       И это даже радовало.